— Что эти щенки творят? Шумят, галдят на весь коридор. Опять, небось, затеяли что-то недоброе.
Услышав ещё в коридоре, как гулко в классе, классный руководитель нахмурился. Он решил заглянуть для проверки — и что же, снова наткнулся на травлю одноклассников? Люди уже студенты, а ведут себя, словно школьники, у которых мозги не поворачиваются: вместо того чтобы учиться, затевают распри. Потом выйдут в люди без единого навыка — только себе навредят да школу ославят.
Лицо классного руководителя помрачнело. Он вошёл и с гневом прикрикнул:
— Чем вы тут занимаетесь?
Заметив незнакомое лицо, он вспомнил, что директор говорил о переводном ученике, который сегодня должен появиться в его классе. Только пришёл — и уже баламутит, сразу видно — задира. Отношение его к Юй Чи сразу испортилось.
— Ты, значит, новенький. Садись на своё место и не устраивай в классе беспорядок.
Обведя взглядом всех, он предупредил:
— Это школа. Нечего тащить сюда уличные замашки. Если узнаю, что вы травите одноклассников, можете сразу собирать вещи — я таких учить не намерен.
Классный руководитель разливался речью, но никто не слушал. Напротив, у многих возникло чувство протеста, и на Гу Юаня они посматривали недружелюбно. Гу Юань в новом семестре показывал неплохие результаты, поэтому учителя его любили. Некоторые не травили его в открытую, но из-за того, что над ним постоянно издевались, в душе они относились к нему с пренебрежением и позволяли себе придирки. А теперь, когда учитель заговорил о насилии, у них заскребло на душе. Они решили, что учитель прознал про их дела, и в девяти случаях из десяти — это Гу Юань настучал. А стукач — враг класса.
— Учитель, я считаю, вы абсолютно правы. Нам, студентам, подобает соблюдать школьный устав: хорошо учиться, каждый день стремиться ввысь, чтобы отплатить обществу и школе. А ну-ка, однокурсники, давайте дружными аплодисментами выразим одобрение этой пламенной речи учителя.
Юй Чи стоял на кафедре с таким видом, будто ему море по колено. Он подбадривал студентов и первым захлопал в ладоши.
— Ха-ха-ха…
Его ужимки и поведение были такими забавными, похожими на издёвку, что класс грохнул смехом и тоже принялся хлопать. Граница между учителем и учениками сразу обозначилась. Из-за этой выходки Юй Чи внимание всех переключилось с Гу Юаня на учителя. Но с учителем-то не побарахлишься. А пошутить — не страшно, это даже сближает.
— Учитель, не волнуйтесь, я буду послушным, буду хорошо учиться, чтобы вам не пришлось лишний раз беспокоиться, — с серьёзным видом поклялся Юй Чи.
— Ха-ха-ха…
Но если дело пошло, его уже не остановить. Каждое слово Юй Чи казалось смешным, и класс снова покатился со смеху.
Классный руководитель рявкнул:
— Замолчи! А ну марш на место!
— Ладно, ладно, учитель, не злитесь. Разозлитесь — появятся морщины, станете некрасивым.
Юй Чи с неохотой поднялся на кафедру. Многие украдкой показали ему большой палец. Юй Чи улыбнулся в ответ, в душе чувствуя некоторое презрение. Они одобряли его за то, на что сами не осмеливались, а в мыслях уже толкали его в оппозицию к учителю, чтобы потешиться над его бесстрашным неведением и над тем, как учитель злится, но ничего не может поделать.
Тьфу…
Вот же хулиганы, мало им ремня.
Юй Чи сел рядом с Гу Юанем. Классный руководитель удивился:
— Студент, может, сядешь на другое место?
У новичка было безобидное лицо, но вот говорил он совсем не как добряк. Учитель боялся, что Юй Чи нарочно сел рядом с Гу Юанем, чтобы его задирать.
Юй Чи тут же отказался:
— Не буду, мне и тут хорошо.
Линь Фэн съязвил:
— Староста, раньше ты был недоволен, что с Гу Юанем никто не сидит, говорил, что его изолируют. Теперь новый ученик сам хочет сесть с ним — ты снова недоволен, велишь ему пересесть. Староста, может, отправишь Гу Юаня в отдельный класс?
— Хе-хе-хе…
Многие захихикали с издёвкой.
— А ну заткнулись все!
Эти студенты и впрямь совсем распоясались, научились насмехаться над учителем. Лицо классного руководителя потемнело. Он почувствовал, что его авторитет как педагога подвергся неслыханному вызову.
Атмосфера в классе накалилась. Гу Юань, оказавшийся в центре бури, сидел с невозмутимым видом. Казалось, он уже привык к травле и изоляции со стороны одноклассников и больше не пытался влиться в коллектив. Он просто делал своё дело, учился, чтобы в будущем, когда добьётся успеха, со всей силой ответить на сегодняшние унижения.
Юй Чи прикинулся дурачком:
— Учитель, когда будете устраивать Гу Юаня в отдельный класс, возьмёте и меня? Мне очень нравится формат индивидуальных занятий.
— Учитель относится ко всем ученикам одинаково, никого не выделяет, — подчеркнул классный руководитель.
— Значит, никаких индивидуальных занятий не будет? А я-то поверил. Как жаль, — огорчённо вздохнул Юй Чи.
— Ха-ха-ха…
Весь класс снова покатился со смеху. Иногда он был похож на палку, которая мешает, вечно выставляя напоказ свою непохожесть, а иногда — на смазку, которая в самый нужный момент разряжает обстановку.
Тунцзы спросил мысленно:
— Рыбка, это всё часть твоего плана?
Юй Чи кивнул:
— Лучший способ защитить человека — отвлечь на себя всё внимание и огонь, что направлены на него. Пожертвовать малым, сохранить большое. Тунцзы, разве не крут твой маленький господин?
Тунцзы похвалил:
— Крут, ещё как крут.
Когда прозвенел звонок и классный руководитель ушёл, все повскакивали с мест, обступили парту Юй Чи и наперебой спрашивали, как он осмелился на такое.
— Раз уж я вступил в класс, я должен был принести клятву верности. Братья, вы довольны? — Юй Чи был очень дружелюбен, легко находил общий язык с любым, составляя разительный контраст с холодностью Гу Юаня.
Все поддакивали:
— Довольны, довольны.
Он сделал то, на что никто не отваживался.
Юй Чи улыбнулся:
— Вечером я заказал несколько столиков за пределами школы. Угощаю всех жареным мясом. Придёт весь класс.
Чжоу Шэн обрадовался:
— Отлично, я помогу оповестить всех.
У него было всего две с половиной тысячи в месяц на жизнь, да ещё и подарки девушке покупать. Давненько он не ел в городе как следует. Услышав, что кто-то приглашает на жаркое, он подпрыгнул от радости чуть ли не до потолка.
— А можно со своей второй половинкой?
С надеждой спросил Чжоу Шэн.
Юй Чи великодушно кивнул:
— Можно! Думаешь, пара лишних ртов меня разорит? Твой старший брат Юй не такой уж бедный. Все могут брать своих, чем больше народу — тем веселее.
— Спасибо, старший брат Юй! Старший брат Юй — крутой!
Все были в восторге и закричали «ура».