Линь И горделиво восседал на Сияющем единороге, но вся величественность картины разрушалась до основания его же собственной улыбкой во весь рот, от которой глаз совсем не было видно.
Он не стал задерживаться на спине Линь Яо, лишь мельком ощутив кайф от езды на единороге, Линь И спрыгнул вниз, позволяя Линь Яо пообщаться с родными.
— Нравится?
— Конечно.
Глава 17