— Цзян Шэн, ты всё-таки жива.
Видно было, что женщина удивлена.
— Благодаря тебе пока не помираю. — Взгляд Цзян Шэн упал на мужчину рядом с женщиной: — Снова сменила увлечение? Но этот, похоже, так себе.
— Ты кто? И в каких отношениях с Юнь Мэй? — Мужчина не обратил внимания на колкость Цзян Шэн.
Цзян Шэн не ответила ему, глядя на женщину:
— Видно, неплохо ты тут устроилась, даже одежду сменила. — Тут она запнулась, и на лице её появилось выражение брезгливости: — Вот только запах от тебя тяжёлый. Можно подумать, ты только что из выгребной ямы выбралась.
— Цзян Шэн, ты как была невыносимой, так и осталась. — Женщина процедила это сквозь зубы. Мужчина рядом с ней прищурился — его, кажется, задело, что Цзян Шэн его игнорирует.
— Спасибо за комплимент. — Цзян Шэн порылась в памяти, вспоминая имя женщины, и спросила: — Кстати, а где же Тан Ань? Когда он был моим женихом, он тебе ведь нравился, разве нет?
— Тан Ань? — Мужчина рядом с Юнь Мэй посмотрел на неё: — Это не тот ли хлыщ, который к тебе приставал? Ты же говорила, что он тебе не нравится?
— Сяо Гэ, зачем ты слушаешь, что она говорит? — Юнь Мэй, словно без костей, прильнула к нему: — Она просто завидует. Этого Тан Аня ты и сам видел, разве он хоть мизинца твоего стоит? Стала бы я на него смотреть?
Мужчина, видимо, думал так же. Услышав её слова, он перестал зацикливаться на этом вопросе. Он посмотрел на сидящую на земле Цзян Шэн, разглядел её лицо, и мысли его тут же оживились.
— Этот Тан Ань и правда никчёмный, обмочился, едва увидел, как на него несётся зомби. У тебя, смотрю, вкус неплохой, интересно, что ты в нём нашла?
Сердце Юнь Мэй ёкнуло при этих словах. Она посмотрела на Цзян Шэн.
Та уже не была той чумазой, какой они её видели раньше.
Хоть она и не была накрашена, чистое лицо всё равно поражало красотой. С таким лицом — что уж говорить о других, даже будь Юнь Мэй мужчиной, она бы не устояла.
Юнь Мэй поняла: нельзя позволять Цзян Шэн и Сяо Гэ болтать дальше, иначе точно будут проблемы. Она поспешно дёрнула Сяо Гэ за рукав:
— Всего лишь какая-то женщина, Сяо Гэ, не трать на неё время.
С этими словами она, улыбнувшись, приблизилась к его уху и что-то шепнула. На лице Сяо Гэ тут же появилась улыбка, он перестал разговаривать с Цзян Шэн и, обняв Юнь Мэй, ушёл.
Цзян Шэн осталась сидеть на месте, подперев щёку рукой, и смотрела им вслед.
Надо же, Юнь Мэй ещё та штучка.
Система догадалась о чём-то по мыслям Цзян Шэн, но всё же не удержалась от любопытства:
【Хозяйка, что она только что сказала тому мужчине?】
Услышав Систему, Цзян Шэн тут же приняла безучастный вид:
【Я что, обладаю сверхслухом? Она говорила так тихо, откуда мне знать?】
Система:
【……】
Хозяйка, с таким выражением лица никто не поверит, что ты ничего не слышала.
Сказано было так, но раз Цзян Шэн не говорила, Системе неудобно было допытываться, и она подавила своё любопытство.
Просидела она недолго — пришли военные раздавать припасы. Каждому досталось не много: полбутылки воды и плитка спрессованного галета.
Цзян Шэн, получив паёк, несколько секунд бесстрастно смотрела на него, а затем прямо сунула в рот и принялась жевать.
Это удивило Систему: она думала, что Цзян Шэн такое есть не станет.
Едва она доела, снова пришли военные. На этот раз — Цзян Гэ.
— Чтобы не было беспорядка, отдыхать все будут организованно, по четыре человека в группе. Как раз в одной группе не хватает человека, я отведу тебя туда.
Взгляд Цзян Шэн задержался на лице Цзян Гэ на пару секунд, затем она молча поднялась, словно соглашаясь с его словами.
Цзян Гэ остался доволен такой реакцией.
Он кивнул и повёл Цзян Шэн вперёд.
Когда она увидела двух других, на губах её невольно заиграла улыбка.
Забавно, все знакомые лица.
Юнь Мэй, заметив Цзян Шэн, помрачнела. Она посмотрела на Цзян Гэ:
— Цзян Гэ, что это значит?
— В вашей группе пока только вы двое, она без команды, вот я и привёл её к вам. Правила вы знаете, расписывать не буду, потом сами ей расскажете. — С этими словами Цзян Гэ тут же ушёл.
Взгляд Цзян Шэн скользнул по лицу ещё одного человека, затем остановился на Юнь Мэй. Она улыбнулась:
— Прошу любить и жаловать.
Юнь Мэй вовсе не горела желанием жаловать Цзян Шэн, но не знала, что сказать, и лишь, побледнев, молчала.
Третий человек несколько раз перевёл взгляд с одной на другую, а затем фамильярно шагнул вперёд, пытаясь взять Цзян Шэн за руку.
Цзян Шэн слегка отстранилась, весьма демонстративно уклоняясь.
Лицо женщины заметно испортилось.
Цзян Шэн бесстрастно посмотрела на неё:
— Ты кто вообще?
Выражение лица женщины стало ещё хуже:
— Сестрица, как ты можешь так говорить? Я же твоя младшая сестра.
— Правда? — Цзян Шэн помедлила: — У тебя есть свидетельство о рождении из больницы? Я думала, у моей мамы только одна дочь.
Женщина не нашлась что ответить.
Разумеется, она была не дочерью матери Цзян Шэн. Она была внебрачной дочерью отца Цзян Шэн. Отец у них один, а матери разные.
— Ладно, я буду отдыхать. — Цзян Шэн окинула женщину взглядом: — Не советую меня беспокоить, имей в виду, твоих родителей здесь нет.
Эти слова словно молотом ударили женщину, отрезвив её. Она осторожно перебралась поближе к Юнь Мэй, не смея больше лезть к Цзян Шэн.
Юнь Мэй покосилась на Цзян Шэн, в глазах её мелькнула ненависть:
— Цзян Юань, раз она не желает с нами знаться, нечего и лебезить.
Услышав это, Цзян Юань тут же прильнула к Юнь Мэй:
— Юнь Мэй-цзе, она ведь должна была умереть? Как она здесь оказалась?
— Откуда мне знать? — Юнь Мэй и сама была недовольна, голос её звучал крайне раздражённо.
— Юнь Мэй-цзе? — Цзян Юань, столько времени проведя с Юнь Мэй, впервые слышала, чтобы та говорила с ней таким тоном, и невольно удивилась.
Ведь всегда Юнь Мэй держалась с посторонними ласково и учтиво.
Заметив выражение лица Цзян Юань, Юнь Мэй поняла, что перегнула, и сразу смягчила голос:
— Может, ей просто повезло. Думаю, братец Тан Ан, узнав об этом, тоже обрадуется.
Услышав имя Тан Аня, глаза Цзян Юань засветились:
— Братец Тан Ан ещё не знает, что она жива?