— Давай вечером поужинаем вместе, в ресторане с вращающимся залом в Чжунхае. Я давно хотел туда попасть, но всё не было времени. Пойдём туда вместе. В восемь вечера, договорились.
Hань Шуаншуан мило улыбнулась Чжан Фаню. Увидев, как он кивнул ей, она повернулась и скрылась за углом.
Слова Хань Шуаншуан наполнили его душу чувством глубокого удовлетворения. Девушка, которая раньше казалась недосягаемой, теперь сама пригласила его на ужин. Он почувствовал такой кайф, какого давно не испытывал.
Наступил вечер, зажглись огни, и мириады огней постепенно осветили город Чжунхай.
Чжан Фань ловко оседлал велосипед, взятый с улицы, и, наслаждаясь ночным ветерком, отправился по указанному Хань Шуаншуан адресу.
При мысли о том, что он будет ужинать с самой красивой девушкой университета Чжунхай, о зависти всех парней университета, о том, как в будущем он будет жить душа в душу с этой красавицей и дочерью мэра, уголки его губ растянулись до ушей, и он рассмеялся беззаботным смехом.
Всё равно на улице никого не было, и ему не нужно было постоянно изображать невозмутимость.
Он прибыл к месту назначения, и перед ним предстало высоченное здание, уходящее в облака.
На вершине здания располагался знаменитый ресторан с вращающимся залом в городе Чжунхай. Говорили, что ужин там обходится в десятки тысяч юаней. Похоже, Хань Шуаншуан действительно была к нему неравнодушна, раз решила пригласить его в такой дорогой ресторан.
Чжан Фань назвал своё имя на ресепшне, а затем сел в эксклюзивный лифт ресторана, который с каждой секундой поднимался всё выше. Глядя на размытые огни города, стремительно уменьшающиеся внизу, его настроение тоже взлетало.
Он открыл дверь кабинки и увидел у окна прекрасную девушку, лишь слегка подкрашенную, которая улыбалась ему и махала рукой, что ещё больше подняло ему настроение.
Он быстро подошёл и сел напротив красавицы.
— Я уже заказала несколько блюд, которые мне нравятся. Посмотри, что тебе по вкусу.
Hань Шуаншуан услужливо протянула ему планшет с электронным меню.
Чжан Фань быстро пробежал глазами по меню, затем спокойно закрыл планшет и сказал:
— Этого достаточно, мне больше ничего не хочется.
Глядя на головокружительные цены в меню, Чжан Фань почувствовал укол боли. Хотя он стал мастером боевых искусств и благодаря этому заработал некоторые деньги, он всё ещё не мог привыкнуть к такому расточительному отношению к расходам.
Hань Шуаншуан ничего не сказала. Хотя она и была дочерью мэра, денег у неё было не так уж и много. Один только этот ужин стоил ей месячной суммы карманных денег, и её радужный взгляд на этот ресторан полностью потускнел.
Вскоре официант подал им два аппетитных предзакуски.
— Insalatadimare, приятного аппетита, — произнёс официант бегло на иностранном языке, а затем убрал поднос и ушёл.
— Чжан Фань, ты знаешь, что он сказал? — спросила Хань Шуаншуан, глядя на него с любопытством.
— Салат из морепродуктов. Ты заказала французскую кухню, это их закуска.
Чжан Фань невозмутимо и изящно взял нож и вилку, чтобы попробовать деликатес на тарелке.
Hань Шуаншуан бросила на него взгляд, полный одобрения, словно говоря: «Эти деньги потрачены не зря».
Они наслаждались ужином под изысканную музыку в ресторане.
«Действительно, один юань за один юань товара», — подумал Чжан Фань. Хотя западная кухня — это скорее ощущение и атмосфера, но в такой обстановке, глядя на прекрасный вид из окна, а рядом — прекрасная девушка, и наслаждаясь едой, это было настоящее наслаждение жизнью.
В то же время Чжан Фань тайно радовался. Если бы он не любил смотреть шпионские фильмы, где рассказывали о деталях французской кухни, он бы чуть не опозорился на глазах у красавицы.
— Кто сказал, что западная кухня невкусная? Западная кухня просто восхитительна, просто великолепна.
Он осторожно положил кусочек устрицы на тарелку Хань Шуаншуан. Его движения были естественными и непринуждёнными, но в то же время нежными, как у заботливого мужа, ухаживающего за своей женой.
«Вот я, Чжан Фань, такой внимательный, заботливый мужчина, который умеет ухаживать за женщинами и уважает их», — одновременно он продемонстрировал Хань Шуаншуан сияющую улыбку, — «Малышка, посмотри, как я тебя очарую!»
Hань Шуаншуан, увидев это, действительно была тронута. Её лицо слегка покраснело, она опустила голову и прошептала: «Спасибо».
Hань Шуаншуан взяла кусочек устрицы с тарелки и колебалась. Она испытывала некоторую симпатию к Чжан Фаню, но, подумав, не будет ли это считаться косвенным поцелуем, если она съест его. Не будет ли она выглядеть слишком легкомысленной? Она запуталась.
Чжан Фань сделал вид, что ему всё равно, но на самом деле он всё время украдкой наблюдал за каждым движением Хань Шуаншуан, и в его голове звучал голос, словно кричащий:
— Съешь это! Съешь это!…
Как раз в тот момент, когда Хань Шуаншуан была в замешательстве, раздался шум в ресторане, привлекший их внимание.
Чжан Фань прислушался. Похоже, это был иностранец, что-то бормочущий на непонятном языке. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это, кажется, французский. Рядом с ним был мужчина в золотых очках.
— Ты знаешь, сколько стоит эта бутылка? Как ты можешь так работать? Такой неуклюжий! Тебя и на органы не хватит! Зовите менеджера!
— Это Лафи 1869 года! Самая дорогая Лафи! Это самое драгоценное сокровище, которое мой друг-иностранец лелеял! Ты разбила её за целых 1,5 миллиона юаней!
Мужчина в золотых очках кричал изо всех сил! Вместе с резкой бранью молодой официантки привлёк всеобщее внимание.
Официантка сначала была в замешательстве. После слов переводчика она начала дрожащими руками собирать вино, вытекшее из разбитой бутылки на пол. Она даже не заметила, как порезала пальцы.
Она продолжала извиняться. Пугающая цена этого вина почти заставила её упасть.
Вскоре пришёл спешащий мужчина средних лет в костюме, с бледным лицом.
Он взглянул на жалкий вид официантки, и в его глазах промелькнула едва заметная усмешка. Затем он перевёл взгляд на иностранца, который продолжал извергать поток незнакомых слов и находился на грани ярости.
— Oh, goodevening, gentlemen. anybody who can tell me what happened make you guys so upset? (Добрый вечер, господа, кто-нибудь может мне сказать, что произошло, что так разозлило вас?)
(Далее всё будет заменено на китайский, простите автора за плохой иностранный язык…)
Менеджер был почтителен. С безупречным иностранным языком он обратился к иностранцу и переводчику с расспросами.
— Посмотри на свою работницу! Что за дурацкая выходка! — иностранец свирепо ткнул пальцем в грудь менеджера, изливая своё недовольство.
— Она как слепая (прошу прощения у моих братьев и сестёр с нарушениями зрения), споткнулась на ровном месте и разбила моё драгоценное вино! Она должна возместить мне мои убытки!
Иностранец, заложив одну руку в бок, а другой рукой указывая на официантку, которая всё ещё вытирала остатки вина на полу, резко отчитал её.
Менеджер повернулся и обратился к официантке: — Хань Цайин, что случилось?
— Менеджер, я не знаю, что произошло. Пол был скользким, и они всё время торопили меня… Я… я… —
Официантка крепко сжала белую салфетку в руке, которая была испачкана большим красным пятном, неизвестно, вино это или что-то ещё. Она выглядела обиженной и тихо ответила, в её голосе слышались нотки плача.
— Что ты ещё можешь сказать! Разве мы не можем торопить наших гостей! А?
Мужчина в золотых очках властно шагнул вперёд. Сегодня он был полон злости. Глядя на иностранца, он понимал, что эта сделка, вероятно, сорвётся.
Ему нужен был кто-то, на ком он мог бы выместить свою злость, и официантка, присев на корточки на полу, была как раз подходящим объектом для выплеска негатива.
Он поднял свой кожаный ботинок и уже собирался наступить на лицо официантки.
— Убери свою вонючую ногу! Если ты её тронешь, в Чжунхае не останется места, где ты мог бы пожалеть об этом!
Толпа зрителей медленно расступилась, пропуская вперёд нового прибывшего.
Из толпы вышел молодой мужчина. Он двигался легко, его осанка была спокойной, а высокий рост под прекрасно сшитыми серыми брюками подчёркивал его идеальные пропорции.
На нём была аккуратно отглаженная чёрная рубашка с коротким рукавом, без видимых брендов. В мягком свете виднелись тонкие, замысловатые узоры, демонстрирующие её необычайное качество.
Воротник украшали три вышитых каплевидных узора, что придавало ему неповторимый вид и подчёркивало его необычайный статус и стиль.
Его красивое лицо превосходило большинство мужских звёзд, густые брови в форме меча придавали ему ещё большую мужественность. Пара глубоких глаз сверкала спокойным холодным светом, казалось, проникая в самое сердце. Уголки губ тронула еле заметная улыбка, придавая ему непостижимую уверенность.
С появлением этого мужчины все взгляды в зале мгновенно сосредоточились на нём. Люди начали тихо перешёптываться, обсуждая его личность и намерения.
Этим человеком был Ло Чэн.
Ло Чэн облегчённо вздохнул. К счастью, он успел.
«Женщины вроде Ся Лисинь, попробовав однажды, уже не могут остановиться», — подумал он.
Под её напором каждая часть её дома стала свидетелем их бурных моментов.
Из-за этой задержки он чуть не упустил этот важный поворот сюжета. Если бы Чжан Фань сыграл героя и спас прекрасную девушку, выставив себя крутым парнем, что бы тогда делал он, Ло Чэн?
«Вот же Ся Лисинь, чуть не помешала моему важному делу».
Ло Чэн мысленно поклялся, что после того, как всё закончится, он хорошенько «накажет» эту игривую женщину Ся Лисинь.
В оригинальном сюжете Чжан Фань использовал свою сверхъестественную способность, чтобы определить, что разбитая бутылка была поддельным вином, а настоящее вино давно было подменено менеджером.
А официантка, которая сейчас стояла на полу, была одной из главных героинь — Хань Цайин. Она попала в ловушку и была подставлена, чтобы взять вину на себя вместо менеджера.
Чжан Фань разоблачил заговор менеджера, вызволил Хань Цайин из беды, и в результате Хань Цайин развила к Чжан Фаню чувства в процессе последующего общения и в конечном итоге искренне полюбила его.
«Все удачи главной героини должны принадлежать только мне. Мы с Чжан Фанем — соперники. В конце выжить смогу только я, Ло Чэн!»
В оригинальной истории Чжан Фаню удалось блестяще проявить себя. Он использовал свою способность видеть поддельное вино, чтобы разоблачить план менеджера, завоевал расположение иностранца, а затем даже установил деловые связи и занялся торговлей оружием!
Но сегодня, раз уж он, Ло Чэн, здесь, ничего подобного произойти не должно!
Однако сюжет всё равно должен развиваться так, как он того хочет!
— Кто ты такой! Какой-то выскочка! Вмешиваешься в чужие дела! Смеешь указывать мне, Хуан Цзыхуа!
Мужчина в золотых очках не ожидал, что внезапно появится кто-то вроде киногероя, который помешает его планам. Из-за этого он потерял ещё больше лица перед своим другом-иностранцем!
— Кто я? Тебе не положено знать! Тебе достаточно знать, что я парень этой девушки! Если ты тронешь её хоть на волосок, ты умрёшь!
Hань Цайин, стоявшая на полу, медленно встала. Глядя на лицо Ло Чэна, она была в полном недоумении.
Она хотела было отрицать, но, взглянув на разбитую бутылку дорогого вина у своих ног, она на мгновение засомневалась.
В тот момент, когда она колебалась, Ло Чэн бросил на неё нежный и успокаивающий взгляд, словно говоря: «Всё в моих руках».
Hань Цайин больше не отрицала. Она послушно встала в сторонке, выглядя так, будто подтвердила его слова.
Увидев лицо Хань Цайин, взгляд Ло Чэна на мгновение затуманился. Это было лицо, превосходившее красотой подавляющее большинство актрис.
Высокий нос, тонкие губы, сияющие большие глаза, кристально чистая кожа — это была элегантная и лучезарная красота, обладающая заразительной силой!
Хорошо сложенная, стройная фигура, даже под чёрной униформой официантки невозможно было скрыть её изящные изгибы.
«Героиня есть героиня. Действительно, темперамент выдающийся».