Кто бы мог подумать, что после того, как села в машину —
— Ты… Сяо Лань???
Жэнь Анься не смогла сдержать гримасы, глядя на этого здоровяка, похожего на быка. Он был одет в облегающую черную футболку телохранителя, и бицепсы на его руках, казалось, вот-вот разорвутся.
Сяо Лань, который сидел на водительском сиденье и вот-вот должен был тронуться с места, услышав вопрос барышни, тут же обернулся и почтительно склонил голову, отвечая:
— Да, барышня. Меня зовут Лань Сян. Сяо Лань — это прозвище, которое барышня дала мне на прошлой неделе.
Жэнь Анься сглотнула слюну. Мышцы выглядели так, будто их вот-вот разорвет, как маленькие воздушные шарики. Но разве это действительно просто водитель?
Она серьезно спросила:
— Экскаватор… а, нет, Сяо Лань. Имя Ланьсян — это твои родители возлагали на тебя большие надежды, что ты, когда вырастешь, будешь управлять экскаватором, поэтому так назвали?
Лань Сян: «…»
Лань Сян все еще низко опустив голову, думал несколько секунд, прежде чем серьезно ответить:
— Наверное, тогда мой отец был в отъезде на заработках. Когда моя мать была мной беременна, отца все не было рядом с ней. И вплоть до самых родов он не успел вернуться. Мать, наверное, слишком скучала по отцу, поэтому просто взяла и назвала меня Лань Сян.
Жэнь Анься, выслушав, сконфуженно улыбнулась. О, вот оно что. Она ошиблась с иероглифами.
— Поехали.
Когда Лань Сян уже собрался повернуться и вести машину, он увидел, что барышня смотрит на него с улыбкой, и на мгновение оторопел.
Ему показалось, что сегодня на лице барышни не было ее обычного яркого макияжа, и она выглядела еще красивее...
Как раз в этот момент в машину через окно проник солнечный свет. На и без того белом и нежном лице Жэнь Аньси, благодаря легкому макияжу, розовые пряди волос ниспадали на выступающие ключицы, и все это в сочетании с ослепительной улыбкой, которой никто не мог бы отказать.
Это поразительно красивое лицо не выходило из головы Лань Сяна. Его смуглое лицо начало постепенно заливаться жаром.
Красивая, такая красивая.
Добравшись до побережья, Жэнь Анься не позволила Лань Сяну следовать за ней, сказав, что не уйдет далеко, и поспешно вышла из машины.
Жаркое лето. Солнце нещадно палило каждый сантиметр пляжа.
Глядя на бескрайнюю темно-синюю бездну, Жэнь Анься невольно сглотнула, и в сердце ее на мгновение закрался страх.
Через десять минут она с трудом смогла настроить себя психологически. Все ради ее удачной и в то же время неудачной жизни. Сделать эту ставку!
Тут же Жэнь Анься, ступая по песку босоножками, сверкающими на солнце мелкими стразами, чувствуя, как мелкий обжигающий песок, словно просачиваясь сквозь подошву, проникает к ступням, шаг за шагом, стиснув зубы, направилась к морю.
Все ради 500 тысяч! Она пришла!
В мгновение ока вода уже скрыла ее щиколотки. Волна за волной били по нижней части тела Жэнь Аньси.
Верхняя часть тела под полуденным солнцем уже промокла от пота, но ее пронизывал леденящий страх.
Боязнь глубины. Куда ни глянь — только сине-черная краска.
Похоже, только что выстроенная психологическая защита сейчас дошла только до щиколоток.
Может быть, еще через десять минут удастся выстроить ее до бедер?
Жэнь Анься крепко сжала алые губы, еще не успев решить, подходит ли ей этот способ умереть, как краем глаза заметила фигуру, которая уже обогнала ее. Совсем недалеко от себя она увидела человека, который целенаправленно шел вглубь моря.
Гораздо более смелый и решительный, чем она.
Ну и дела! Самоубийцы еще и дни рождения совмещают?
(⊙_⊙)?
И вот тут-то взыграло ее самолюбие!
Жэнь Анься прищурилась, а затем, не желая уступать, направилась в центр моря.
Но море накатывало волнами одну за другой, заставляя ее делать шаг вперед и шаг назад, не давая продвинуться.
Не спрашивайте, почему она не легла прямо в объятия моря. Спросите — и ответ будет таким: такой способ умирать, блин, действительно выматывает душу!
Увидев юношу, которого вода уже почти скрыла по грудь, Жэнь Анься сжимала и разжимала кулаки.
Ладно! Раз уж она столкнулась с этим!
— А вообще-то я, блин, умею плавать!!!
Когда Жэнь Анься доплыла до юноши, его чуть было не унесло волной.
Хорошо, что она подоспела вовремя, и, не говоря ни слова, подхватила его под руку и поплыла обратно.
Потратив уйму сил, она наконец выбралась на берег. Глядя на юношу, всего мокрого, с бледным, как мел, лицом, с плотно закрытыми глазами, без малейших признаков жизни, Жэнь Анься судорожно перевела дух. Она даже не успела задуматься о том, что пришла сюда умирать, а вместо этого спасла человека.
Тут же она принялась делать лежащему искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Через две минуты человек под ней наконец зашевелился.
Очнувшись, Цзян Юйжань почувствовал на губах что-то мягкое и воздух, который вдували ему в рот.
Он хотел заговорить, но из-за бурливого ощущения в груди мог только безудержно извергать из нее воду, и на какое-то время был занят только кашлем.
Жэнь Анься промокла насквозь. Увидев, что человек очнулся, она, полностью обессиленная, рухнула на песок.
Придя в себя, Цзян Юйжань медленно, с трудом приподнялся и сел, внимательно разглядывая эту девушку, которая вмешалась не в свое дело.
Девушка была одета в откровенное ярко-зеленое шелковое платье на тонких бретельках. Промокшая насквозь ткань плотно облегала ее изящную фигуру.
Капли воды все еще стекали по розовым волосам. Алые губы были слегка приоткрыты, она тяжело дышала. Подол платья задрался и прилип к бедрам, открывая ослепительно белые длинные ноги.
Но героиня этого не замечала. Она просто сидела на песке, уставившись в пустоту огромными миндалевидными глазами, словно душа ее покинула тело.
Когда Жэнь Анься наконец пришла в себя, она как следует разглядела юношу, сидящего на песке.
За несколько минут челка, падающая на лоб юноши, высохла под палящим солнцем. Его холодный взгляд не походил на взгляд спасенного, скорее, в нем читался... упрек?
Точеные черты лица, ясные миндалевидные глаза, но в глубине их — ледяной холод.
Как и полагается главному герою в романах, прямой нос и чувственные тонкие губы. Нельзя не признать, что он был просто верхом совершенства.
Из-за недавнего утопления лицо юноши было болезненно-бледным, отчего маленькая родинка под ухом казалась особенно заметной.
Черная футболка облегала очертания его тела. Жэнь Анься могла разглядеть каждую линию его мышц сквозь черную ткань.
Нельзя винить ее за то, что в такой момент она обращает внимание на такие детали. Но эти накачанные грудные мышцы и очертания кубиков пресса были слишком заметны.
Под палящим солнцем, кроме них двоих, вокруг не было ни души.
Цзян Юйжань плотно сжал губы, словно размышляя о чем-то. Наконец, бросив неопределенный взгляд на девушку, которая все еще сидела на песке, он, не сказав ни слова, поднялся, собираясь уйти.
Его холодный и отчужденный вид был подчеркнуто суров и безразличен.
Едва Цзян Юйжань поднялся, как услышал сбоку звонкий, чистый голос — такой же яркий и привлекательный, как и сама девушка:
— Красавчик, а почему ты тоже решил броситься в море?
Услышав этот голос, Цзян Юйжань на мгновение застыл. Всего на две секунды, после чего произнес слово, которое, казалось, сорвалось с его губ невольно:
— Тоже?
Голос был хриплым, но для Жэнь Аньси все равно звучал приятно, полным магнетизма, способного очаровать.
Что поделать, у нее всегда была особая симпатия к красивым парням.
— Ага. Я, честно говоря, восхищаюсь твоей смелостью. Я сама, когда плыла к тебе, чуть не умерла от страха.
Надо сказать, в прошлой жизни она плавала только в бассейне. В открытой воде плавала впервые, и спасала — тоже впервые!
Тогда у нее в голове теплилась мысль: если она погибнет, спасая человека, значит, так тому и быть. А если не погибнет — значит, нужно будет искать другой способ.
Но, нельзя отрицать, в душе ее больше было желание спасти человека.
Жэнь Анься тоже встала. Увидев, что издалека к ней бежит встревоженный Лань Сян, она поняла: сегодня продолжить не удастся. Да и у самой нее не было смелости броситься в море.
Под палящим солнцем, хотя она и не хотела, чтобы спасенный ею человек продолжал искать смерти, она хорошо понимала: она может спасти его один раз, но не сможет спасать всю жизнь.
— Я тоже собиралась покончить с собой в этом море, но встретила тебя. Так что спасибо тебе, ты спас меня.
Как раз в это время подбежал Лань Сян, укрывая ее голову зонтом. Не понимая, что происходит между барышней и этим юношей, он просто стоял рядом, держа зонт.
Юноша лишь изобразил выражение лица: «Ты сама-то слышишь, что говоришь?», но не произнес больше ни слова.
Жэнь Анься скривила губы. Эх, парень красивый, но совершенно непробиваемый.
— Ладно, уступаю тебе это место сегодня. Как я уйду — делай что хочешь, тебя никто не остановит.
Она впервые кого-то спасла, и это принесло ей чувство гордости, но она не могла быть бодхисатвой, несущей просветление в этот мир. Ведь никто не мог спасти и ее саму.
Жэнь Анься тут же ушла вместе с Лань Сяном. По дороге на песке оставались их следы — один большой, один маленький, глубокий и мелкий, пока песок постепенно не сровнял их.
Цзян Юйжань смотрел на удаляющийся силуэт. Тонкая белая рука девушки приподнимала мокрый подол платья, и она медленно уходила.
Он все стоял на месте, облизав пересохшие от долгого пребывания на солнце губы. Повернувшись, он смотрел на море, о чем-то думая. Пальцы его слегка сжались. Спустя долгое время он тоже развернулся и ушел.