У Цин прекрасно понимал одну истину: похоже, изначально его персонаж был злодеем.
Свою Старшую сестру-ученицу он точно не одолеет — даже задирать её не осмелится.
Но вот эти несколько придурков перед ним.
Будучи злодеем, он, кажется, должен был им показать, где раки зимуют.
— А?
У Цин сжал кулаки.
Его боевой дух ощутимо возрастал.
Хоть он действительно был не силён, но, к счастью, база, заложенная Старшей сестрой, была достаточно хороша.
Опираясь на мышечную память тела, он с лихвой мог отделать этих мешков, накачанных пилюлями и эликсирами.
Трое, которые только что насмехались над У Цином.
Видя, что ситуация, похоже, оборачивается не в их пользу.
Прежний У Цин, робкий, опускающий голову и готовый сносить любую ругань, сейчас был совершенно иным.
Словно в него вселился другой человек.
— Эй, эй, эй! Ты сегодня что, не той травы объелся или как?
Внезапно закричал один из них.
— Я Наследник семьи Симэнь из Восточной области! Посмеешь ударить меня?
Не тратя слов попусту, У Цин уже одним рывком оказался перед троицей.
Он вложил всю силу в кулак и со всей дури врезал одному из них.
А с точки зрения самого У Цина.
Он чувствовал, что контролирует своё тело невероятно тонко.
Он мог управлять каждой косточкой, каждым мускулом.
И при этом без малейшей скованности.
Глядя на отлетевшего в сторону отпрыска знатного рода.
Он посмотрел на свой кулак, испачканный кровью противника.
На земле валялись два выбитых зуба того парня.
У Цин, старательно изображая скованность, повернул голову.
— Вы двое тоже хотите попробовать?
Те двое уже наложили в штаны от страха.
Они и представить не могли, что У Цин, которого они так долго задирали, осмелится поднять на них руку.
В голове у обоих билась только одна мысль: У Цин сошёл с ума.
— Сумасшедший, сумасшедший!
Эти оболтусы в панике завопили, ноги их подкосились, и они попадали на землю.
А тот тип, которого У Цин только что отправил в полёт.
Вдруг снова вернулся.
Он вытер кровь с лица.
Лицо его потемнело, того гляди вода закапает.
— У Цин! Ты ищешь смерти!
Он вытащил свой парный меч.
— Этот клинок я только нашёл, ещё не до конца приручил, так что ты послужишь мне для обкатки!
Клинок излучал странный блеск, сразу видно — духовное оружие не низкого ранга.
— Всего лишь бастард, как ты смеешь быть таким наглым!
Он достал из кармана две восстанавливающие пилюли и закинул в рот.
Рана тут же начала затягиваться.
— Ублюдок! Прими смерть!
Размахивая мечом, он бросился на У Цина.
У Цин знал: когда разница в уровне и технике невелика, драться голыми руками против первоклассного оружия — верная смерть.
Но, к счастью, это было Кладбище Мечей.
Здесь повсюду было оружие.
У Цин перекатился, на ходу выдернув из земли какое-то оружие.
И, пока противник был совершенно открыт, рубанул его этим оружием.
Тот высококачественный духовный меч перерубило прямо пополам.
От этого у наглого парня из семьи Симэнь выступил холодный пот на лбу.
А У Цину тоже пришлось несладко — у него самого сильно болела рука в месте между большим и указательным пальцами.
Он скосил глаза на лезвие, которое вытащил.
Ёлки-палки, это что, нож?
Как так? Разве на Кладбище Мечей не должны повсюду валяться мечи? Откуда тут взялся нож?
У Цин поднял нож, внимательно разглядывая его.
Клинок был целиком чёрный, с чёткими гранями, рукоять обмотана красной тканью, от него веяло убийственной аурой.
Как современный человек, У Цин находил эту эстетику, похожую на индустриальный дизайн, весьма привлекательной.
Стандартно, прямо, лаконично, сдержанно, хладнокровно.
Пока У Цин размышлял, те двое поспешно утащили своего главаря и сбежали.
А его тело начало медленно растворяться, превращаясь в звёздный свет и исчезать.
За всю жизнь человек обычно может попасть на Кладбище Мечей только раз; после того, как меч выбирает хозяина, происходит автоматический выход.
С лицом, полным чёрных линий, его вышвырнуло наружу.
Оуян Е лежал в кресле-качалке; увидев вышедшего У Цина, он с улыбкой спросил:
— Малой У, так быстро выбрал? Дай-ка взглянуть, что выбрал...?
???
Оуян Е, увидев в руках У Цина прямой нож, тоже офигел.
Видя ошеломлённого Оуян Е, У Цин офигел ещё больше.
— Старик Оуян, это... с этим как-то связано?
Лицо Оуян Е сморщилось, словно он собирался заплакать.
— На Кладбище Мечей иногда попадается и другое оружие, это нормально. Всё-таки, когда сбрасывали всё из руин, иногда случались недосмотры.
— Например, это?
У Цин был в ступоре.
Оуян Е кивнул.
— Случайно подобрал?
— Ага.
— Ц-ц-ц...
Обоим стало ещё более неловко.
— М-м-м, может, мне сходить спросить Старшую сестру? Пусть она спросит у старого учителя?
У Цин, помолчав, наконец заговорил.
В конце концов он смирился.
Оуян Е, всё ещё ошарашенный, только кивнул.
У Цин поклонился Оуян Е, поблагодарил его и ушёл.
— Цинцюэ, пошли!
У Цина это, впрочем, не особо волновало. Раздобыл какое-никакое оружие — и ладно, чего голову ломать?
Этот болтливый журавль-небожитель с неохотой покинул своего собеседника.
И поэтому решил отыграться на У Цине.
Едва выбравшись, У Цина на спине Цинцюэ вывернуло наизнанку.
Он начал сомневаться в собственной конституции.
Это только укрепило его решимость установить на Цинцюэ защитное ограждение.
Цинцюэ: Апчхи! Кто это меня проклинает?
И полетел ещё быстрее.
Оуян Е только собрался сесть.
Глядь — выходят ещё трое.
Но вид у этих троих был жалким. Одного из них, избитого до состояния дохлой свиньи, двое тащили под руки.
Идя, он всё время орал:
— Проклятый У Цин! Ну погоди!
Оуян Е, лёжа в кресле, смотрел вдаль на закат.
— Новое молодое поколение снова начинает свою историю!
— Стар я стал, стар.
...Разделительная линия...
Пик Зелёного Феникса — Павильон Ледяного Сгущения.
— Старшая сестра? Старшая сестра здесь? Ау-у?
У Цин, сидя на спине журавля-небожителя, громко орал, обращаясь к Павильону Ледяного Сгущения.
— Тише! Что за неприличное поведение, вопить как на базаре?
Раздался холодный окрик.
Птица и человек тут же втянули головы в плечи.
Тьфу, ну и трусы же мы.
Невольно вздохнул про себя У Цин.
— Входи.
Врата Павильона Ледяного Сгущения, повинуясь ветру, медленно распахнулись.
Болтливый журавль-небожитель тут же полетел к себе в жильё, оставив У Цина входить в одиночестве.
Старшая сестра Цзян медленно приближалась.
За её спиной струился зеленоватый свет.
Походка её словно сокращала расстояния, вмещая целые ли в шаг.
Даже просто медленно идя к нему, У Цин чувствовал чудовищное давление.
— Старшая сестра!
У Цин посмотрел налево, посмотрел направо, а потом на цыпочках прикрыл за собой дверь.
Цзян Сиха села на второе по старшинству место в Павильоне.
Она закинула ногу на ногу, приняв величественную позу, и её сине-голубые глаза, казалось, оценивающе оглядывали У Цина.
— По какому делу?
У Цин тут же снова напустил на себя свою елейно-подхалимскую улыбку.
— Я пришёл спросить вас, уважаемая, об одном деле.
— Я выбрал на Кладбище Мечей нож. Как думаете, это нормально?
Услышав слово «уважаемая», на лице Цзян Сиха явно проступило недовольство.
Но, дослушав У Цина, она нахмурилась.
Впрочем, тут же расслабилась.
— Ничего страшного, это твоя карма, пользуйся им как следует.
— Но будь готов к тому, что изучать искусство меча с ножом в руках — это всё-таки с потерями.
Чего У Цин не ожидал, так это того, что его Старшая сестра так легко согласится.
Казалось, это не было чем-то важным.
У Цин хотел спросить ещё о чём-то, но Старшая сестра быстро это поняла и заговорила первой, отвечая на его вопрос.
— Секта Меча Верхней Чистоты превыше всего ставит искусство меча. За десять тысяч лет у нас было несколько десятков Верховных Владык Меча Пустоты.
— У всех бесчисленных культиваторов меча поднебесной есть одна общая цель — стать Верховным Владыкой Меча Пустоты.
— Но у тебя ведь нет такой цели. Будь у тебя меч, ты бы всё равно не стал усердно практиковаться. Так какая разница, что ты взял нож?
Эти слова, похоже, были несколько резковаты, и она быстро добавила:
— Я доложу Учителю. Когда Учитель выйдет из затвора, я попрошу для тебя меч. А пока что практикуйся с ножом вместо меча.
У Цин в знак понимания кивнул.
И только он кивнул, как сзади его подхватила неведомая сила из пустоты.
Она схватила его за шиворот и вышвырнула прямо из Павильона Ледяного Сгущения.
— Возвращайся.
Врата Павильона снова с грохотом захлопнулись.