Один час.
Для смертных это лишь смена солнечного тени, время остыть и долить чай; для высших практиков, достигающих десятков лет затворничества, это и вовсе промелькновение.
Но для Шэнь Сюканя, что сейчас погружен в ледяное озеро десяти тысяч лет, каждая доля секунды растягивалась бесконечно, словно мучение в вечной тьме.
Глава 16