Шэнь Цинхуай, словно по привычке, привел Чу Шуюня на один из рынков.
— Наставник ничего не видит, но смог точно найти рынок?
Шэнь Цинхуай опустил Чу Шуюня на землю:
— Я часто сюда прихожу.
Наставник, тебя, старого монстра, и Пик Сюаньду не удержит? Вечно вылезаешь людей мучить!
— Юньэр хочет чего-нибудь съесть?
Услышав, как Шэнь Цинхуай назвал его Юньэром, Чу Шуюня аж передернуло.
Ты как меня назвал? Юньэр? Откуда эта сентиментальность? Меня аж тошнит!
— Юньэру не нравится, когда я тебя так называю?
— Нет, наставник волен звать ученика как пожелает.
Тьфу! Отстань! Иди мучай Линь Юэчжоу! Это же твой ученик! А будешь звать его Чжоуэром? Ха-ха-ха! Тьфу!
Шэнь Цинхуай тихо усмехнулся.
Маленький лжец!
Чего ржешь? Аж мурашки по коже!
Чу Шуюнь отступил на шаг назад. Колокольчики на Замке долголетия и на браслете, звякнув, отозвались на его движение.
Шэнь Цинхуай повел ушами:
— Куда это Юньэр собрался?
Тьфу! Этот дурацкий магический артефакт — одно название! Только мешается! А главное, я его снять не могу! Как только моя культивация поднимется, первым делом разнесу эту звенящую дрянь вдребезги!
— Никуда! Куда я денусь? Хочу просто осмотреться!
Чтобы потом сбежать...
— Понятно. Тогда что Юньэр хочет съесть?
— Сначала посмотрю...
Думаешь, если я чего захочу, ты мне это купишь? Смешно! Решил в учителя-ученика сыграть?
Не обращая на Шэнь Цинхуая внимания, Чу Шуюнь быстро зашагал вперед.
А-а-а! Эти колокольчики до смерти надоели! Сниму! Я обязательно их все сниму! Спасите! За что мне это наказание!
Шэнь Цинхуай, с улыбкой до ушей, молча шел за Чу Шуюнем, слушая, как его маленький ученик проклинает все на свете у себя в голове.
Ах, как вкусно пахнет! М-м-м, пирожное с османтусом? Точно пирожное с османтусом? Да! Хочу!
Чу Шуюнь, подумав, обернулся и посмотрел на своего Дешевого наставника.
А мой Дешевый наставник купит? Наверное... нет? Ладно, не буду.
Шэнь Цинхуай спросил, зная ответ:
— Вкусно пахнет. Это пирожное с османтусом. Юньэр хочет?
Что? Неужели он у меня в голове читает?
Чу Шуюнь, сияя от радости, послушно кивнул.
Провал! Я кивнул, а он же не видит! Сглупил! Вдруг он подумает, что я не хочу?
Шэнь Цинхуай потрепал Чу Шуюня по голове и, не удержавшись, сказал:
— Какой милый! Жди меня здесь, ученик.
С этими словами Шэнь Цинхуай пошел покупать Чу Шуюню пирожные с османтусом.
Оставив Чу Шуюня в полном недоумении.
Что такое? Дешевый наставник погладил меня по голове и сказал, что я милый? Я Владыка демонов! Разве можно Владыку демонов за просто так по голове гладить?
Нет! Это ты милый! Ты весь милый! Чтобы меня, и назвал милым какой-то слепец? Ну все, теперь до конца жизни мне не отмыться!
Чу Шуюнь еще предавался мрачным мыслям, как перед ним возникла изящная белая рука, держащая связку пирожных с османтусом.
Шэнь Цинхуай не забыл предупредить:
— На, держи. Много не ешь, это только на десерт, не заменяй обед.
Чу Шуюнь взял пирожные, развязал веревку, развернул промасленную бумагу, достал одно и откусил.
Вкусно! Обожаю! Счастье-то какое!
Казалось, от счастья Чу Шуюнь готов был рассыпаться цветами.
Шэнь Цинхуай, спрятав улыбку за рукавом, тихо посмеивался.
Этот ребенок... слишком уж легко его порадовать.
Съев два пирожных, Чу Шуюнь спохватился — как младший, надо бы сначала угостить старшего.
С неохотой он взял еще одно, поднес его ко рту Шэнь Цинхуая и спросил:
— Наставник, будете?
Лучше откажись!
— Я не люблю сладкое.
Чу Шуюнь засунул пирожное себе в рот:
— Ц-ц, не умеешь ты наслаждаться жизнью.
Ха, знай свое место!
Шэнь Цинхуай не сдержался и фыркнул от смеха.
Боже мой! Какой же милый ученик мне случайно достался! Похоже, на Пике Сюаньду скучно теперь не будет...
Чу Шуюнь нахмурился.
Что с этим Персиковым духом? Того и гляди свихнется?
— Юньэр хочет еще чего-нибудь съесть?
М-м-м... вроде нет? Я люблю сладкое, а ты говоришь, что пирожные — это не еда. Спрашиваешь, а толку?
— Похоже, Юньэр очень любит сладкое? Я знаю одну хорошую лавку засахаренных фруктов, и в Уфанчжае тоже неплохие сладости делают. Но с условием: Юньэр сначала съест нормальный обед, а потом уже можно будет купить.
— Хорошо, наставник! Тогда съедим по тарелке говяжьей лапши.
Засахаренные фрукты! Сладости! Засахаренные фрукты! Сладости! Хи-хи-хи! Счастье!
— Пф-ф!
Кажется, мой наставник окончательно рехнулся...