После этой заминки Лу Нинфэн понял, что продолжать размышлять бесполезно — ответа на этот вопрос всё равно не найти.
Улик недостаточно.
Поэтому он перевёл взгляд на третий вопрос.
Лу Нинсюэ, будто почувствовав то же самое, вместе с ним посмотрела на третий, последний вопрос, выведенный на рисовой бумаге.
Ян Кай?
Брат и сестра одновременно погрузились в раздумья.
Двое одновременно переселились душами, и попали как раз в тех двоих, что убил друг друга.
Эти двое к тому же были почти точными копиями их прошлых жизней, а у Лу Нинфэна даже имя совпало.
Слишком много совпадений.
Будто кто-то намеренно так устроил, будто кто-то создал эту сцену, а они, брат и сестра, — марионетки на этой сцене, которыми управляют.
«Лу Нинфэн впервые встретил Ян Кая, когда убивал того Злого Дракона-Цзяо. Человек из высшего мира, из большого клана, с глубокими корнями, получивший хорошее образование, со строгим семейным воспитанием, практически без негатива в облике — и этот человек, лишь взглянув на Ян Кая, не побоялся уронить лицо, лично вмешался в спор двух сект и встал на сторону Секты Прозрачных Волн. Это лишено смысла».
Лу Нинфэн, описывая картину из своей памяти, написал на бумаге три иероглифа: «Лу Нинфэн».
Сколько ни думай, это абсурд. Злой Дракон-Цзяо в Царстве Принятия Духа для прежнего тела был не более чем пылью. А такие могущественные кланы, как клан Лу, передающие наследие бесчисленные годы, превыше всего ценят воспитание характера и натуры потомков.
Лу Нинфэн, как один из наследников клана, как мог из-за такой мелкой выгоды пойти на скандал?
Лу Нинсюэ поняла. Она взяла кисть и написала: «Су Нинсюэ».
«Происхождение и положение Су Нинсюэ ничуть не уступают Лу Нинфэну. Будучи девушкой, она не участвовала в борьбе за право наследования, и поэтому в клане её даже больше баловали».
«Но, попав в Секту Древнего Меча, она стала проявлять повышенное внимание к ученику из этого захолустья. Лично обучала его искусству алхимии, мало того — стоило Ян Каю лишь обмолвиться, что старший брат Секты Прозрачных Волн, возможно, тоже из высшего мира, как Су Нинсюэ лично взялась его проверить. Это ещё более бессмысленно».
Закончив, Лу Нинсюэ обменялась с Лу Нинфэном понимающей улыбкой и продолжила писать, говоря при этом:
«На дневной Торговой встрече он купил товары на восьми прилавках и трижды нашёл упущенную выгоду».
«Особенно когда покупал тот звериный кровавый плод. Среди нескольких стеблей лекарственных трав, которые он небрежно отодвинул, торгуясь, была спрятана спящая личинка. Если я не ошибаюсь, это небесная демоническая бабочка».
Личинка небесной демонической бабочки — даже в высшем мире не назовёшь обычной удачной находкой.
Если бы её захотели продать по-настоящему, нашлись бы желающие отдать сотни тысяч духовных камней.
Иными словами, одной этой сделкой Ян Кай за несколько десятков камней приобрёл сокровище стоимостью в сотни тысяч.
Лу Нинсюэ отложила кисть. То, что она написала, было: «Протагонист?»
«Личинка небесной демонической бабочки. В период спячки её врождённая скрытность необычайно хороша. Если бы мы с тобой не проверили всё силой души, могли бы и не распознать».
«А он с одного взгляда опознал это сокровище, спрятанное среди тех обычных духовных трав. Должно быть, что-то его направляет».
Лу Нинфэн, вспомнив странное поведение Ян Кая на Торговой встрече, произнёс:
«Тьфу... хлопотно. Похоже, это он и есть главный герой. Типичная история: в юности нашёл какую-то таинственную драгоценность, потом растёт не по дням, а по часам, постоянно натыкается на хорошие вещи, красавицы сами вешаются на шею. Брат, как думаешь, мы не окажемся у этого главного героя злодеями?»
Лу Нинсюэ не читала романы, но каждые выходные, возвращаясь домой, слышала, как в его комнате включены аудиокниги — он слушал их, пока играл за неё в игры. Так она косвенно многое услышала.
Вернее, она хотела понять его увлечения и поэтому кое-что узнала о том, что он слушал.
«Нет, злодей только я. Ты... нет, Су Нинсюэ в первоначальном сценарии должна была быть его женщиной. Возможно, одной из его гарема, или даже главной женой».
Лу Нинфэн покачал головой и горько усмехнулся.
«Он?!»
Лу Нинсюэ чуть снова не взбесилась, но, к счастью, её брат знал меру и говорил о Су Нинсюэ.
Она представила, что такая благородная девица, как Су Нинсюэ, могла по непонятной причине угодить в гарем Ян Кая.
Ей стало не по себе. Хорошо, что она переселилась вовремя.
«Нет-нет. Раз брат — злодей, то и Сяо Сюэ — злодейка. Хе-хе-хе, давай мы, брат и сестра, объединим усилия, покорим весь мир, на века и тысячелетия!»
Лу Нинсюэ извернулась, снова начала радостно скандировать и даже издала зловещий смешок.
Лу Нинфэн опешил. Ну и ну, скольких же старейшин Зала Душ она сожрала за один присест, что позволяет себе так смеяться?
«Ладно, хватит дурачиться», — Лу Нинфэн легонько постучал девушку по чистому лбу и серьёзным тоном сказал: — «Это дело очень важное».
«Угу».
Лу Нинсюэ вновь превратилась в послушную девочку, прижалась к груди Лу Нинфэна, не шевелясь, и смотрела на него ясными, живыми глазами, ожидая продолжения.
«Во-первых, то, что Ян Кай — герой боевика, можно считать подтверждённым».
«Тогда возникает вопрос. Для подобного Сына судьбы Су Нинсюэ по сценарию, скорее всего, предназначалась в жёны. Но она мертва. Какой автор посмел бы такое написать? Жизнь не дорога?»
На лице Лу Нинфэна застыло выражение: «Решил послушать бездумный боевик, а главную герою зарезали с самого начала — что за ерунда?»
«Ну, нельзя сказать, что она мертва. Я же переселилась», — Лу Нинсюэ подняла ладошку, как прилежная ученица, тянущая руку, чтобы ответить урок.
«Тогда ещё абсурднее. Какие у нас теперь отношения? Злодей с самого начала наставляет рога главному герою. Какой идиот-автор посмел бы такое написать?» — с досадой произнёс Лу Нинфэн.
«Что за „рога“? Не говори ерунды. Сяо Сюэ не чужая женщина», — Лу Нинсюэ недовольно стукнула его кулачком в грудь.
Глава ещё не закончена, нажмите на следующую страницу, чтобы продолжить читать захватывающее продолжение!
«Ладно-ладно, шучу, я просто так сказал. Но я не говорю ерунды, потому что из этого вытекает другая проблема».
Успокоив Сяо Сюэ, Лу Нинфэн выдвинул своё соображение.
Лу Нинсюэ сначала немного растерялась, но, поразмыслив, просветлела и поняла, что он имеет в виду.
Лу Нинфэн одобрительно улыбнулся: «Вижу, ты уже поняла. Су Нинсюэ, возможно, была в гареме Ян Кая, но Лу Нинсюэ — нет. Почему умерла Су Нинсюэ — неважно. Гораздо важнее то, почему нынешняя Лу Нинсюэ не подвержена влиянию этого героя боевика».
«Я не подвержена влиянию Ян Кая. Это значит, что моя нынешняя личность уже сбросила предначертанную сценарием судьбу. М-м... значит, я, переселившись, слилась с душой Су Нинсюэ и попутно изменила её судьбу?»
«И если я могу бороться за судьбу с таким Сыном судьбы, как герой боевика, значит, я тоже героиня?»
Лу Нинсюэ нахмурилась, чувствуя, что чем дальше, тем мысли путаются.
В итоге она сама оказалась героиней?
«Скорее всего, это самое правдоподобное объяснение. К тому же, наша Сяо Сюэ — переселенка. Почему она не может быть героиней?» — Лу Нинфэн с нежностью ущипнул её за прекрасную щёчку и улыбнулся.
Лу Нинсюэ, по-видимому, пришло в голову нечто большее. Она посмотрела на Лу Нинфэна с очень серьёзным видом.
«Если Сяо Сюэ тоже героиня, то не придётся ли ей в будущем бороться с этим так называемым Сыном судьбы Ян Каем? Как это там говорится? Оспаривать небесную судьбу? Стать единственным любимым сыном или дочерью Небесного пути?»
Услышав это, Лу Нинфэн очень обрадовался. Сяо Сюэ, эта девчонка, очень умна, но каждый раз рядом с ним прикидывается дурочкой, что его весьма огорчает.
«Твои мысли, возможно, верны. Но, судя по примеру Су Нинсюэ, у нас может быть и второй путь», — сказал Лу Нинфэн, весело сжав ладошку Лу Нинсюэ, чтобы привлечь её внимание.
Он слишком хорошо знал Сяо Сюэ. Как он мог не заметить, что за то мгновение, пока она была в ступоре, она уже проанализировала множество будущих возможностей?
Борьба между Сыном судьбы и Девой судьбы неизбежно приведёт к множеству непредсказуемых последствий.
Самым тяжёлым последствием для Сяо Сюэ была бы гибель Лу Нинфэна — изначально предначертанного судьбой врага Ян Кая.
И вероятность этого была весьма высока. Сяо Сюэ — Дева судьбы, и она борется с Сыном судьбы. А вот Лу Нинфэн — нет.
Те, кто предназначен судьбой в злодеи для Сына судьбы, почти всегда плохо кончают.
«Второй путь?»
Злоба, уже начавшая накапливаться в прекрасных глазах Лу Нинсюэ, полностью рассеялась. Она поспешно посмотрела на Лу Нинфэна, схватила его за руку и радостно спросила: «У нас есть ещё выход?»
«Су Нинсюэ умерла, а это значит, что ничего не предопределено окончательно. Мы можем считать так: Сын судьбы — это тот, кому благоволит Небесный путь. Если использовать терминологию традиционных романов — великий везунчик».
«А так называемые злодеи — это не более чем боссы, которых Небесный путь этого мира использует, чтобы стимулировать быстрый рост Сына судьбы. Это точильные камни для него», — объяснил Лу Нинфэн.
«Боссы? Верно. Раз может быть несколько Сыновей судьбы, то кто сказал, что босс должен быть неизменным? Кто будет стимулировать рост Сына судьбы, тот и злодей. Нам просто нужно найти Ян Каю других врагов, и дело с концом?»
Лу Нинсюэ была вне себя от радости. Одному небу было известно, как она испугалась, когда только что прикидывала, что противостояние с Сыном судьбы, скорее всего, приведёт к смерти брата. Этого она принять никак не могла.
«М-м. К тому же, Сяо Сюэ, своим переселением ты уже изменила судьбу Су Нинсюэ. Может быть, и моё переселение изменило судьбу Лу Нинфэна?» — утешающе улыбнулся Лу Нинфэн.
«Да-да, брат прав», — Лу Нинсюэ согласилась, кивая. Для неё не было ничего важнее, чем быть Девой судьбы или нет. Самым важным был её брат.