Сун Вэньбинь не ожидал, что новый сотрудник проработает всего три дня, а Чжай Шужань уже выскажет возражение.
— Её подход к дизайну сильно отличается от нашего.
Чжай Шужань положила на стол эскизы Цзян Юньчу и с гневом сказала:
— Посмотри сам. Какой дизайнер станет так проектировать ожерелье?
Сун Вэньбинь сначала подумал, что эскиз просто неудачный, и уже собирался утешить её, сказав, что Цзян Юньчу новичок и не знает правил, но, опустив взгляд на лист, застыл.
Затем он вызвал Цзян Юньчу в свой кабинет.
Цзян Юньчу стояла в дверях, с недоумением заглядывая внутрь, и встретилась взглядом с Сун Вэньбинем, который рассматривал её эскиз.
— Господин Сун, — Цзян Юньчу толкнула дверь и вошла. — Вы меня звали?
Как только Цзян Юньчу вошла, Чжай Шужань развернулась и вышла, бросив на неё полный противоречивых чувств взгляд.
Цзян Юньчу почувствовала себя неловко. Она проводила Чжай Шужань взглядом и хотела присмотреться, но тут Сун Вэньбинь окликнул её.
— Это... где ты научилась такому дизайну?
Цзян Юньчу перевела взгляд туда, куда указывал Сун Вэньбинь, и удивилась ещё больше.
— Инло, — ответила она с недоумением. — Ты что, не знаешь?
Инло — довольно распространённый тип ожерелья в национальном стиле. Первоначально оно часто использовалось в буддизме и символизировало бесконечный свет.
Девушка вот-вот вступит в новый этап жизни, и символизм Инло как раз подходит. К тому же уникальный дизайн Инло в сочетании с западными ювелирными изделиями даёт совершенно неожиданный эффект, что идеально отвечает её желанию иметь запоминающийся и яркий образ.
Сун Вэньбинь цокнул и вдруг засомневался в собственном профессионализме.
Он и правда не знал, что такое Инло.
Но, глядя на лицо Цзян Юньчу, которое ясно говорило «ты обязан это знать», он побоялся расспрашивать. Тихонько достав телефон, он открыл Baidu и ввёл «Инло».
Браузер долго крутился, прежде чем медленно выдал определение этого украшения.
Традиционная форма Инло была сложной и не подходила для современного использования. Однако эскиз Цзян Юньчу идеально устранял этот недостаток: сохранив роскошь Инло, она придала ему удобную для ношения форму.
Красиво — это красиво, ярко — это ярко.
Но какой ювелирный дизайнер делает такие вещи?
Все ведь идут в сторону западного дизайна. Кто станет сочетать с восточным? Получится же ни то ни сё.
Сун Вэньбинь решил, что так нельзя — рынок не примет такой дизайн.
Да и репутация их мастерской пострадает.
Он долго размышлял и наконец, под жгучим взглядом Цзян Юньчу, с холодком на загривке заговорил.
— Пусть этим сначала займётся Ян Цюэ, — осторожно подбирая слова, сказал он. — А ты смотри, как работают другие. Не надо выдумывать что-то своё.
Цзян Юньчу удивилась ещё сильнее. Она и не думала, что выдумывает.
Разве это не обычный дизайн?
Но мир здесь другой, и она не решалась слишком явно проявлять свою необычность. Кивнув, она взяла свои эскизы и вышла.
Сев на рабочее место, она долго смотрела на свои рисунки, но так и не поняла, почему у Сун Вэньбиня и Чжай Шужань были такие странные лица.
Она достала телефон и принялась внимательно изучать ювелирный дизайн в этом мире.
И тут Цзян Юньчу заметила неладное.
В этом мире, какого бы масштаба ни была ювелирная выставка, национального стиля не было вовсе — только классический, изящный западный стиль.
Цзян Юньчу невольно нахмурилась и ввела в поисковик «национальный стиль».
Поиск ничего не дал.
Она пролистала дальше — оказалось, что самые ранние китайские формы застряли в эпохе Республики, а если смотреть ещё раньше, то оставались только археологические находки.
Словно дизайн древних был прерван и не дошёл до наших дней.
Но так не должно быть!
По логике, разве не мы, потомки, должны больше всего изучать наследие предков? Почему же все дружно кинулись на Запад?
Будто само сознание было сковано, и такой идеи просто не существовало.
В своём мире Цзян Юньчу прославилась именно сочетанием с китайским дизайном. Она думала пойти по проторённому пути, но кто же знал, что этот путь здесь закрыт?
Разве так можно?
Цзян Юньчу хмурилась всё сильнее. Как же так — в мире нет места китайскому стилю?
— Цзян Юньчу! — громко окликнула её Чжай Шужань. — Пойдём со мной.
Цзян Юньчу отозвалась, отогнала путаные мысли, взяла сумку и быстро догнала Чжай Шужань.
Им предстояло встретиться с важной клиенткой. Та делала крупный заказ и считалась одной из главных клиенток мастерской.
Она дала очень широкий бюджет — можно сказать, без ограничений.
Единственное требование: чтобы выглядело роскошно.
Чжай Шужань, ведя машину, мельком взглянула на Цзян Юньчу, которая внимательно изучала досье клиентки, и, поколебавшись, заговорила.
— Юньчу, я вовсе не хотела сказать, что твой дизайн плох.
Она вздохнула.
— Просто он слишком необычный, полностью противоречит всему подходу в нашей индустрии.
Цзян Юньчу тихо хмыкнула.
Чжай Шужань решила, что та обиделась, и, помедлив, добавила:
— Сун Вэньбинь сказал, ты черпала вдохновение в древних вещах, да?
Цзян Юньчу подняла голову, взглянула на профиль Чжай Шужань и спросила:
— Сестра Чжай, вы считаете, что это неправильно?
— Не то чтобы неправильно, — Чжай Шужань с трудом подбирала слова и выдавила: — Просто слишком необычно.
Цзян Юньчу улыбнулась и больше ничего не сказала.
Если все будут бояться пробовать новое, дизайн ювелирных изделий никогда не продвинется вперёд.
В конце концов, оставаться на месте — значит двигаться к самоуничтожению.
Когда Цзян Юньчу вместе с Чжай Шужань прибыла на место, она с удивлением обнаружила, что знает заказчицу.
Хэ Юньюй, мать Линь Цинлань.
Цзян Юньчу стояла рядом с Чжай Шужань, опустив голову, молча делала записи. Хэ Юньюй почудилось, что фигура девушки знакома, но, поразмыслив, она решила, что ошиблась.
— Госпожа Хэ.
Во время работы голос Чжай Шужань звучал мягко, с улыбкой, располагая к себе.
— Мы пришли, чтобы уточнить, какой главный камень вы хотите для украшения.
Чжай Шужань протянула планшет, показывая Хэ Юньюй.
— Вот, как вам этот жёлтый бриллиант?
Хэ Юньюй взглянула и осталась недовольна.
Чжай Шужань пролистнула на следующее изображение:
— А что насчёт этого тёмно-синего бриллианта? Огранка идеальная, чистота высокая, без примесей.
Хэ Юньюй нахмурилась и покачала головой. У Чжай Шужань выступил холодный пот на лбу, она хотела показать следующий снимок, но Хэ Юньюй отодвинула планшет.
— Видимо, я не совсем ясно выразилась.
Хэ Юньюй говорила спокойно:
— Под роскошью я имею в виду не эту показную мишуру. Чем это отличается от нуворишей?
Она подробно объяснила:
— Этот комплект я собираюсь надеть на день рождения дочери. Он должен быть роскошным, но не затмевать её.
Чжай Шужань закивала, пообещала всё учесть и уже собиралась уходить, как вдруг обернулась и увидела, что Цзян Юньчу кто-то утащил.
— Эй, ты тоже ювелирный дизайнер?
Мужчина, утащивший Цзян Юньчу, смотрел на неё с игривой улыбкой и заглядывал в лицо.
— Сделай и мне комплект.