Чу Шуюнь прошёл сквозь толпу спасающихся бегством людей и направился в переулок, из которого выбежал весь в крови человек.
Какой-то старый нищий, оборванный, почти беззубый, надругался над женским трупом.
Чу Шуюнь захлопал невинными глазами и спросил его:
— Что ты делаешь?
Старый нищий не обратил на него внимания и продолжал своё дело:
— Эта проклятая баба строила из себя недотрогу, вот я и прикончил её!
Чу Шуюнь ничуть не испугался, присел рядом и поинтересовался:
— А? Почему она строила из себя недотрогу?
Совсем как несмышлёный ребёнок, которого заинтересовало что-то перед глазами.
В голосе старого нищего звучала болезненная одержимость:
— Каждый раз, проходя мимо меня, она давала мне медяк и подолгу на меня смотрела — значит, она была в меня влюблена. Я решил объясниться с ней, а она меня отвергла! Кем она себя возомнила! Корчит из себя недотрогу передо мной!
— М-да… — Чу Шуюнь задумался, а потом улыбнулся ему: — Похоже, ты серьёзно болен.
Чу Шуюнь поднялся, подошёл к углу стены и сел:
— Заканчивай свои дела, а потом разберёшься со мной. Только побыстрее, моё терпение небезгранично.
— С какой стати мне с тобой разбираться?
— Потому что я знаю твой секрет. Ты же не собираешься оставлять свидетеля в живых?
Старый нищий подумал и сказал:
— Ладно! Скоро я с тобой разберусь!
«Вот дурак. Убил человека и не сбегает — ждёт, пока его чиновники сцапают? Ладно, если он меня убьёт, всё будет кончено, и меня это не коснётся».
Чу Шуюнь только закрыл глаза, собираясь отдохнуть.
Старый нищий подошёл:
— Готово! Теперь я могу разобраться с тобой!
У Чу Шуюня дёрнулся уголок рта.
«Этот тип… не слишком ли быстро? Неудивительно, что он не убегает! Выходит, он управляется до того, как прибудут чиновники!»
Чу Шуюнь встал, подошёл к нищему и раскинул руки в стороны, словно наслаждаясь грядущей гибелью.
— Юньэр!
Шэнь Цинхуай, опираясь на стену, шаг за шагом двигался в сторону Чу Шуюня.
«Влип! Какого чёрта здесь делает Дешёвый наставник?»
[Звук где-то здесь, совсем рядом.]
— Юньэр!
«Меня нет! Меня нет! Меня нет!»
[М-да… голос доносится из переулка слева.]
Чу Шуюнь увидел, как Шэнь Цинхуай входит в переулок, и поспешно схватил старого нищего за руку, умоляя:
— Не убивай! Не убивай меня!
Старый нищий возликовал:
— Паршивец! Теперь-то испугался?
Чу Шуюнь затараторил:
— Да-да-да! Испугался, испугался! Давай быстрее! Я очень тороплюсь!
— Юньэр, здесь сильный запах крови. Ты в порядке?
«Уже не успеваю!»
Чу Шуюнь отступил на несколько шагов и закричал:
— Не убивай! Я не хочу умирать!
Напрягшись всем телом, он бросился на кинжал старого нищего.
Замок долголетия на шее Чу Шуюня слабо блеснул, и нищего отбросило в сторону.
— Ба-бах! — Старый нищий врезался в стену и закашлялся кровью.
Шэнь Цинхуай запаниковал, подбежал, нащупал Чу Шуюня, притянул к себе и, проверив его с головы до ног, убедился, что тот не ранен, после чего облегчённо выдохнул.
Чу Шуюнь едва не закатил глаза от возмущения.
«С твоим-то магическим артефактом мне и умереть-то трудно!»
Шэнь Цинхуай крепко сжал руку Чу Шуюня, спрятал его за своей спиной и рявкнул в сторону стены:
— Кто позволил тебе обижать моего ученика!
— Наставник!
— Что такое, ученик? Учитель разбирается, не перебивай.
— Но, наставник, почему вы кричите на стену? Этот тип находится к северо-востоку от вас.
Шэнь Цинхуай неловко кашлянул:
— Прошу прощения, учитель не видит.
Он повернулся к старому нищему:
— Кто позволил тебе обижать моего ученика!
Старый нищий стал оправдываться:
— Он сам на меня налетел!
— Не может быть! Совершенно невозможно! Мой ученик изо всех сил умолял о пощаде! Это ты хотел его обидеть!
— Слухам не верь, глазам верь! Ты разве не видел, что здесь произошло?
Шэнь Цинхуай с праведным гневом ответил:
— Извините, у меня нет глаз, я просто не вижу!
Чу Шуюнь сидел на корточках, закрыв лицо руками, изо всех сил сдерживая смех, его тело тряслось.
Шэнь Цинхуай нащупал «дрожащего» Чу Шуюня и разозлился ещё больше:
— Ты довёл моего ученика до слёз!
Старый нищий пришёл в ярость:
— Он смеётся! Он смеётся!
Шэнь Цинхуай взмахнул рукавом:
— Не может быть! Совершенно невозможно!