Янь Тяньлэ говорил так долго, что у него пересохло в горле.
Он невольно облизнул губы и взглянул на часы: уже семь вечера.
Повернул голову, посмотрел на Цинь Фана — ну и дела, тот уснул!
Янь Тяньлэ смотрел на спящее лицо Цинь Фана, в глазах мелькнул озорной огонек. Он взял ручку, медленно поднес к лицу Цинь Фана и осторожно нарисовал у него на щеке большую черепаху.
После этого достал телефон и сфотографировал. Хм, будет тебе знать, как мне угрожать!
Сделав всё это, Янь Тяньлэ быстро собрался и ушел.
Спать на его лекции — совершенно неисправимый ученик!
Янь Тяньлэ погладил живот: ужасно хочется есть. В обед он съел всего одну паровую булочку и пошел на урок, читал лекцию целый день, даже воды не выпил — просто умирает с голоду!
Янь Тяньлэ поспешно нашел ресторан и наелся досыта. Когда вернулся домой, было уже десять вечера.
— Брат, ты вернулся! — звонкий голос юноши встретил его. Янь Тяньлэ невольно улыбнулся.
— Угу, вернулся. Как прошёл день? — спросил Янь Тяньлэ, ставя сумку и переобуваясь в тапочки.
Янь Хэ почесал голову, улыбаясь застенчиво.
Янь Тяньлэ с одного взгляда понял, что день у Янь Хэ прошел отлично.
— Что? С какой-то девочкой встречался? — спросил Янь Тяньлэ.
— Н-нет... — уши Янь Хэ покраснели, любой бы понял, что он врет.
Янь Тяньлэ не стал допытываться: брат вырос, должны же быть свои секреты.
Тем более он сейчас в том возрасте, когда зарождаются чувства, иметь любимую девушку совершенно нормально. Пока это не мешает учебе и жизни, Янь Тяньлэ не против.
— Брат, родители сказали, что они снова уехали в медовый месяц, — с досадой сказал Янь Хэ.
Рука Янь Тяньлэ, ставившая обувь, замерла. Снова медовый месяц? Если он не ошибается, это уже двадцатый раз!
— Ладно, они что-нибудь сказали? — вздохнул Янь Тяньлэ.
Янь Хэ покачал головой:
— Ничего не сказали, дали мне кучу денег на жизнь, хе-хе-хе~
Янь Тяньлэ кивнул:
— Уже поздно, иди отдыхай.
— А! Точно! — вспомнил Янь Хэ. — Я завтра утром ухожу, брат, можешь не готовить для меня завтрак. Хе-хе, я пошел спать~
Сказав это, Янь Хэ убежал в свою комнату спать, а Янь Тяньлэ, прибравшись, тоже пошел к себе.
Янь Тяньлэ лег на кровать и глубоко вздохнул.
— Туаньтуань, как думаешь, почему родители не оставили мне денег на жизнь?
— Хозяин, ты же взрослый! Зачем тебе деньги на карманные расходы! — сердито сказал Туаньтуань.
Янь Тяньлэ дернул уголком рта:
— Не забывай, что прошлый я вообще не заработал денег, с трудом накопил сто тысяч, и все пришлось отдать Цинь Фану!
Если бы прошлый я не поцарапал любимую машину Цинь Фана, разве пришлось бы мне терпеть его выходки!
Что важнее, из-за того что все деньги ушли Цинь Фану, у него сейчас всего двести юаней на все про все, хуже некуда.
— Хозяин, держись! Ты самый толстый! — подбадривал Туаньтуань.
— Я самый худой, спасибо. — У него же совсем нет мяса!
— О! Ты самый нижний! — поддакнул Туаньтуань.
Янь Тяньлэ: ...
Это худой, а не нижний, черт возьми!