На словах Цзян Ли строил из себя недотрогу, но тело его даже не думало сопротивляться.
Су Цзинь, услышав эти слова, лишь сильнее сжал руки на гибкой талии. Он не стал отвечать напрямую, только буркнул:
— Спи скорее.
Слова Цзян Ли заронили в его душе тревогу, а та, в свою очередь, пробудила ещё большую жадность.
Су Цзинь в этой жизни ещё никогда не был таким инициативным, но вот беда — человек в его объятиях никак не хотел питать к нему грешных мыслей.
Цзян Ли усмехнулся уголком губ и, шурша, словно зверёк, перебрался под одеяло к Су Цзиню. Приблизившись к его уху, он тихо спросил:
— Су Цзинь, а твои фанаты знают, что ты так раскис, не в силах устоять перед моей красотой?
— Они-то думают, что мы заклятые враги, а ты за их спинами со мной... Тебя не заводит эта тайная порочность?
Голос Цзян Ли намеренно звучал низко и мягко, горячее дыхание обжигало лицо Су Цзиня.
Они ведь даже ничего не сделали, но слова Цзян Ли описывали всё так, будто их связь была чем-то постыдным и безнравственным.
Су Цзинь прищурился, в голосе послышалось раздражение:
— Раньше ты не был таким болтливым. Закрывай рот и спи.
С этими словами мужчина закрыл глаза, показывая, что больше не намерен разговаривать с Цзян Ли.
Цзян Ли опустил взгляд на руку, всё ещё крепко сжимавшую его, и в его ясных глазах мелькнула дерзкая наглость избалованного любимца.
Он припал к уху Су Цзиня, голос его стал мягким, нежным, но необычайно твёрдым:
— Учитель Су, даже если вы завладеете моим телом, моё сердце по-прежнему принадлежит Мяомяо.
В этих словах Цзян Ли была лишь половина правды. Су Цзинь чувствовал в них насмешку, но глухое раздражение от этого не исчезало. Казалось, внутри него закипала целая буря гнева, только вот на ком его срывать и как — он не знал.
Шэн Мяо... проклятый!
Цзян Ли чувствовал, как человек рядом пытается изобразить ровное, спокойное дыхание спящего, но слишком уж старательная частота выдавала его с головой.
Цзян Ли снова усмехнулся, приблизился к уху мужчины и едва коснулся губами его щеки — лёгкий, невесомый поцелуй.
А после, как ни в чём не бывало, нырнул обратно в его объятия, готовясь ко сну.
Он играл роль подлеца, разделяющего чувства и тело, с безупречным мастерством.
...
Потом Цзян Ли и вправду крепко заснул, а вот Су Цзинь не сомкнул глаз до самой полуночи.
Су Цзинь молча прислушивался к ровному, глубокому дыханию рядом и, наконец, с горечью выдохнул.
Неужели этот бессердечный Цзян Ли и правда способен, посапывая у него под боком, в то же время пылать страстью и обожанием к другому мужчине?
И как же его за это наказать?
На следующее утро
Когда Су Цзинь спускался вниз, он столкнулся с Шэн Мяо, который вышел попить воды.
Шэн Мяо, заметив, что Су Цзинь выглядит невыспавшимся и мрачным, участливо поинтересовался:
— Учитель Су плохо спал? Продакшн-группа поступила жестоко, в каждой комнате поставили только по одной кровати. Вас, наверное, побеспокоил Цзян Ли?
Услышав это, лицо Су Цзиня стало ещё холоднее. Обронив: «Не твоя забота», — он прошёл мимо и спустился вниз.
Шэн Мяо нахмурился, глядя на мрачного Су Цзиня, и списал это на утреннюю капризность.
Ведь он-то ничем не мог его рассердить.
В это время камеры и оборудование для прямой трансляции в комнате уже были установлены, и, увидев эту сцену, зрители в чате взорвались:
【В чём дело? У Су Цзиня и Шэн Мяо личные счёты?】
【Такое ощущение, что это Шэн Мяо отобрал у Су Цзиня двадцать лет жизни богатого наследника.】
【Су Цзинь, похоже, просто терпеть не может Шэн Мяо как личность!】
【Блин, даже если и терпеть не может, мог бы не показывать это так явно. Вы не видите, как неловко Мяомяо?】
За завтраком все собрались.
Цзян Ли, всю ночь проспавший в объятиях Су Цзиня, чувствовал себя бодрым и отдохнувшим.
Фу Чжао и Чжоу Ло, заговорив об играх, захотели поиграть. Вдвоём они резались до полуночи, а теперь переругивались.
Цзян Хуацин, по своему обыкновению мягкий и сдержанный, тихо сидел за столом и ел кашу.
Цзян Ли, глядя на осунувшееся лицо Су Цзиня, снова поддел его:
— Эй? Учитель Су, что с вами? Вы ведь легли рано, а качество сна такое плохое?
Су Цзинь встретил этот хитрый, искрящийся взгляд и в душе почувствовал бессилие:
— Поэтому сегодня вечером придётся сменить метод, помогающий заснуть.
Цзян Ли приподнял бровь:
— Например?
Су Цзинь лишь тихо рассмеялся, неторопливо поднёс чашку с кофе к губам и сделал маленький глоток.
И только потом перевёл взгляд на Цзян Ли:
— Тебе нужно лишь помнить, что ты всё ещё должен мне одно желание.
Иносказание было ясным: сегодняшнее снотворное — это «что я скажу, то и будешь делать».
Цзян Ли: «...»
Он сидел на стуле и, загибая пальцы, подсчитывал, сколько ещё дней ему придётся жить с этим монстром.
【Хм, мужчина, ты улыбаешься, только когда видишь Цзян Ли, да?】
【Ничего себе! Су Цзинь, Су Цзинь, оказывается, ты умеешь улыбаться.】
【Хнык~ Неужели только я чувствую здесь дух ссорящихся влюблённых?】
После завтрака машина, которая должна была отвезти их на «Пляжную игру», первой остановилась у входа в особняк.
Когда группа выходила, Цзян Ли всё стоял у двери, взглядом провожая Шэн Мяо.
— Знал бы, что Мяомяо выберет пляжные игры, я бы пошёл с тобой. Мяомяо, развлекайся.
Шэн Мяо взглянул на Цзян Ли, ничего не ответил, развернулся и первым залез в машину.
Фу Чжао, не желая, чтобы Цзян Ли попал в неловкое положение, подошёл и с улыбкой сказал:
— Ничего, в следующий раз я пойду играть с тобой.
Цзян Ли улыбнулся уголком губ, кивнул и помахал всем рукой.
【Лили! Умоляю, убери ты этот свой дешёвый вид!】
【И ведь ещё спрашивают, почему Су Цзинь ненавидит Шэн Мяо. А вы бы сами улыбались человеку, к которому ваш любимый бегает с подлизыванием, а тот этому ни в грош не ставит?】
【Блин, любовный треугольник, замкнулся!】
Цзян Ли стоял у входа и смотрел, как автобус исчезает из виду, и только тогда обернулся. Но, повернувшись, он сразу встретился взглядом с чуть обиженными глазами Су Цзиня.
Цзян Ли сделал вид, что не понимает, удивлённо хлопнул ресницами и спросил:
— Учитель Су, у вас ко мне дело?
【Ха-ха-ха, Цзян Ли, ты правда не чувствуешь, что Су Цзиня уже окутала тьма?】
【Мысли Су Цзиня: «Я всем видом показываю, что хочу, чтобы ты меня приободрил, а ты что, правда не видишь?!»】
В этот момент к воротам особняка подъехала ещё одна машина.
Цзян Ли улыбнулся:
— Учитель Су, и наша машина подошла.
С этими словами Цзян Ли первым запрыгнул в машину и сел на первое попавшееся место.
Су Цзинь, поднявшийся следом, проигнорировал кучу свободных мест и целенаправленно сел рядом с Цзян Ли.
На его и без того суровом лице ясно читалась обида, словно он не мог решить, выбить ли прямо на лбу: «Ты точно не собираешься меня утешить?».
Цзян Ли чуть заметно улыбнулся, глядя на него влажными, блестящими глазами, и с притворной серьёзностью сказал:
— Я тоже рад пойти с учителем Су на банджи-джампинг.