— Отвали, не трогай меня. — Чэнь Шэн по-прежнему выглядел очень недовольным Чжэн Юйанем.
Чжэн Юйань с рюкзаком держался на некотором расстоянии от Чэнь Шэна, но уголки его губ невольно поднимались.
Он и сам не знал почему, но улыбка никак не сходила с его лица, его вишнёвые глаза тоже наполнились смехом, перестав быть обычными, безжизненными.
Вернувшись домой, отец Чэнь Шэна, Чэнь Годун, уже сидел в гостиной, дожидаясь своего сына.
Он был очень зол. Этот его сын был просто невыносим. Всего несколько дней вёл себя прилично, и вот снова не вернулся вовремя. Он ведь ничего от него не требовал, даже карманные деньги давал щедро, просил только об одном — приходить домой вовремя. Неужели это так трудно?
Когда Чэнь Шэн открыл дверь, он увидел Чэнь Гудуна, ожидающего в гостиной. Вокруг него сгустилась атмосфера низкого давления, излучающая ауру «старый господин в прескверном расположении духа».
Чэнь Шэн с детства привык к побоям, поэтому ничуть не испугался и, как обычно, крикнул:
— Пап, я вернулся.
— А ты хоть помнишь, что надо возвращаться? — Это были определённо родные отец и сын, даже интонация при иронии была абсолютно одинаковой.
— Угу, помню. Всё-таки я уже в старшей школе учусь.
Чэнь Гудун от злости аж дёрнулся и со всей силы хлопнул ладонью по столу.
Бам!
— Ты знаешь, что ты в старшей школе? А как ты обещал? В средней школе ты дрался и прогуливал уроки, ты был маленький, я терпел. Но сейчас уже третий год старшей школы, не мог бы ты вести себя взрослее?
Чэнь Шэн всегда любил перечить своему старику. Весь свой интеллект он вложил в то, как получше вывести его из себя.
Поэтому он произнёс:
— А разве я недостаточно взрослый? Я уже метр восемьдесят вымахал. Хотите, чтобы я ещё взрослее стал — может, мне до двух метров расти? Тогда вам, наверное, будет трудно найти невестку, ведь никто не захочет брать в мужья телеграфный столб.
— Ты... — Чэнь Гудун от его софистики опешил и только повторял: — Ты, ты...
Чжэн Юань, сдерживая смех, вовремя пояснил:
— Старший брат был со мной. У меня друг попросил о помощи, я задержался, и старший брат меня подождал.
Вся злость Чэнь Гудуна разом угасла от слов младшего сына.
Он немного смущённо почесал затылок.
— Он правду говорит?
Чэнь Шэн безучастно ответил:
— Не верите — сами проверяйте.
— Чэнь Шэн! Я твой отец! Ты не мог бы проявлять ко мне хоть каплю уважения?
— Да-да-да, мой дражайший папочка. Я могу пойти наверх? У меня ещё домашнее задание не сделано.
Услышав слово «домашнее задание», Чэнь Годун фыркнул и ответил:
— Иди. В следующий раз, когда будешь ждать Аньаня, не забудь мне позвонить.
Чэнь Шэн хотел возразить, что он ему не брат, но вспомнив ноющую боль в спине и животе, решил не тратить слова попусту.
Он вернулся в свою комнату, снял рубашку и, встав перед зеркалом, осмотрел спину.
Чёрт, не стоило ввязываться в чужие дела.
След от удара палкой на спине уже стал сине-багровым, очень заметным на бледной коже Чэнь Шэна.
На животе было ещё ничего, синяк не такой сильный.
Чэнь Шэн достал мазь от ушибов, налил на руку и кое-как намазал.
Но до спины он дотянуться не мог.
Он пытался несколько раз, но смог намазать только края.
Чэнь Шэн снова принялся мысленно посылать всех предков обидчика ко всем чертям.
Тут как раз раздался стук в дверь.
— Брат. — За дверью послышался голос Чжэн Юйаня.
— Чего надо? — холодно отозвался Чэнь Шэн.
— Я принёс мазь.
— У меня есть.
— Брат, а ты сможешь сам намазать спину?
Этот вопрос заставил Чэнь Шэна умолкнуть.
Чжэн Юйань сразу же представил, как опешил Чэнь Шэн.
Он невольно усмехнулся и сказал за дверью:
— Тогда, брат, я войду.
Чэнь Шэн как раз надевал рубашку, чтобы пойти открыть дверь.
Не успел он надеть её до конца, как Чжэн Юйань толкнул дверь и вошёл.
Он мрачно подумал про себя: если я и в следующий раз забуду запереть дверь, то я пёс.