— Се Цин, не наглей. Не думай, что я не посмею тебя тронуть.
Голос мужчины звучал бесстрастно, словно пронизывающий ледяной ветер.
Се Цин почувствовал, как лёгкие сдавило, и это заставило его открыть глаза.
Он не узнавал стоящего перед ним мужчину, но сейчас его горло было крепко сжато чужой рукой. Дыхание становилось всё труднее, перед глазами начало темнеть.
Этот человек действительно хотел его убить.
Инстинкт выживания вскипел в нём. Се Цин бешено замахал руками, пытаясь разжать эту железную хватку, ногти глубоко впились в кожу противника.
Из последних сил он поднял колено и со всей силы ударил мужчину в живот. В тот миг, когда тот охнул от боли, Се Цин резко повернулся боком и, используя инерцию, немного ослабил захват.
Следом он быстро ударил локтем в рёбра противника и, пока тот защищался, наконец вырвался из удушающих тисков. Затем мгновенно встал на ноги и рефлекторно принял боевую стойку.
— Ты кто? — спросил Се Цин, холодно глядя на мужчину напротив. — Кто тебя послал?
И разве он не был мёртв?
Мужчина зажал живот, через некоторое время пришёл в себя и медленно выпрямился.
— Се Цин, прикидываешься дурачком? Я тебе говорю: сейчас же иди извинись перед Сяо Но! — голос мужчины кипел от ярости. — Если послушаешься, я прощу тебе то, что ты на меня руку поднял. И даже буду навещать тебя каждый день, — добавил он тоном, будто оказывал великую милость.
Услышав это, Се Цин едва сдержался, чтобы не расхохотаться. Откуда у этого типа такая наглость?
Что он, какой-то жалкий человек, чтобы его навещал такой мусор?
Се Цин задумчиво огляделся. Похоже, это была какая-то VIP-комната.
— Если не извинишься, я больше никогда с тобой не увижусь.
Мужчина, казалось, был уверен, что после этих слов собеседник обязательно уступит, как раньше.
— Пф.
На лице Се Цина появилась откровенная насмешка. Он смотрел на этого человека как на величайшую нелепость.
— Когда Цинь Шихуан строил Великую стену, почему он не прихватил и твоё лицо?
— Ты...
Мужчина уловил издевку в его словах и, казалось, не поверил своим ушам. Лицо его побагровело, он едва сдерживал гнев, но, вспомнив, что в последнее время и правда пренебрегал Се Цином, решил, что тот просто капризничает. Подавив эмоции, он изобразил фальшивую улыбку, стараясь выглядеть влюблённым.
— Цинцин, я знаю, ты говоришь сгоряча. Сяо Но — твой младший брат, значит, и мой тоже. Я всегда относился к нему как к брату, ты же знаешь. Самое дорогое для меня — это ты. То, что я тебя душил, вышло нечаянно. Я не могу без тебя. Без тебя моя жизнь теряет всякий смысл.
Мужчина был уверен, что такие слова растрогают Се Цина до слёз.
На самом деле Се Цина чуть не стошнило от отвращения.
Менять лицо быстрее, чем перелистывать книгу, — не страшно. Страшно, когда в книге закладкой торчит кусок дерьма.
Что за придурок сюда припёрся? Только и умеет, что брехать.
Правая рука Се Цина взяла со стола вазу. Он слегка взвесил её в ладони, словно прикидывая вес.
А в следующую секунду:
— Бам!
Ваза с глухим стуком обрушилась на голову мужчины. Тот вытаращил глаза, в них застыло неверие, а затем он тяжело рухнул на пол и потерял сознание.
Се Цин вытер рукой кровь, брызнувшую ему на лицо, и медленно произнёс:
— Заткни свою собачью пасть.
Этот удар, казалось, отнял у него последние силы.
Опираясь на стену, он направился к выходу из комнаты.
— — —
В коридоре за дверью было многолюдно.
Почти никто не обратил внимания на слегка растрёпанного Се Цина.
Он шёл, опираясь на стену, и с каждым шагом двигался всё медленнее. Только сейчас он осознал, насколько слабо это тело. Казалось, малейшее прикосновение — и он упадёт.
Он потёр голову: внутри будто тысячи иголок вонзились.
Боль была такой, что хотелось убивать.
Как раз в этот момент его плечо задел проходящий мимо человек. Се Цин пошатнулся и рухнул на бок, а затем потерял сознание.
Мужчина напротив опешил. Он никак не ожидал, что от такого лёгкого касания кто-то упадёт.
Такой дешёвый способ вымогательства!
Но тот долго не подавал признаков жизни — и вправду потерял сознание!!!
Хо Юньтин одной рукой взвалил его на плечо, другой набрал номер.
— Брат, ты приехал? Все тебя ждут, только тебя нет, — раздался в трубке беспечный голос вперемешку с ритмичной музыкой.
— Небольшие проблемы, не приду.
— Серьёзно? Нужна помощь?
Голос в телефоне мгновенно стал серьёзным.
— Не надо. Развлекайтесь, встретимся в другой раз.
Хо Юньтин повесил трубку и отправил помощнику сообщение: «Подгони машину».
Человек у него на плече тихо заскулил от неудобства.
Но Хо Юньтин не обратил на это внимания — даже позы не сменил.
Когда машина подъехала, он, не церемонясь, загрузил Се Цина внутрь, а затем сел сам.
— В больницу.
Голос Хо Юньтина звучал холодно и не терпел возражений.
— Слушаюсь, босс.
— — —
Машина плавно ехала по дороге. Сидящий за рулём Чу Ло то и дело бросал взгляды в зеркало заднего вида на заднее сиденье.
Не то чтобы ему было так любопытно, просто за шесть лет работы ассистентом Хо Юньтина он впервые видел, чтобы тот к кому-то прикасался. Конечно, нёс на плече, но ведь раньше такого не было!
Что это за чудище такое, что заставило обычно аскетичного, как монах, босса тащить кого-то на себе в общественном месте?
В душе Чу Ло разрывало от любопытства, но внешне он старался сохранять невозмутимый вид (как ему казалось).
[Тот парень, которого нёс босс... он совершеннолетний?] — не переставал думать Чу Ло. [Поехать в больницу... неужели босс... не знал меры и довёл парня до травм? О боже, как волнительно! Я будто узнал чью-то тайну.]
Чу Ло становился всё более взбудораженным.
— Чу Ло, — спокойно произнёс Хо Юньтин.
— Я здесь! — Чу Ло вздрогнул и рефлекторно ответил.
— Я заметил, ты то и дело оглядываешься назад. Когда приедем в больницу, проверь заодно глаза.
Чу Ло замер, рука на зеркале заднего вида дёрнулась. В душе он корил себя: и правда, любопытство кошку сгубило — не зря говорят.
Но в мыслях он уже попрощался со своей годовой премией, а вслух послушно ответил:
— Есть.
Хо Юньтин перевёл взгляд на лежащего рядом юношу.
Нельзя отрицать: он и правда был красив. На лице — лёгкая усталость, вид нездоровый. Густые ресницы чуть загибались вверх, словно два изящных веера; прямой нос с благородной линией, точно искусно вырезанное произведение искусства; чуть сжатые губы — нежные, как лепестки.
Сейчас он хмурился. В этом мгновенном изгибе бровей читалась целая история, и невольно хотелось разгладить эту складку, унять его тревогу.
Глядя на это лицо, Хо Юньтин почувствовал, как сердце сжала невидимая рука — лёгкая дрожь незаметно распространилась внутри.
Такого с ним никогда не бывало.
Хо Юньтин отвёл взгляд. В его глазах застыла задумчивость.
— — —
— Босс, мы в больнице, — Чу Ло припарковался и обернулся.
— Ммм.
На этот раз Хо Юньтин вынес человека на руках.
Чу Ло заранее предупредил больницу, и, когда они вышли из машины, главврач лично встретил их.
Увидев кого-то на руках у Хо Юньтина, он от изумления едва не выронил челюсть — она долго не хотела закрываться. Но спросить он не посмел, а почтительно проводил их в палату.
...
Выйдя из больницы и сев в машину.
— Найди его досье. Завтра в восемь утра чтобы было у меня, — коротко распорядился Хо Юньтин, не допуская возражений.
Чу Ло: «Босс, вы бы глянули, сколько сейчас времени? Уже почти одиннадцать, в такой час даже свиньи с собаками спят!!!»
— Премия двойная.
— Босс, я считаю, эта работа создана специально для меня! — глаза Чу Ло горели решимостью, как у вступающего в партию.
Чу Ло: «Ну и что, что свиньи с собаками спят? Я же рабочая лошадка, как я могу быть хуже них?!»