В оригинале герой с героиней первыми попали именно в эту комнату, потому и собрали больше всех подсказок и знали больше всех, но процесс поисков описан бегло, так что пришлось смотреть самой.
Подойдя к туалетному столику, она увидела множество шпилек, украшений и коробочек.
Ань Сюй одну за другой открыла коробочки и наконец нашла бумажку.
— Сегодня день совершеннолетия, родители устроили большой праздник и обручили меня с братцем Ляном. Я давно влюблена в братца Ляна, интересно, питает ли братец Лян те же чувства ко мне…?
Эта улица показалась Ань Сюй знакомой, прочитав, она сунула её в карман.
Затем она подошла к стоящей рядом деревянной кровати, ощупала её повсюду и под кроватью нашла ещё одну коробку.
— Братец Лян сказал мне, что у него есть возлюбленная, и это не я.
Ань Сюй цокнула языком два раза.
Такая же безответно влюблённая, как и вторая героиня.
Если она не ошиблась, в этой комнате должно быть три бумажки.
Но в комнате были только деревянная кровать и туалетный столик, поэтому Ань Сюй потратила уйму времени, прежде чем найти последнюю бумажку в маленькой шпильке с потайным механизмом.
Интересно, как герой с героиней её нашли, ей-то пришлось ощупать эту шпильку вдоль и поперёк.
— Я думала, возлюбленная братца Ляна — какая-нибудь барышня из знатной семьи, а оказалось — моя личная служанка Сяо Цуй! Нет!? Я не понимаю, я образованна и воспитанна, я знатная барышня, почему братец Лян не любит меня, а любит Сяо Цуй?
Забрав бумажки, Ань Сюй не спешила выходить, она ещё раз осмотрела комнату: на самом деле не только бумажки могли быть уликами, всё остальное тоже было скрытыми подсказками.
Ань Сюй то тут порылась, то там посмотрела, и когда откинула простыню, то увидела на кроватной доске ещё одну бумажку.
Ань Сюй:
— ???
Что за черт, разве их было не три?
Развернув бумажку, Ань Сюй от удивления открыла рот.
— С Сяо Цуй что-то не так… она заставила братца Ляна есть жуков!
Какой переворот, из простой любовной драмы вдруг сделали мистику.
Видно, герой с героиней слишком приличные, чтобы заглядывать под чужие простыни.
Вот такую скрытую подсказку она и отхватила.
Прошло полтора часа. Ань Сюй вышла из комнаты. Герой с героиней и Лю Хэцин уже были в холле, куда они вошли в самом начале.
— Сюйсюй, ты нашла улики? Мы уже обменялись и посмотрели друг у друга.
Бай Лулу и Чэн Сюнь вошли в комнату вместе, и, кроме комнаты главной героини-барышни, в остальных комнатах было только по одной-две улики.
Лю Хэцин первым подошёл и протянул одну улику.
— У меня максимум две. Сколько у тебя? Давай обменяемся.
Ань Сюй достала две штуки и протянула ему.
Бай Лулу уже обменялась уликами с Лю Хэцином, у них с Чэн Сюнем была только одна, так что Лю Хэцин тоже достал только одну.
— Цуйэр очень красивая, очень живая, с ней всегда чувствуешь себя счастливым.
Ань Сюй сперва открыла одну бумажку. Это, должно быть, улика от времени, когда главного героя уже прокляли.
Открыла другую:
— Сегодня обручился с Сяо Янь. Я любил её много лет и наконец дождался, когда она станет совершеннолетней и будет моей женой.
Эта, видимо, из нормального времени.
Похоже, их семьи были дружны в нескольких поколениях. Сейчас известно, что в имени героини есть иероглиф «Янь», а в имени героя — «Лян». Полные имена пока неизвестны.
А служанку зовут Сяо Цуй, возможно, она владеет колдовством с насекомыми.
Тогда пусть их временно зовут Сяо Янь и Сяо Лян.
Сяо Янь и Сяо Лян — детство бок о бок, взаимная любовь много лет, и Сяо Янь только что исполнилось пятнадцать. В её комнате много шпилек и украшений, видно, она очень любит красивое.
Ань Сюй вернула бумажки Лю Хэцину, заметив его озадаченное выражение лица.
То, что она только что дала ему, были бумажки о том, что Сяо Янь отвергли, и о том, что сегодня у неё совершеннолетие.
Лю Хэцин, наверное, в недоумении: его собственные улики говорят ему, что главный герой, возможно, подлец, что ему нравятся обе, но больше он тяготеет к героине, но новые улики говорят, что главный герой отверг героиню.
В это время Бай Лулу протянула Ань Сюй свою находку.
— Сюйсюй, это я и Чэн-гэ нашли. Держи.
Ань Сюй взяла. Почему бы и не взглянуть, раз дают. Достав свою бумажку о помолвке, она протянула её в ответ.
— Не хочу быть у вас в долгу. Посмотришь — вернёшь.
Всё тот же холодный, лишённый всяких эмоций тон. Ань Сюй считала, что созданный ею образ слишком профессионален.
Бай Лулу с радостью взяла бумажку и с улыбкой тихо ответила согласием.
Открыв бумажку, Ань Сюй заглянула внутрь.
— В последнее время мне что-то нездоровится, и госпоже тоже. Видно, возраст даёт о себе знать! Дочь только стала совершеннолетней, не хочется её волновать.
Похоже, это улика отца Сяо Янь.
Как раз в это время из комнаты вышли мужчина средних лет и та тётка.
Лю Хэцин снова подошёл спросить, не хотят ли они обменяться, и дал им ту самую улику о том, что Сяо Лян любит Сяо Цуй.
Бай Лулу тоже поспешила подойти обменяться.
Ань Сюй подошла обменяться только после того, как они закончили. У этой тётки и того противного мужчины было только по одной бумажке, поэтому она дала им ту, где говорилось о возрасте Сяо Янь.
— Барышня в последнее время, кажется, не в духе.
Это была улика мужчины средних лет, наверное, из комнаты какой-нибудь служанки, бесполезная улика.
— Молодой господин в последнее время стал неразговорчивым.
Это была улица тётки, должно быть, от кого-то из окружения Сяо Ляна.
На данный момент больше всех бумажек собрала Ань Сюй — она узнала девять улик, у Лю Хэцина было семь, у Бай Лулу и Чэн Сюня — пять, у тётки — пять, у мужчины средних лет — пять.
Ань Сюй взглянула на часы на стене. До начала опроса оставалось десять минут, но курьер из доставки ещё не вышел.
— В какую комнату зашёл тот курьер?
Почувствовав неладное, Ань Сюй спросила остальных.
— В эту.
Чэн Сюнь указал на последнюю комнату справа.
Ань Сюй подошла и увидела на двери жука-скарабея.
— Он, скорее всего, уже не выйдет. Систематизируйте улики и готовьтесь к ответам.
Это была комната Сяо Цуй. Как намекали бумажки, поиск улик не всегда безопасен, а самая опасная, конечно, комната Сяо Цуй.
Курьер вошёл туда, ничего не зная, полный страха, и, вероятно, уже попался.
Теперь он действительно стал «доставщиком» — в смысле, сам «доставился».
— Откуда ты знаешь, что он не выйдет? Что ты знаешь, скажи нам скорее!
Тётка запаниковала, она действительно боялась смерти.
— Да, Сюйсюй, почему он больше не выйдет?
Сердце Бай Лулу, которое немного успокоилось, снова забилось чаще.
Даже Чэн Сюнь не удержался и вмешался:
— Если хочешь сказать, говори прямо, не темни.
Ань Сюй надоели эти расспросы. Знала бы — лучше бы промолчала.
— Вы что, тупые? Если до конца осталось десять минут, а он всё не выходит, значит, он там и остался, что же ещё?
Трое только что спрашивавших замолчали.
Ань Сюй взглянула на спокойного мужчину средних лет и заметила, что он украдкой поглядывает на Лю Хэцина.
Так боится?
Так они и простояли в напряжении некоторое время, как вдруг раздался тяжёлый голос:
— Опрос начинается.
Картинка сменилась. Холл погрузился в полумрак, остались только колеблющиеся огоньки свечей вокруг.
Тётка не выдержала и вскрикнула, обнаружив, что привязана к столу со стулом.
Тут все заметили, что их тоже привязали к столам со стульями.
Взгляд Бай Лулу первым делом отыскал Ань Сюй; увидев, что она как раз рядом, она выдохнула с облегчением. Чэн Сюнь первым делом отыскал взглядом Бай Лулу и Ань Сюй; увидев, что они оба рядом, он тоже перестал так паниковать.
Ань Сюй оказалась зажатой между ними…
Попала под «обстрел» взглядами.