В густом лесу за горой, окутанном утренним туманом, Линьюй стоял на одном колене, а по лбу стекали мелкие капельки пота. Его Шаринган то загорался, то гас под ресницами, три томоэ медленно вращались в такт его дыханию — это была третья попытка выстроить ментальную схему «Песни Противодействия Иллюзиям».
— Динь — Текущий прогресс задания: 32%. Хозяину необходимо совершить семикратный спиральный резонанс в ментальном море, иначе звуковая дорожка иллюзии не активируется, — механический голос Системы прозвучал в голове, вызывая пульсирующую боль в висках у Линьюя. Он вспомнил материалы о «Котоамацуками», которые они с Итачи вчера принесли из архива, и рассуждения о сущности иллюзий теперь волнами накатывали в памяти: «Высшая иллюзия обманывает не пять чувств, а искажает логику восприятия 'реальности' целью».
— Ещё раз. — Он сжал зубы, прикусив язык до крови. Запах железа ударил в ноздри. Шаринган внезапно вспыхнул кроваво-красным светом, и чакра в ментальном море, словно камень, брошенный в пруд, пустила круги, ударяясь о стену сознания. Когда седьмой круг резонировал с вживлённой Системой звуковой дорожкой, сосновые иглы перед глазами Линьюя вдруг 'исказились' — изумрудная зелень стала не просто цветом, а пляшущими нотами, даже течение утреннего тумана превратилось в ощутимую мелодию.
Глава 18