Баби открыла глаза и недовольно посмотрела на Миясина:
— Ай, ты чего? Вечно так делаешь.
Миясин прочитал мысли Баби и, поняв всё, вернулся на своё место.
Жуйжуй спросила:
— Ну что, ты к ней прикоснулся? Удалось что-нибудь прочитать?
— Кажется, это связано с теми двумя новичками, — тихо ответил Миясин Жуйжуй.
— Новички, — Жуйжуй, словно вспомнив что-то, раскрыла свой блокнот. — Я рассчитывала их судьбу. У них обоих очень тернистый путь.
Она с сожалением покачала головой:
— Жди беды. Может даже дойти до отчисления.
Баби подхватила:
— Отчисление? — она вытянула указательный палец и, продолжая указывать им на Жуйжуй, приблизилась к ней. — Верно, именно отчисление.
— Жуйжуй, а ты довольно точно всё про тех двоих рассчитала.
Баби остановилась рядом с Жуйжуй, оттеснив Миясина с его места.
Миясина оттеснило как раз к Цзыци. Цзыци подняла голову и посмотрела на него.
Договорились же не читать мысли девушек. И что она сейчас увидела?
— Ты…
Миясин только собрался ответить, но почувствовал насмешливый взгляд, отвернулся и опустил голову.
Цзыци слегка запрокинула голову. Чёрные блестящие волосы рассыпались по плечам, несколько прядей чёлки из-за поднятой головы мягко упали по сторонам. Её оленьи глаза не мигая смотрели на него.
Миясин почувствовал, как его сердце получило удар в десять тысяч единиц урона:
— Ты…
Цзыци улыбнулась, но промолчала, покачала головой и продолжила заниматься своими делами.
Миясин с трудом отвёл взгляд, пытаясь игнорировать странное чувство, зародившееся в груди.
Он посмотрел на Баби и закончил фразу, которую хотел сказать:
— Ты так сильно не взлюбила тех двоих новичков?
— Ещё бы! — Баби нахмурилась. — Эти двое выглядят такими тупыми и нищими. Я просто не понимаю, зачем школа приняла их.
С каждым словом в её голосе звучало всё больше отвращения:
— Разве это не снижает высокий уровень нашей Академии Мэн?
— Я, Баби, пришла в Академию Мэн не для того, чтобы учиться вместе с тупицами и голодранцами.
Говоря это, она многозначительно посмотрела на Цзыци.
Дверь в класс открылась, и вошла Укэнана.
Стоявший рядом Даньгучунь подхватил:
— Я их тоже ненавижу. Они были невежливы с моим младшим братом.
Баби кивнула:
— Вот именно, — капризно сказала она. — Я избавила всех от этой напасти. Я уже разобралась с ними.
Услышав это, Укэнана подошла к Баби:
— Баби, что ты имеешь в виду?
Миясин вертел в руках кубик Рубика:
— Да, мне ужасно интересно. Как ты добилась их отчисления?
— Ну… — Баби, виляя бёдрами, похвасталась: — Подземный водосток.
Одноклассники, привыкшие к жеманству Баби, не обратили на это внимания.
Жуйжуй захлопнула блокнот:
— Но это же запретная зона школы!
Миясин задумчиво покрутил кубик:
— Подбила их нарушить школьные правила, и их отчислили.
— Боже мой! — Баби изобразила преувеличенное изумление и невинно сказала: — Я их не подбивала.
В её взгляде сквозило презрение:
— Эти два дурака сами сказали, что у них что-то упало в сточную канаву и они пошли искать.
Укэнана нахмурилась и медленно приблизилась к Баби:
— Баби, ты же знаешь, что Подземный водосток — запретная зона школы, опасное место. Именно поэтому ученикам туда вход воспрещён.
Баби продолжала разыгрывать невинность:
— Но я их предупреждала!
Она наклонила голову и вызывающе посмотрела на Укэнану:
— Но они настояли на том, чтобы войти. Ноги-то их. Скажи, что я могла сделать, чтобы остановить их?
Стоявшие сзади одноклассники поддержали её:
— Баби права! Хорошо сказано!
— Ещё бы!
Укэнана, разозлившись, развернулась и ушла.
Одноклассники переглянулись и вернулись к своим делам.
Миясин наклонился к Цзыци:
— Младшая… что ты делаешь?
Цзыци, не поднимая головы, ответила:
— Готовлюсь к уроку заранее.
— О… — Миясин смутился, не зная, что сказать, и неловко отошёл.
Цзыци, которая как раз манипулировала пробирками, на мгновение остановилась и поставила их на место.
Она подошла к Жуйжуй:
— Старшая, вы так здорово гадаете! Не могли бы вы погадать и мне?
Глаза Жуйжуй засияли:
— Конечно! — Она достала карты Таро и веером раскрыла их: — Давай, вытяни одну.
Цзыци наугад вытянула карту из середины колоды. То ли случайно, то ли нет, она зацепила соседнюю карту, и та упала на пол.
Цзыци нагнулась, подняла упавшую карту и прищурилась.
Смерть.
Конец, принятие, новое начало, перемена.
Указывает на завершение какой-то ситуации.
Очень похоже на её попадание в этот мир.
Она протянула карту Смерть Жуйжуй и взглянула на ту, что вытянула сама.
Там была Верховная Жрица.
Жуйжуй удивлённо хмыкнула:
— У тебя выпала Верховная Жрица. О чём бы ты хотела узнать?
Цзыци покачала головой:
— Я не разбираюсь в Таро. Старшая, просто посмотрите для меня.
Жуйжуй взяла карту и сосредоточенно уставилась на неё:
— Ммм… я погадаю тебе на ближайшее будущее.
— Хорошо.
— В целом твоё ближайшее будущее благоприятно, но будут и огорчения. Тебе стоит прислушиваться к интуиции и принимать свою нынешнюю жизнь.
Цзыци кивнула и задумчиво посмотрела на карту.
Что касается дел — можно действовать, а можно и выжидать.
Её великое дело — помочь брату выбраться из Подземного водостока.
Йо-о-сь!
…
Самостоятельные занятия в классе зельеварения закончились. Цзыци направлялась в общежитие. Проходя мимо спортивной площадки, она услышала, как обсуждают одноклассники.
Принцесса Ная отравлена. В Академии Мэн введён режим повышенной готовности второго уровня.
А, вспомнила.
Пока Укэнана была в отравлении, Лань Бао с помощью магии перенёс часть токсинов из её тела на себя.
Цзянь Ни и Айжуйкэ снова отправились в Подземный водосток за плодами ядовитой лозы (зачёркнуто) питахайей.
И тогда Айжуйкэ услышал, как шпион докладывает о ситуации в Академии Мэн.
Сорвав плоды, на обратном пути они встретили человека в маске… Ся Гуанлэя.
Этот предатель.
Цзянь Ни применил магию, но из пальца вылетела лишь маленькая искра, и тут Ся Гуанлэй произнёс свою коронную фразу.
Мне восемнадцать, я не курю.
Так что сейчас ей нужно сделать…
Вернуться в общежитие и лечь спать.
Часа через три-четыре Цзянь Ни и Айжуйкэ добудут плоды и спасут Укэнану.
Всё это время в Академии Мэн будет действовать режим повышенной готовности, так что уроков, скорее всего, не будет.
Лучше уж как следует выспаться и набраться сил.
Придя в общежитие, Цзыци обнаружила, что ей повезло: из-за того, что она пришла в Академию Мэн немного поздно, её поселили в одноместную комнату.
Правда, пока она одна. Интересно, кто будет её соседкой?
…
— Докладываю Повелителю Тьмы: хотя Принцесса Ная уже пришла в себя, ваш слуга сделал более ценное открытие.
Голос Повелителя Тьмы был суров:
— Не смей искать оправдания своей неудаче. За провал ты должен быть наказан.
Ся Гуанлэй опустился на одно колено и с трепетом произнёс:
— По... Повелитель Тьмы, но я нашёл Мага Огня.
— О? — голос Повелителя Тьмы смягчился. — Рассказывай.
Ся Гуанлэй встал:
— В ходе проверки он действительно проявил магические способности к огню.
В его голосе звучала насмешка:
— Однако видно, что его навыки весьма неопытны. Кажется, он ещё не может свободно ими пользоваться.
Повелитель Тьмы жестом велел продолжать.
— Его зовут Лянь Янь Цзянь Ни. Он новичок, только что поступил, раньше жил в мире людей.
Выслушав, Повелитель Тьмы ледяным тоном приказал:
— Хорошо. Заполучи его. Иначе уничтожь.
Ся Гуанлэй улыбнулся:
— Она уже приступила к делу.
— Отлично. Но не забывай о самом главном.
Ся Гуанлэй снова опустился на одно колено и сложил руки в почтительном жесте:
— Слушаюсь. Я непременно как можно скорее выведаю секрет Принцессы Наи.
— Однако…
Увидев, что Ся Гуанлэй колеблется, Повелитель Тьмы произнёс:
— Говори.
Ся Гуанлэй помедлил:
— По моим наблюдениям, появились аж два Мага Лечения. Не прикажете ли и их…
Ся Гуанлэй сделал жест, будто режет горло.
— О?
— Один из них — брат Лянь Янь Цзянь Ни, его зовут Лань Бао. Он владеет магией перемещения ран.
— Другая — девушка. Её способности точно не известны. Её зовут Цзыци. Оба родом из мира людей.
Повелитель Тьмы замолчал, а затем неуверенно переспросил:
— Цзыци?
Ся Гуанлэй кивнул и оскалился:
— Да, её зовут Цзыци. Не прикажете ли…
— Пф-ф!
Сгусток чёрной энергии ударил Ся Гуанлэя. Тот выплюнул кровь.
Схватившись за грудь, он поспешно опустился на колени:
— Владыка?
Голос Повелителя Тьмы был полон ярости:
— В остальное не лезь! Делай, что тебе велено. Не пытайся умничать.
Ся Гуанлэй не понимал, что происходит, но послушно ответил:
— Слушаюсь!