Три дня спустя.
У горных врат.
Цюй Юньчжэн и остальные собирались сопровождать Шэнь Сяньлина в Заставу Иньсэнь. Собралась целая процессия. Пересчитав, она насчитала шестерых человек — кроме заранее назначенных Цюй Юньчжэн, Су Фу и главного героя Шэнь Сяньлина, были ещё четвёртый старший брат Гуй Сюньсяо, девятая младшая сестра Чжу Ли, а также примкнувший к ним позже Се Байи.
Все — личные ученики главы секты.
Размах был внушительный, прихватили даже двух лекарственных культиваторов, что вполне показывало, как сильно Лин Сяоса баловала свою новую маленькую ученицу. Это сразу подняло образ Шэнь Сяньлина в глазах остальных учеников на целый уровень.
— Двенадцатый.
Се Байи был несколько рассеян. Услышав голос, он поднял голову:
— Старший брат.
Су Фо за сотни лет так и не смог охладеть к своему вееру. Он посмотрел на Се Байи, затем приподнял бровь:
— Скоро уходим, а ты, я гляжу, не в себе. Что-то забыл?
Услышав это, Се Байи отвёл взгляд:
— Нет.
— О-о, — Су Фо прикрыл лицо веером, — значит, кого-то ждёшь?
— ... — лицо Се Байи похолодело. — Нет.
Су Фо усмехнулся и не стал допытываться. Просто убрал веер, заметил краем глаза девятую младшую сестру и самую младшую — красота резала глаз, — и не спеша отправился заговаривать с красавицами.
Когда он ушёл, Се Байи постоял немного, а затем невольно оглянулся назад.
Ничего.
— ...
Се Байи бесстрастно убрал взгляд. Ха.
Стоявшая рядом Цюй Юньчжэн видела всё это. Она опустила глаза и улыбнулась, затем протянула ногу и толкнула стоявшего с ней рядом Гуй Сюньсяо:
— А где Ваньвань?
Гуй Сюньсяо смотрел на Шэнь Сяньлина и рассеянно ответил:
— Разве можно войти в Путь, просто чихнув?
Цюй Юньчжэн:
— ...
Она посмотрела на эту разношёрстную компанию и затосковала по своей Ваньвань.
Все уже собрались, время подошло, пора было отправляться в путь. Но возникли две проблемы — Шэнь Сяньлин и Се Байи ещё не умели летать на мечах.
Ну ладно, проблема-то была всего одна.
Культиваторы, отправляясь в дальний путь, для скорости либо летели по небу, либо уходили под землю. Пересекая горы и моря, чтобы встретиться с тобой, не боясь ни ветра, ни дождя!
С Шэнь Сяньлином было проще — рядом был Су Фу, от его заботы ещё никто не уходил. Главная проблема была в Се Байи. У этого парня за несколько лет сломили гордость, и теперь он наконец вырвался из пучины страданий. Пучина~ вскипает любовью и ненавистью~
Своё достоинство он ставил превыше всего.
Се Байи не позволял никому себя везти.
На мгновение все оказались в затруднении. Шэнь Сяньлин смутно ощутил зов, хотел было заговорить, но тут услышал голос Цюй Юньчжэн:
— Я преподам тебе Формулу Управления Мечом, Двенадцатый. Если за четверть часа не выучишь, повезу тебя четвёртый старший брат или я. Третьего варианта нет.
Се Байи ответил быстро:
— Хорошо.
— Раз уж пылаем спешкой до Заставы Иньсэнь, то есть ли время учиться на ходу?
Внезапно подал голос Су Фу. Все опешили и уставились на него.
Су Фу прищурился, покачивая веером, и устремил взгляд за спину Се Байи:
— Хватит продавать, Двенадцатый. Твой Чань Чжи пришёл.
Се Байи:
— ...
Се Байи обернулся и увидел Чу Чжичань. Она держала в руке медитативные чётки, в широких рукавах даосского одеяния, с видом высокомерным и презрительным шла к ним. За ней следовали головорезы во главе с Му Чанфанем.
Толпа валила, у них даже антураж был внушительнее.
Такое чувство, будто главарь выводит свою банду. Чу Чжичань сметает всё на своём пути!
Да! Чу Чжичань пришла!
—
Чу Чжичань выгнал сюда Лин Лин И.
Те три дня она сосредоточенно культивировала, пытаясь прорвать бутылочное горлышко перехода. Культивировала до полного изнеможения, до внутреннего краха, до бессонных ночей. В итоге плюхнулась головой на подушку, решив просто завалиться спать до смерти, чтобы навеки уснуть~ развеять былое словно дым и тучи~ ничего ко мне не лезь~
Но у неё была Лин Лин И.
[Предупреждение о нарушении характера!] [Предупреждение о нарушении характера!] [Предупреждение...]
Лин Лин И прямехонько использовал [Предупреждение о нарушении характера] в мозгах Чу Чжичань, включив ультра-3D-объёмное, абсолютно чёткое звучание, и крутил его по кругу раз за разом.
Чу Чжичань чуть не убило этой вибрацией.
Так что Чу Чжичань с горем пополам вышла на работу.
А-а-а!
Когда я выйду на пенсию?!
Едва увидев Чу Чжичань, все сразу поняли — настроение у неё так себе. Их взгляды невольно дружно устремились к Се Байи. Тот обнаружил, что отступил на два шага и прижался к самой младшей ученице.
Отступаем, отступаем! Тревога, тревога!
Объявить тревогу десятого уровня!
Шэнь Сяньлин:
— !
Шэнь Сяньлин глянул на Се Байи, а затем резво спрятался за спину Су Фу.
Только не подходи!
А если старшая сестра примет меня за твоего подельника?
Лучше бы Шэнь Сяньлин не прятался. От его попытки спрятаться это выглядело как кокетство.
Се Байи, который всего лишь хотел подсознательно найти кого-нибудь рядом, чтобы прикрыться:
— ...?
Ему надо было отступать к старшей ученице.
Однако то, что предстало взору Чу Чжичань, уже было не объяснить.
Хрупкий юноша тянется к девушке, пытаясь ощутить её любовь; девушка, смущаясь от близости, резко ныряет за спину второго парня.
Картина именно такая.
Чу Чжичань в ужасе:
— Я всего три дня не выходила, а эти двое уже так быстро развили чувства???
Лин Лин И: [Да. Так что прошу хостера ускорить соблазнение.]
Лин Лин И: [Прогресс задания: -97%.]
Полоса прогресса была плачевна. Чу Чжичань цыкнула.
Не знаю, что думали остальные, но настроение у Чу Чжичань было отвратительным. Возможно, из-за недосыпа — да она вообще не спала! Это ярость от вынужденной бессменной вахты!
Бам-бам-бам!
Избить Лин Лин И и Се Байи!
Только у вас двоих больше всех проблем!
— Се Байи, — Чу Чжичань остановилась, не глядя на остальных, а устремив взгляд на Се Байи. — Подойди.
Се Байи:
— ...
Се Байи фыркнул и не обратил на неё внимания.
Му Чанфань тут же разъярился за Чу Чжичань:
— Се Байи, не знаешь своей выгоды —
— Чанфань, — осадила его Чу Чжичань, — замолчи.
Му Чанфань обиженно:
— Старшая сестра! Он тебя не уважает!
Чу Чжичань:
— Это дело между мной и им.
Му Чанфань скрежетал зубами, проглатывая обиду, в душе рычал и готов был бить себя в грудь, возвращаясь к предкам! Се Байи, ты, подлый соблазнитель, сманивающий мою старшую сестру!
Цюй Юньчжэн, приподняв бровь, наблюдала за этой сценой и наконец сказала:
— Ваньвань, расположение Заставы Иньсэнь ты знаешь. Значит, Двенадцатого оставляю тебе. Время не ждёт, мы выступаем первыми.
Чу Чжичань была только рада, что она уведёт людей:
— Ммм.
Ведь вести себя властно перед толпой в пятьсот шестьдесят пять раз неловче, чем перед одним Се Байи! Сраму хватит на десять лет!
Цюй Юньчжэн хлопнула Су Фо по плечу и первой увела людей.
Шэнь Сяньлин перед уходом, не в силах расстаться, бросил на Чу Чжичань полный тоски взгляд.
Чу Чжичань:
— ?
Неужели ты так сильно не хочешь с ним расставаться?!
Чу Чжичань посмотрела на Се Байи. Тот отвернулся с холодным лицом.
В общем, он её игнорировал.
Чу Чжичань понизила голос:
— Се Байи, ты так не хочешь меня видеть?
Се Байи скривил губы:
— А что, ты только сейчас узнала?
Му Чанфань:
— Ты —
Чу Чжичань щёлкнула пальцами, накладывая на Му Чанфаня заклинание тишины.
Она пристально смотрела на Се Байи несколько мгновений, а затем усмехнулась:
— Забавно.
За — бавно!!! Всё из-за тебя! Я даже отдохнуть не могу!
Шагнув к Се Байи, Чу Чжичань схватила его за руку:
— Не смотри по сторонам. Что в той младшей ученице такого хорошего? Неужели я, Чу Чжичань, хуже неё? Се Байи, я сейчас тебе потакаю. Не вынуждай меня принимать настоящие меры. — Она властно притянула его к себе, излучая напор.
Се Байи вырвал руку:
— Я не пойду в Заставу Иньсэнь.
Чу Чжичань прищурилась:
— Ты пошёл туда ради неё?
Се Байи холодно усмехнулся:
— Тебе-то какое дело?
Чу Чжичань на мгновение не нашлась с ответом, просто смотрела на него.
Се Байи с выражением гадливости отвернул лицо.
— Се Байи. — окликнула его Чу Чжичань.
Се Байи притворился глухим.
Чу Чжичань сказала:
— В Заставу Иньсэнь я пойду с тобой.
Се Байи замер, а затем наконец соизволил взглянуть на неё.
Чу Чжичань перебрала в пальцах медитативные чётки и бросила грозные слова:
— Придём в Заставу Иньсэнь. Ищи свою собственную удачу и нужные тебе вещи. Не дай мне узнать, что ты здесь из-за Шэнь Сяньлина. Иначе, — она сделала паузу, в её взгляде, устремлённом на него, читалась сильная агрессия, — я запру тебя.
— В Секте Даохэ нет ничего, чего я не смогу сделать.
Это — моя вотчина! Я, гордый Чань, владыка!
Се Байи шевельнул кончиками пальцев и не успел ответить, как Чу Чжичань снова схватила его за руку.
— Формуле Управления Мечом я научу тебя потом, — в руках Чу Чжичань чётки засияли изумрудным светом, и тут же появился свиток белого шёлка. — Се Байи, придти ко мне куда полезней, чем искать кого бы то ни было.
Се Байи молчал, и только когда Чу Чжичань закончила последние слова, он тихо фыркнул.
Белый шёлк взвился на ветру и унёсся вдаль.
Чу Чжичань сидела, скрестив ноги, и думала про себя, что эта дурацкая роль крутого лидера скоро её доконает.
Скоро запас слов иссякнет.
Се Байи опустил голову, глядя на свою руку. Долгое мгновение он мял подушечки пальцев.
[Дзынь! Уровень озлобления Се Байи: -2.]
[Дзынь! Прогресс соблазнения Се Байи: +2%.]
[Дзынь! (Всё.)]
Чу Чжичань:
— ...
Я-то думала, ты дашь мне предмет!
А ты, обманщик!
Застава Иньсэнь.
Хи-хи-хи-хи-хи-хи!
Услышав это имя, сразу повеяло ледяным ужасом. Казалось, там, на сотню ли вокруг, стоит кромешная тьма, а количество таящихся там чудовищ-хихикал таково, что хватило бы на девять столов для мацзяна и восемь колод карт! Эй! Тройка с одной! Стрейт!
Ху!
Без боевых искусств при тебе войдёшь — и ты тоже ху!
Закрывай глаза и ложись на досточку.
Чу Чжичань напридумывала кучу жутких образов Заставы Иньсэнь, а когда наконец добралась, обнаружила, что это был прекрасный солнечный лес. Деревья росли густо, травы буйствовали. Осенний ветер завывал, волны вздымались, с яростью отбарабанив восемьсот стихов! Словно супер-озеленённый парк. Зайдёшь — и из головы трава попрёт вжик-вжик-вжик! Вырастет зелёная лужайка, бескрайняя, края не видать~
В общем, выглядел это как самый-самый обычный лес.
Даже нормальней, чем Секта Даохэ.
Уверенно приземлившись, Чу Чжичань смотала белый шёлок обратно в чётки, огляделась. Неподалёку с помощью духовного чутья она уловила ауру Цюй Юньчжэн и остальных. Они направились на юго-восток.
Вообще, если идти за главным героем, хорошие вещи точно будут, но хорошие вещи обычно попадают только в карман главного героя.
Например, в оригинальном тексте, когда Шэнь Сяньлин и другие вошли в Заставу Иньсэнь, каждый шаг приносил небесное сокровище, каждый следующий — редчайшую удачу. Но всё это доставалось Шэнь Сяньлину. Не то чтобы старшие братья и сёстры были слишком великодушны, просто эти сокровища были слишком сговорчивы! Едва завидев Шэнь Сяньлина, сразу признавали его хозяином, ни секунды не колеблясь.
Уж не говоря о том, что, придя сюда, Шэнь Сяньлин помимо кучи всякой всячины попутно украл сердце хозяина Заставы Иньсэнь, которое тот не трогал восемьсот лет, и нашёл своё истинное оружие — легендарный невиданный тысячелетиями божественный артефакт Стеклянный дворцовый фонарь, сияющий всеми цветами радуги, с 3D-звуком, сверкающий как хрусталь, блестящий-блестящий!
Шэнь Сяньлин пришёл разок — и всё добро Заставы Иньсэнь выгреб дочиста.
Истинно: вор сердец + король опустошителей по имени Шэнь Сяньлин.
Подумав об этом, Чу Чжичань взглянула на Се Байи.
Этот главарь злодеев до своего озлобления был довольно жалок.
Шэнь Сяньлин пришёл в Заставу Иньсэнь и набил карманы, а Се Байи в итоге разжился всего двумя целебными травами и спрятал их, чтобы лечить свои раны.
Чу Чжичань окликнула его:
— Се Байи.
Се Байи посмотрел на неё:
— Говори.
— В Заставе Иньсэнь много зверей и земных духов, — спросила Чу Чжичань. — У тебя есть при себе меч?
Се Байи помолчал, затем отвернулся:
— Нет.
Так и знала.
Этого парня тайно зажимали. Иначе как могло случиться, что у него не было даже меча для самозащиты? По сравнению с Шэнь Сяньлином, который одновременно поступил к Лин Сяоса и был всеми любим, его везде недолюбливали. В Секте Даохэ было много тех, кто ему не покорялся.
Чу Чжичань ничего не сказала, просто протянула ему вещь:
— Держись рядом. Не смей отходить от меня.
Се Байи посмотрел на её руку и замер.
Она протянула ему свои медитативные чётки.