Линь Фань сам главный герой, те, кто встают у него на пути, — злодеи, с самого начала это противоположные позиции.
Ненависть тоже возникает из-за различных противоречий между сторонами.
Ненависть существует именно потому, что стороны — враги.
Но что насчёт семьи Гу Ян? Они пришли в Корпорацию Цинь благодаря связям Гу Юня, и им предоставили большие привилегии.
К тому же стороны были родственниками, можно сказать, что их всячески опекали.
Однако Гу Ян за спиной вёл себя так, что это отвратительнее, чем семья Ся Вань.
По крайней мере, те не могли дойти до того, чтобы довести своих близких и благодетелей до смерти.
И главное, что за такое поведение тогдашние читатели ещё и аплодировали, просто потому, что это сторона злодеев, неважно, что они делали, считалось, что они плохие.
Поэтому считалось, что с ними можно делать что угодно, и из-за этого образ Гу Яна некоторые даже называли властным героем.
Цинь Юю от этих мыслей становилось тошно.
Вспоминая это, глаза Цинь Юя наливались кровью, а убийственное намерение внутри не скрывалось.
Голос Цинь Юя был ледяным и пронизывающим, а взгляд был устремлён на Гу Яна, словно демон из бездны.
— Гу Ян, не питай иллюзий, я говорил уже много раз. Сейчас я Директор Корпорации Цинь и единственный наследник. Так что, кого бы ты ни просил, это бесполезно!
Цинь Юй указал на окно в конференц-зале и сказал:
— Не только твоя законная жена, но и твои любовницы и внебрачные дети в Бамбуковом саду и Солнечном квартале — никто не сбежит!
Гу Ян побледнел и в ужасе смотрел на Цинь Юя.
Он не ожидал, что Цинь Юй так досконально раскроет его тайны.
Но он не мог принять такой факт и сразу же упал на колени, умоляя:
— Цинь Юй, нет, Директор, я знаю, что ошибся, пожалуйста, пощади меня, я больше никогда так не сделаю. Мы же родственники, ты не можешь так поступить!
— Хе-хе, родственник? Когда ты напал на наш клан Цинь, ты перестал им быть.
Цинь Юй холодно посмотрел на него:
— В этом мире больнее всего ранят самые близкие люди. Я не буду таким мягкосердечным, как мой отец. Твоя семья должна умереть!
Видя отношение Цинь Юя, Гу Ян понял, что мольбы бесполезны, он встал и закричал:
— Цинь Юй, ты нарушаешь закон!
Цинь Юй усмехнулся:
— Нет-нет, я законопослушный гражданин, как я могу нарушать закон? Если ты будешь благоразумным и сделаешь это сам, я могу сохранить жизнь твоей семье. В противном случае я покажу тебе, что значит быть хуже смерти!
Сказав это, он указал на окно в конференц-зале и произнёс:
— Ты сам прыгнешь отсюда, и я пощажу твою семью. Иначе готовься к тому, что я приму меры против всей твоей семьи: твоего сына отправлю в Африку, дочь — в клуб. Пусть твои дети продолжают род, а затем переживут кошмар своих детей!
Безумец!
Услышав слова Цинь Юя, все в конференц-зале задрожали, сели прямо, боясь дышать.
Страх, что Цинь Юй запомнит их.
Можно сказать, если бы Цинь Юй действительно сделал то, что сказал, жить было бы хуже, чем умереть.
И даже внуки были бы затронуты.
Это были бы мучения и физические, и моральные.
Гу Ян также смотрел прямо на Цинь Юя, не в силах поверить, что тот так жесток.
Глядя на Цинь Юя, присутствующие нисколько не сомневались в его словах — он обязательно сдержит обещание.
Гу Ян тоже это понимал, хотел попросить помощи, но, оглядев конференц-зал,
все, кто встречался с ним взглядом, опускали головы или отворачивались.
Никто не заступился за него, даже Чжан Цзэ, который ранее просил о снисхождении, не осмелился больше ничего сказать.
Хотя многие недоумевали: даже если Гу Ян нанёс клану Цинь большой урон, разве обязательно быть таким безжалостным?
Но они не задавали вопросов — их просто запугал Цинь Юй.
Цинь Юй посмотрел на Гу Яна и сказал:
— Гу Ян, теперь ты можешь выбирать!
Гу Ян смотрел на Цинь Юя, тело его оцепенело, во рту пересохло:
— Цинь Юй, ты действительно хочешь так поступить?
Цинь Юй не ответил, просто молча смотрел на него.
А каков будет выбор Гу Яна, ему было всё равно.
В то же время он не собирался действовать сам, как Цинь Юй в оригинале — это только испачкало бы руки.
Но для клана Цинь разобраться с одним человеком слишком просто, даже не нужно нарушать закон.
То есть Цинь Юй в оригинале был самонадеян, всё думал применить насилие, поэтому и нажил себе столько проблем.
Использовать законные средства для достижения своих целей — это самый безопасный путь.
Видя отношение Цинь Юя, Гу Ян понял, что у него нет выбора.
И он ещё больше боялся, что Цинь Юй на самом деле так поступит.
Он присвоил неизвестно сколько средств Корпорации Цинь, и ему грозила не только тюрьма, но и расстрел.
Однако страшнее всего было то, что Цинь Юй не даст ему умереть, а будет мучить понемногу.
Согласно оригиналу, он совершил много дел, поэтому был очень неспокоен, и только исчезновение клана Цинь дало бы ему безопасность.
Поэтому, когда Линь Фань слегка соблазнил его, он сразу согласился, и даже не нужно было соблазнять — стоило дать Гу Яну узнать, и он сам бы пришёл.
Гу Ян шаг за шагом направлялся к окну, движения его были скованными и медленными.
Все в конференц-зале смотрели на него, каждый думал о своём.
— Подождите!
Раздался голос Цинь Юя.
Гу Ян замер, в душе вспыхнула надежда, но слова Цинь Юя сделали его ещё более отчаявшимся.
Цинь Юй бросил перед ним контракт и спокойно произнёс:
— Прежде чем умереть, подпиши этот контракт. Верни всё, что взял из Корпорации Цинь, а потом умирай, иначе потом мне придётся тратить время на поиски всего по кусочкам!
Гу Ян, услышав это, почувствовал горечь во рту.
Но у него не было выбора: Цинь Юй использовал жизнь его семьи как залог, и как бы эгоистичен он ни был, не мог сопротивляться.
К тому же, даже если бы он сопротивлялся, это было бы бесполезно — он был главной целью, и Цинь Юй ни за что бы его не отпустил.
Так или иначе смерть, лучше сохранить семью.
Увидев, что Гу Ян подписал контракт, Цинь Юй кивнул и велел Мэнцзы забрать его.
Тут заговорил Чжан Цзэ:
— Господин Директор, может, всё же не стоит?
— М?
Цинь Юй перевёл взгляд на него, остальные в конференц-зале тоже посмотрели на Чжан Цзэ.
Про себя они удивились смелости Чжан Цзэ — неужели он всё ещё осмеливается просить?
Чжан Цзэ понял, что его не так поняли, и поспешно замотал головой:
— Нет, я не прошу о снисхождении. Просто считаю, что если он так умрёт, это создаст проблемы для нашей корпорации. Поэтому я думаю, лучше отправить его туда, пусть с ним разберутся там. Так будет чище.
Цинь Юй, подумав, кивнул:
— Менеджер Чжан прав, сделаем, как вы сказали.
Чжан Цзэ вытер холодный пот со лба — сердце чуть не выскочило от страха.
На этот раз без указания Цинь Юя Мэнцзы позвонил в полицию и также уведомил юридическое бюро, чтобы подсчитать действия Гу Яна.
Цинь Юй сказал:
— У остальных есть ещё что сказать? Можете продолжать. Что касается контракта, лучше его подписать. Если хотите сопротивляться, я тоже не против!
Вмиг никто не осмелился больше ничего сказать. Чжан Юйлян, неизвестно когда очнувшийся, похоже, тоже видел, как Цинь Юй расправился с Гу Яном, и в страхе поспешно подписал, не смея больше бунтовать.
Они подписали контракт, после чего Чжан Юйлян дрожащим голосом произнёс:
— Господин Директор, у меня не так много свободных средств, нужно время, чтобы всё уладить.
— Время? Сколько времени?
Цинь Юй холодно посмотрел на него:
— Можешь ничего не готовить. Я пришлю людей, они всё уладят. Твоя задача — просто сотрудничать.
Чжан Юйлян вытаращил глаза, и с кровью на лице это выглядело немного пугающе.
Остальные про себя отмечали, что стиль Цинь Юя слишком жёсткий, но никто не осмелился ничего сказать.
И они не находили это неправильным — в конце концов, Чжан Юйлян и другие сами начали безобразничать, просто они, наверное, не ожидали, что попадут в руки такого безумца, как Цинь Юй, который действует без оглядки.
Будь на его месте Цинь Цанхай, он бы, хоть и не отпустил их, но не был бы таким жёстким, а применил бы законные методы.
Но тогда это дало бы им время придумать выход.
А Цинь Юй не оставил ни одного шанса: всё решается за столом, и только после этого отпускает, не давая времени на сопротивление.
— Раз так, можете катиться. Впредь при встрече лучше обходите меня стороной, иначе потом не жалуйтесь, что я принял меры.
Цинь Юй холодно посмотрел на них. Они не осмелились ничего сказать, опустили головы и поспешили покинуть конференц-зал.
События этого дня оставят тень в сердцах всех присутствующих, и когда слухи разойдутся, оценка Цинь Юя в Цзянчэне снова возрастёт.
И на этот раз не только дурная слава, но и его мощные методы.
Ведь то, что провернул Цинь Юй сегодня, нельзя было сделать, просто предоставив какие-то данные.
Цинь Юй осмелился быть таким жёстким и наглым только потому, что он держал всех за хвост, не давая возможности сопротивляться. В противном случае, даже боясь мощи клана Цинь, они не дали бы себя так просто мять, и могли бы устроить скандал.
В конце концов их бы всё равно арестовали, и это было бы нормально.
После ухода этих корпоративных вредителей Цинь Юй посмотрел на оставшихся и сказал:
— Вам не нужно бояться, я всё-таки не дьявол. Те из вас, кто полезен компании и внёс вклад, даже если совершили ошибки, я могу простить.
— Но запомните одно: убытки, которые вы причинили компании по неосторожности, — это не проблема, мой клан Цинь может их покрыть. Но если вы действуете с корыстными целями, разворовывая и предавая, пусть даже ущерб невелик, не ждите, что я вас пощажу.
Сказав это, Цинь Юй обвёл взглядом всех присутствующих и продолжил:
— Надеюсь, вы не будете меня провоцировать, иначе последствия будут невообразимы.