Цзян Е не ответил, поднялся и направился к ней.
Он был высоким, под метр девяносто, от него исходило ощущение подавляющей силы.
Сун Кэцин попятилась, прижавшись спиной к стене — отступать было некуда.
Видя, что Цзян Е наклоняется, она подняла руку, уперевшись ему в грудь.
Запрокинув голову, глядя на него, скривила губы в насмешливой улыбке:
— Разве ты не говорил, что я просто зверёк для развлечения? Видано ли, чтобы кто-то из приличных людей ложился в постель со своим зверьком?
Не успели эти слова слететь с губ, как её тело вдруг оказалось в воздухе.
Она инстинктивно протянула руку, вцепившись в его воротник, и зло крикнула:
— Отпусти меня!
В следующее мгновение её с силой швырнули, и она тяжело приземлилась на кровать.
Не успела она опомниться, как Цзян Е уже навис сверху.
Почувствовав его руку, творящую беспорядок у неё на талии, Сун Кэцин яростно забилась, но в ухо ей врезался низкий, хрипловатый голос:
— Зверёк не смеет показывать когти хозяину.
Сун Кэцин:
Тело охватила слабость.
Пальцы в бессильной злобе впились в его спину, оставляя полосы.
В душе она твердила: считай, что наняла жиголо.
За окном стояла густая луна.
В комнате шла жаркая битва.
Когда небо начало светлеть, в комнате наконец воцарилась тишина.
Сун Кэцин так вымоталась, что не могла пошевелиться, и Цзян Е отнёс её мыться.
Спала она плохо: казалось, сзади прилепилась печка.
С трудом удавалось отодвинуться, но печка тут же пристраивалась снова.
В полусне зазвонил телефон. Она раздражённо протянула руку, нащупала трубку и, не открывая глаз, ответила:
— Алло!
Голос был до того сиплым, что она не сдержалась и прокашлялась два раза.
Из динамика вдруг донёсся женский, полный упрёка голос:
— Ты кто? Почему у тебя телефон брата Цзян Е?
Этот голос был слишком знакомым. Сун Кэцин проснулась почти мгновенно.
Открыв глаза, она обнаружила, что держит телефон Цзян Е.
А хозяин телефона всё ещё спал.
В трубке Су Нуань продолжала допрос. Не дождавшись ответа, она заговорила резче:
— Говори!
— Заткнись! — оборвала её Сун Кэцин и пнула Цзян Е ногой.
Цзян Е открыл глаза. Во взгляде сквозило недовольство от того, что его разбудили.
Сун Кэцин сунула ему телефон:
— Тебя.
Цзян Е промолчал, взял трубку, взглянул на определитель номера, поднялся с кровати и направился с телефоном на балкон.
На нём были только домашние штаны, плечи и спина — широкие, все в царапинах, кое-где уже запёкшихся корочкой.
Сун Кэцин скользнула по ним взглядом и тут же отвела глаза. Горло пересохло невыносимо. Она села, собираясь спуститься за водой.
Едва ступив на пол, ноги подкосились. Она успела вовремя ухватиться за кровать, удерживая равновесие.
Поясница ныла так, что сил не было. Немного придя в себя, она поднялась и вышла.
Спустившись вниз, налила воды, выпила — горлу стало полегче.
Снаружи уже совсем рассвело. Она хотела взглянуть на время, но обнаружила, что не взяла с собой телефон.
Придерживая поясницу, поднялась наверх. Зайдя в комнату, увидела, что Цзян Е всё ещё говорит по телефону.
Отвела взгляд, подошла к кровати.
Взяла телефон, посмотрела время: половина девятого утра. Спала она меньше четырёх часов.
В комнате была отличная звукоизоляция. Цзян Е стоял на балконе. Она не слышала, о чём он говорит, но видела, что выражение лица у него мягкое.
— Тьфу! — фыркнула она мысленно. — Бабник!
Перевернулась на другой бок, спиной к балкону, и закрыла глаза.
Цзян Е, закончив разговор, вошёл в комнату. Долго стоял у кровати, с немного озадаченным видом.
Он страдал сильной бессонницей. Самый долгий срок — неделя без сна, тогда он заметно похудел, и обычно засыпал только с помощью лекарств.
Но даже так качество сна было ужасным: он просыпался от малейшего шороха.
И только последние два дня он спал без всяких лекарств — и спал очень крепко, его даже телефон не разбудил.
…
Сун Кэцин разбудил стук в дверь.
— Мисс Сун, обед готов.
Сун Кэцин сонно промычала в ответ «угу».
— Я оставила одежду у двери, потом заберите, пожалуйста.
Тётя Тянь ушла. Сун Кэцин ещё немного полежала в кровати, нежась, и только потом встала.
Умываясь, она увидела в зеркале свою шею, сплошь покрытую следами, и щёки её вспыхнули.
Открыв дверь, она увидела аккуратно сложенный комплект одежды — тот самый, что был на ней прошлым вечером.
Переодевшись, спустилась вниз и сразу заметила сидящего на диване Цзян Е. Он был в тёмно-сером домашнем костюме, на коленях лежал компьютер.
Услышав шаги, он поднял голову.
Их взгляды встретились. Сун Кэцин почувствовала, что поясница заныла ещё сильнее.
Она злобно зыркнула на него, но, обращаясь к тёте Тянь, расплылась в сладкой улыбке.
Пока они ели, тётя Тянь ушла.
Цзян Е вытер рот салфеткой и бесстрастно произнёс:
— Впредь не трогай мой телефон.
Сун Кэцин замерла с палочками в руках. Помедлив, ответила:
— Я думала, это мой, вот и взяла.
Цзян Е коротко хмыкнул:
— Мне скоро нужно домой съездить.
Она вчера ушла наспех, ничего с собой не взяв.
Цзян Е, видимо, понял это и равнодушно сказал:
— Я отправлю с тобой водителя.
Сун Кэцин не стала отказываться: от его дома до неё было далеко, на такси пришлось бы выложить юаней пятьдесят-шестьдесят. Почему бы не воспользоваться бесплатной машиной?
У неё была яркая, контрастная внешность, но ради сходства с Су Нуань прежняя хозяйка тела покупала в основном не подходящую ей светлую одежду. Надевая её, она будто приглушала свою красоту с десяти до семи баллов, вдобавок Интернет насмехался над ней, называя кривлякой, пытающейся подражать красавице.
Сун Кэцин наспех собрала несколько свободных, простых вещей. Всё остальное, что было не в её стиле, упаковала и отдала на благотворительность.
Когда позвонила Сун Лань, она как раз ехала обратно в машине, читая на телефоне раздел «дерево желаний» — тайные мысли бывшей хозяйки.
Едва она ответила, как в трубке раздался взволнованный голос Сун Лань:
— Ты что, перешла дорогу Лу Юйбаю?
Сун Кэцин почти сразу вспомнила вчерашний вечер. С некоторой долей вины в голосе она ответила:
— Нет! А что?
К счастью, Сун Лань сама была на взводе и не заметила её нервозности.
— Этот мерзавец! Он подговорил кого-то слить в Сеть вашу переписку, да ещё наплёл с три короба. Теперь все пользователи поливают тебя грязью, обзывают подстилкой.
Сун Кэцин открыла главную страницу Weibo.
«Переписка Сун Кэцин и Лу Юйбая»
«Сун Кэцин — подстилка»
«Лу Юйбай ответил, чтобы Сун Кэцин убиралась»
Один за другим висели три горячих топика.
Сун Кэцин зашла в них и быстро разобралась в сути произошедшего.
Всё началось с того, что некий человек, назвавшийся другом Лу Юйбая, отправил в паблик донос, заявив, что больше не в силах терпеть, как Сун Кэцин пристаёт к Лу Юйбаю, и приложил скриншоты их переписки.
Из переписки следовало, что Сун Кэцин постоянно донимала Лу Юйбая, а тот ни разу не ответил.
Затем Лу Юйбай репостнул эту запись и заявил: его сердце принадлежит только Су Нуань, а такая женщина, как Сун Кэцин, которая готова на всё, даже если встанет перед ним голая — он и глазом не поведёт.
Сун Кэцин и без того была объектом всеобщей травли в Сети, любой мог её лягнуть.
А с этим постом Лу Юйбая её будто пригвоздили к позорному столбу.
Сун Лань всё ещё говорила:
— Я уже закрыла комментарии в твоём профиле. Эти хейтеры такое пишут — уши вянут. Слушай, пару дней дома не ночуй. Сними номер в гостинице, если что. Боюсь, они вычислят твой адрес.