Глава 12

На это старейшина напрямую возразил: — Наш Дворец Бренного Мира при проведении отбора строго соблюдает принципы справедливости, честности и открытости. Всем известно о существовании счастливых номеров. Не говорите больше ни слова, наш Дворец Бренного Мира действует честно и неподкупно, никакого сговора быть не может, и ученикам не следует строить досужие догадки. — Что касается поднятого вами вопроса о счастливых номерах, я могу с уверенностью сказать вам: если один раз вытянуть счастливый номер — это удача, то вытянуть его два или три раза — это уже веление Небес, удел человека с исключительной удачей. Люди с исключительной удачей — это та категория лиц, с которой большинство cultivators в Мире культивации желают подружиться.

Услышав это, ученики тут же пришли в волнение и в одно мгновение отбросили слухи о сговоре. Они все хотели подружиться с человеком, обладающим исключительной удачей.

Однако за последующие три дня многие ученики обнаружили, что им не только не удаётся сблизиться с Хуайанем, но они ещё и рискуют в любой момент навлечь на себя холодный взгляд Небожителя Фушэна.

Например, Хуайань и Небожитель Фушэн почти всегда появлялись вместе, и редко когда Хуайань оставался один. Другой пример: единственный раз, когда Хуайань пошёл смотреть соревнования один, ученики не успели и трёх секунд пообщаться с ним, как Небожитель Фушэн прислал кого-то, чтобы позвать Хуайаня.

Со временем стихшие было слухи о том, что «Небожитель Фушэн питает слабость к красивым ученикам», вспыхнули с новой силой, и на этот раз, подогретые Линбо, они стали главной сплетней турнира!

Хуайань притворился, что ничего об этом не знает, и на третий день, во время финала отборочного турнира, спросил у Системы 101: — Сколько у меня осталось времени? — В соответствии с сюжетом, момент, когда Фушэн должен исчезнуть, приходится на сегодняшний финал… Ладно, господин, у вас осталось меньше одного дня, — осторожно ответила Система, боясь прогневать господина Верховного Владыку Демонов.

Однако на самом деле Хуаньань не собирался сводить с Системой счёты из-за этих мелочей, потому что его план уже начал осуществляться.

Хуайань стоял за специальным креслом Небожителя Фушэна, и его мрачный взгляд обратился к Небожителю Цзинли. Небожитель Цзинли уже переоделась в фиолетовое платье, её взгляд часто обращался к Небожителю Фушэну, но большую часть времени она сохраняла образ холодной богини, сидя неподвижно на своём месте. Вероятно, она полагала, что Небожитель Фушэн сам подойдёт и заговорит с ней.

Однако, как назло, уровень расположения Фушэна к Хуайаню сейчас был настолько высок, что полные сто баллов уже достигли состояния глубочайшей привязанности. Даже если бы Небожитель Цзинли действительно захотела стать парой Фушэну, это ещё нужно было спросить у самого Фушэна. Хуайань взглянул на Небожителя Цзинли, затем перевёл взгляд на какое-то место и слегка кивнул. Система, увидев это, почувствовала непонятный холодок.

Финал начинался с массовой битвы, в которой участвовали не только ученики Дворца Бренного Мира, но и лучшие ученики других школ. Ученики Дворца Бренного Мира составляли как минимум половину финалистов. Хуайань смотрел, как ученики один за другим входят на арену, и невольно обратил взгляд на Фушэна. Фушэн обернулся и увидел в глазах Хуайаня тень беспокойства. В его взгляде мелькнула тень, он протянул руку и погладил его по голове, прохладные пряди волос коснулись пальцев. Он замер на секунду, а затем тихо произнёс: — Иди, я здесь. Его ученик станет самой яркой звездой в этом финале.

Хуайань расплылся в радостной улыбке, сладко улыбнулся, глаза его заблестели, и он, тяжело кивнув, ответил: — Да. Совсем как обычный ученик, которого хвалит старший, он весь источал юношескую энергию, невольно притягивая к себе взгляды.

Фушэн убрал руку и смотрел, как Хуайань спускается вниз. Его пальцы сжали подлокотник, он стиснул его с необычным для себя напряжением. Хотя это был не первый раз, когда Хуайань участвовал, в глазах Фушэна этот случай был самым важным.

Он сжал губы, глядя, как Хуайань занимает место на арене, и невольно приковался взглядом к его фигуре. Даже когда Хуайань стоял там один, он всё равно казался ему прекрасным. Все его мысли и взгляд были прикованы к Хуайаню, и он почти потерял свой рассудок, которым когда-то гордился.

Среди финалистов Хуайань попал в финал благодаря трём счастливым номерам. Те, кто смог пройти в финал, тоже не были глупцами, особенно Линбо и Линь Ань. Они также были учениками Фушэна, хоть и не прямыми, но всё же долгое время состояли в одном клане с бедняжкой. Как только он спустился, они сразу же подошли к нему с предложением о сотрудничестве. — Шисюн, давай объединимся и выгоним отсюда всех остальных, как тебе идея? — спросила Линбо. Хуайань послушно посмотрел на Линбо, и его взгляд невольно смягчился: — Хорошо.

Пальцы Линбо, сжимавшие рукоять меча, слегка напряглись, но на лице не отразилось и тени волнения. Она улыбнулась: — Как и ожидалось от шисюна, ты меня балуешь… — не договорив, она почувствовала за спиной убийственное намерение. Её лицо побледнело, и она посмотрела на Хуайаня с ещё более глубоким смыслом в глазах.

035 Не торопись, не торопись, сейчас ещё не время. Успокоив себя так, Линбо изобразила лёгкую застенчивую улыбку. Фигура девушки в зелёном платье стояла перед юношей. Её едва заметная улыбка напоминала весеннюю иву, проникающую в самое сердце, и глядя на неё, невольно хотелось разрушить это очарование.

Пальцы Фушэна сжали подлокотник, раздался лёгкий треск. Он резко пришёл в себя, сжал губы, подавляя вспыхнувшую в душе ярость. Молодой человек, сидевший с невозмутимым видом, разжал руки и незаметно вернул подлокотнику прежнюю форму.

— Подожди, я буду атаковать, Линбо — защищаться, второй шиди… — Линь Ань взглянул на худощавую фигуру Хуайаня, сжал рукоять меча и сказал: — Ты будешь мне помогать, не давай никому прорвать нашу оборону.

Как только он замолчал, прозвучал сигнал о начале боя. Хуайань стоял на месте, глядя, как Линь Ань разворачивается и занимает оборону вместе с Линбо — один спереди, другая сзади. У Линбо была чистая духовная основа дерева, поэтому она заранее окружила их густым зелёным барьером из колючих лиан. В одной руке она держала меч, в другой — семена, готовая защищаться в любой момент. Линь Ань же с холодным лицом взмахнул мечом, отбрасывая приближающегося ученика из другой школы. Его белые одежды развевались на ветру от меча, чёрные волосы взметнулись, и в нём чувствовались гордая стать и характер, которые когда-то были присущи Небожителю Фушэну. Старший старейшина не мог скрыть одобрения во взгляде, но, увидев Хуайаня, мгновенно помрачнел.

Хуайань, следуя за Линь Анем, время от времени наносил удары мечом. Хотя он давно не практиковал искусство меча вместе с Линь Анем, но былое взаимопонимание осталось. Поэтому, когда Линь Ань наносил удар, Хуайань добивал врага. Их взаимодействие было безупречным, и они полностью очистили пространство вокруг себя в радиусе нескольких метров. — Господин, господин! Уровень расположения Линь Аня повысился на три пункта! — только Система закончила фразу, как Хуайань услышал слегка запыхавшийся голос Линь Аня. — Похоже, за эти несколько месяцев ты неплохо потрудился.

В его глазах мелькнула улыбка, глаза изогнулись, словно месяц, и заблестели. Когда он смотрел на Хуайаня, казалось, что бесчисленные звёзды распахиваются и обрушиваются на него с небес. Хуайань улыбнулся в ответ, поднял голову и с гордостью произнёс: — Шисюн наставлял меня, я не забывал и следовал твоим урокам каждый день. Эти наставления длились целых десять лет, и Линь Ань невольно почувствовал жалость к своему шиди.

Глядя, как тот снова обретает былую уверенность, Линь Ань невольно вспомнил день, когда увидел в комнате испуганного и боязливого юношу. Он взглянул на Небожителя Фушэна на судейской трибуне, но быстро отвёл взгляд. В то мгновение он увидел в глубине глаз Небожителя Фушэна с трудом скрываемое убийственное намерение и кровавый след. Не веря своим глазам, он снова скосил взгляд на Фушэна и, как и ожидалось, увидел того же холодного и отстранённого молодого человека. Камень, который висел у него на душе, невольно упал на землю. В тот миг ему почти показалось, что Фушэн впал в демонизм.

Линь Ань отвёл взгляд и, взглянув на профиль юноши, сосредоточенно сражающегося с врагами, почувствовал, как сердце его сжалось. Словно вернувшись в детство, когда ему самому было шестнадцать-семнадцать лет, а он водил за собой мальчика лет пяти-шести, неуклюже обучая его искусству меча. В каждом взмахе его меча, в каждом движении чувствовался след его собственного обучения. Даже его стойка с мечом была точь-в-точь как у него самого. Взгляд Линь Аня невольно смягчился.

Едва Хуайань опустил меч, как тут же услышал голос Системы: — Уровень расположения Линь Аня снова повысился на четыре пункта! Господин, вы так круты! Жаль, что господин Верховный Владыка Демонов не является носителем из отдела любовных приключений в системе быстрого перемещения, иначе… давно бы стал золотым носителем.

Пока Система так думала, Хуайань небрежно спросил её: — Можно начинать. Уже почти пора заканчивать. Система тяжело вздохнула, хотя сама не знала, что именно сделал Хуайань. Но вскоре она узнала, что он сделал:

Между тем, финалистов на арене становилось всё меньше, движения Линь Аня замедлялись. Бесчисленные ученики нападали на них, и Хуайань, помогая время от времени, всё равно не мог сдержать всё большего числа учеников, целенаправленно атаковавших именно их. Ученики из других школ начали объединяться против учеников Дворца Бренного Мира. В данный момент на арене осталось шесть учеников Дворца Бренного Мира, а учеников из других школ было целых двадцать два человека! Даже когда Линбо и Линь Ань позже объединились с ещё тремя учениками Дворца Бренного Мира, они всё равно не могли сдержать волну за волной атак.

Сейчас на арене осталось пять учеников Дворца Бренного Мира и тринадцать — из других школ. Самое главное, что во время многочисленных атак учеников из других школ Линь Ань получил ранения в поясницу, плечи, руки — сплошные порезы. Кровь сочилась сквозь нижнее бельё, окрашивая его одежду в красный цвет. Хуайань тоже был ранен, но раны были неглубокими, и из-за относительно высокого уровня cultivation он оказался самым легко раненым среди всех учеников Дворца Бренного Мира. Даже Линбо была ранена.

Хуайань взглянул на Линбо, которая сосредоточенно оборонялась от других. Она выглядела бледной и шаталась, но, по правде говоря, его Божественная душа ясно видела, что её даньтянь полон духовной энергии. Он слегка прищурился и, держа меч, оттеснил нападавшего на Линь Аня ученика из другой школы, встал у края барьера, заслоняя собой Линь Аня. В то же время ещё один ученик внезапно бросился на него, направив остриё меча, пропитанное всей его духовной энергией, с невероятной яростью. Хуайань отступил на шаг, но вдруг пошатнулся, споткнулся и, падая, полетел прямо на этого ученика, грудью насаживаясь на остриё его меча. Линбо, спрятавшаяся в барьере, воспрянула духом, с трудом сдерживая улыбку. В душе она ликовала, словно били в барабаны и гонги. Она уже почти могла представить, как его кровь зальёт всё вокруг. Три метра, два метра, один метр. Остриё меча приближалось. Хуайань, словно только очнувшись, в панике попытался вытащить меч, чтобы защититься, но было уже поздно. Меч того человека уже пробил его защиту, тёмная ткань одежды разорвалась от меча, остриё почти вонзилось ему в грудь. Хуайань даже почувствовал тупую боль.

Подлокотник кресла в одно мгновение рассыпался в прах. Фушэн резко вскочил, в его глазах промелькнул кровавый блеск. В мгновение ока тело того человека вдруг замерло, изо рта хлынула кровь, зрачки неестественно расширились, и он застыл на месте. Хуайань отступил на шаг. Тот человек, потеряв опору, тут же рухнул на землю без признаков жизни.

Все присутствующие Небожители стадии Юаньин невольно встали. Со всех сторон донеслись раскаты хохота, исполненные властности и высокомерия. Обрушившееся давление заставило финалистов на арене, не справившись с ним, падать без сознания, получая тяжёлые ранения. Те, у кого был низкий уровень cultivation, и вовсе пали замертво. Хуайань тоже выплюнул кровь, но, быстро вернувшись в барьер, созданный Линбо, спасся. Он, казалось, не заметил мрачного взгляда Линбо, а сосредоточенно вливал свою духовную энергию, помогая Линбо сопротивляться давящему сверху давлению.

Линбо потемнела лицом, в душе закипала злоба. «Не раньше, не позже, а именно сейчас!!!» «Если бы только Хуайань умер!?» Она взглянула на ничего не подозревающего Хуайаня, и в глазах её мелькнула злоба — ничего страшного, у неё ещё будет шанс. Подумав об этом, она вдруг услышала громкий, властный и надменный смех. Голос, словно нож, резал уши cultivators, оглушая их. — Столетний юбилей — такое грандиозное событие, а вы почему не пригласили мою Пламенную Демоническую Секту!?

036 У всех лица изменились. «Пламенная Демоническая Секта — сильнейшая школа, объединившая мир демонов!?» «Разве не говорят, что мир демонов давно запечатан? Как же люди из Пламенной Демонической Секты вдруг оказались в Мире культивации!?»

Демонические культиваторы один за другим спускались с неба, словно туча, совершенно игнорируя барьер Дворца Бренного Мира. Фушэн внезапно шагнул вперёд и в мгновение ока оказался рядом с Хуайанем. Линбо скосила глаза, увидела спокойное и холодное лицо Фушэна и нахмурилась.

Появление демонических культиваторов вызвало огромный переполох. Хуайань не успел как следует насладиться зрелищем, как Фушэн прижал его к себе. Он на мгновение опешил, затем услышал низкий хриплый голос Фушэна: — Не бойся. — Я защищу тебя.

Хуайань сжал губы, опустил глаза и закрыл их, сжав плечи, изображая слабость. Демонические культиваторы появились очень организованно. Несколько демонических культиваторов на стадии Юаньин парили в воздухе, глядя на благородные школы внизу. Все они зло улыбались, в глазах читалось презрение, словно они смотрели на муравьёв. Они насмехались и глумились, будто те были скотом, в их глазах не было ни капли тепла.

Великий старейшина взлетел в воздух и закричал: — Не Цинцан! Как ты посмел ворваться в мой Дворец Бренного Мира! Лидером, чей уровень cultivation был как минимум на стадии Юаньин совершенства, был разгневанный мужчина. Его брови взлетели, волосы на висках развевались, словно лапы паука, а на губах играла презрительная усмешка. — Цыть, Фуянь, ты, старый хрыч, всё никак не сдохнешь? Настоящее имя Великого старейшины когда-то было Фуянь, и он прожил уже более тысячи лет. По сравнению с восьмисотлетним Не Цинцаном, Фуянь действительно можно было считать старым хрычом.

Великий старейшина кипел от ярости, грудь его вздымалась. Он выхватил меч, оглядел учеников на земле и на арене и слегка нахмурился. — Фушэн! Почему ты не поднимаешься и не помогаешь нам сражаться!? Фуянь был уверен, что во Дворце Бренного Мира завёлся предатель, но кто именно — он не знал. Однако это не мешало ему желать отбить атаку и снова запечатать Пламенную Демоническую Секту в мире демонов.

Однако, к его удивлению, Фушэн стоял неподвижно в центре арены. Он обнимал Хуайаня, опустив голову, так что никто не мог видеть выражения его лица. Его пальцы крепко сжимали затылок Хуайаня, в груди было больно. Фушэн боролся. Он закрыл глаза, почти боясь смотреть на учеников, которые секунду назад были живы, а теперь лежали мёртвыми. Он был главой школы, он должен был защищать учеников, должен был поддерживать мир в Мире культивации, должен был отразить атаку демонической секты. Но разум Фушэна бешено понуждал его действовать, в то время как тело упрямо стояло на месте. Он не хотел. Если он уйдёт, кто защитит юношу?

У людей есть семь чувств, шесть желаний, три души и семь духовных сущностей, но у юноши их не было. У Хуайаня от рождения не было души. Это означало, что если он умрёт, то умрёт по-настоящему. Стоило Фушэну только представить смерть Хуайаня, как сердце его начинало невыносимо ныть. Эта боль была гораздо сильнее, чем от обратного действия техники, которую он когда-то пережил, и почти заставляла его не сдерживать затаившуюся в душе демоническую энергию.

Неподвижность Фушэна привела Великого старейшину в ярость. Многие Небожители стадии Юаньин также невольно опустили взгляд на Фушэна, но, заметив юношу в его объятиях, удивились и переглянулись. Но сейчас было не время для сплетен. Небожитель Цзинли громко крикнула Фушэну: — Небожитель Фушэн! Ты — Владыка Дворца Бренного Мира. Неужели жизни десятков тысяч учеников этого дворца ничего не значат по сравнению с жизнью юноши, которого ты держишь в руках!? — Если ты можешь защитить его, почему бы тебе не защитить и всех учеников Дворца Бренного Мира!?

Услышав это, многие культиваторы одобрительно закивали: — И правда! Небожитель Фушэн, отпусти своего ученика, пусть он найдёт безопасное место и спрячется. — Верно. Даже если ты так оберегаешь Прямого ученика, рано или поздно ему придётся самому стоять на ногах. Ты не можешь вечно его баловать. — Верно-верно, скорее иди и помоги нам сражаться с врагом. — Небожитель Фушэн, или ты и вправду, как говорят слухи, влюбился в своего Прямого ученика и готов из-за него бросить весь Дворец Бренного Мира? — с напором спросила Небожитель Цзинли. Её звонкий голос, казалось, накрыл весь Дворец Бренного Мира, разносясь до ушей каждого и в одно мгновение вызывая бурю!

Ученики побледнели и с мольбой уставились на Небожителя Фушэна. Пока в стане праведников ещё до начала битвы разгорался скандал, Владыка демонической секты Не Цинцан расхохотался и насмешливо сказал: — Что вы так спешите? Я же ещё не сказал, что собираюсь с вами драться. Я ведь только что сказал: раз уж такой грандиозный праздник, то моей Пламенной Демонической Секте тоже должно найтись здесь место, не так ли? Фушэн открыл глаза и поднял голову, посмотрев на говорившего культиватора.

— Место? Не Цинцан с интересом приподнял бровь: — Именно, место. Великий старейшина фыркнул: — Неслыханная наглость! Мой Дворец Бренного Мира никогда не будет приветствовать таких демонических культиваторов, как вы! — Вот это смешно! А что такое мои демонические культиваторы? Неужели ваш Дворец Бренного Мира смотрит на Пламенную Демоническую Секту свысока!? — говоря это, Не Цинцан посуровел лицом. Многие культиваторы, почувствовав это, вздрогнули, глядя на кровавое облако вокруг Не Цинцана, и невольно обнажили оружие.

Она опустила взгляд на Фушэна, сжала кулаки, и затаённая в душе обида снова выплеснулась наружу, отчего даже голос её стал резким: Небожитель Цзинли сказала: — А если и свысока, то что? Не Цинцан тут же холодно фыркнул: — Какая-то дешёвка, поражённая внутренним демоном, ещё смеет строить из себя невинность?

Услышав это, все всколыхнулись, а затем с опаской посмотрели на Небожителя Цзинли. На лице Небожителя Цзинли застыло выражение, она едва сдерживалась, чтобы не выдать своих эмоций.

Однако следующая фраза собеседника в одно мгновение погасила последнюю искру надежды, которую она всё ещё теплила в сердце по отношению к Фушэну. Не Цинцан посмотрел на Небожителя Фушэна и сказал: — Фушэн, верно? Ты и есть Владыка этого Дворца Бренного Мира? Не хочешь перейти в мою Демоническую секту? Я смотрю, ты уже полмесяца как впал в демонизм, зачем же ты всё ещё притворяешься благородным праведником в этой школе, где всё показуха? — Ах да, я слышал, ты влюблён в своего Прямого ученика? В того, что у тебя на руках? Тогда приводи его с собой в мою демоническую секту. Я лично проведу для вас свадьбу, сделаю вас парой, как тебе?

Как только эти слова прозвучали, Линбо обрадовалась — хотя она и не знала, почему план пошёл наперекосяк, слова Не Цинцана ясно давали понять, что их обожаемый кумир давно впал в демонизм! Это означает, что репутация Небожителя Фушэна рухнет на самое дно, и у него не будет шансов оправиться! Всё, что ей было выгодно, она, естественно, приветствовала.