— Сто тысяч за раз, да мало ли найдется желающих? Я, между прочим, предлагаю тебе верный путь к богатству.
— Если бы ты немного постаралась, всего за месяц или даже быстрее смогла бы расплатиться с долгами.
— А если уж говорить прямо, тётушка, ты таких денег не стоишь.
Чжоу Фэн, улыбаясь, смотрел на Цинь Сяосюэ.
— Я... я вызову полицию!
Цинь Сяосюэ только тут поняла, что попалась.
Обиднее всего было то, что Чжоу Фэн посмел сказать, будто она не стоит таких денег.
Как это она не стоит?
С тех пор как умер муж, за ней немало увивалось.
Были среди них и весьма достойные.
Цинь Сяосюэ никому не ответила взаимностью, но прекрасно знала, что пользуется успехом.
— Конечно, без проблем. Жду, когда ты вызовешь полицию.
Чжоу Фэн закурил и глубоко затянулся.
Кабинет мгновенно наполнился запахом никотина.
— Хорошо, тогда я звоню...
Цинь Сяосюэ достала телефон и набрала номер полиции.
Но палец так и не нажал кнопку вызова.
— Чжоу Фэн... я ведь тоже не хочу, чтобы ты сел. Давай просто забудем всё, как будто ничего не было. Тётушка желает тебе добра, — тихо проговорила Цинь Сяосюэ, прикусив губу.
— Чтобы я сел? По-моему, это ты сядешь за ложный вызов.
Чжоу Фэн тоже достал телефон.
Разблокировав экран, он показал, что запись включена.
Весь их разговор, и даже то самое, — всё было записано.
— Ты меня записывал?!
Цинь Сяосюэ мгновенно взбеленилась и потянулась за телефоном.
Но где ей было тягаться с Чжоу Фэном.
Одной рукой он схватил её за запястье, и она не могла пошевелиться.
После долгой борьбы Цинь Сяосюэ, тяжело дыша, выбилась из сил.
Чжоу Фэн отпустил её и самодовольно улыбнулся.
— Ну всё, мне пора. Кстати, с нетерпением жду следующей встречи...
С этими словами Чжоу Фэн покинул кабинет.
Звукоизоляция здесь и правда была отличная — снаружи никто понятия не имел, что происходило внутри.
— Хозяин, мы берём компанию?
Когда Чжоу Фэн вышел, один из подручных спросил его.
— Нет. Ради Е Юня дам ей ещё один шанс, — махнул рукой Чжоу Фэн.
Услышав это, подручные молча покачали головами.
Сегодня их приехало больше двадцати человек.
Они уже контролировали бухгалтерию.
Стоило Чжоу Фэну лишь приказать — и компания перешла бы под их управление.
Все думали, что на этот раз дело дойдёт до решительных мер.
Но никто не ожидал, что старший сын клана Чжоу так и не сможет проявить жёсткость.
…
Вечером Цинь Сяосюэ вернулась домой.
— Мам, говорят, этот гад Чжоу Фэн снова приходил в твою компанию? Он тебя не тронул?
Е Юнь, увидев мать, спросил.
— Он... нет, он снова дал мне отсрочку.
Цинь Сяосюэ прикусила губу, лицо её было мрачным.
Она не могла рассказать Е Юню о том, что случилось днём.
Не говорить же сыну, что Чжоу Фэн её унизил?
И что она сама, по собственной воле, прильнула к нему?
А ещё эта запись!
Если её обнародуют, ей будет стыдно даже на люди показаться.
Да и Е Юня начнут презирать.
— Вот и славно! Подумаешь, каких-то три с лишним миллиона! В прошлый день рождения Чжоу Фэн на аренду отеля спустил больше десяти.
— И после этого он смеет требовать с тебя деньги!
— Будь он человеком, простил бы долг, а не ходил бы постоянно выбивать!
Е Юнь раздражённо бурчал.
Он даже не заметил странного выражения матери.
И не думал, что раз уж задолжал, то надо платить.
Наоборот, считал, что Чжоу Фэн перегибает палку.
Слушая сына, Цинь Сяосюэ ощутила горечь.
Каких-то три с лишним миллиона?
Да это же деньги, которые многие не заработают и за всю жизнь!
Она сама трудилась больше десяти лет, да ещё и удача сопутствовала, чтобы понемногу расширять компанию до нынешних масштабов.
И надо же было так вляпаться — прогореть на криптовалюте.
— Кстати, мам, переведи мне десять тысяч, — сказал Е Юнь.
— Зачем тебе столько? Я же дала тебе пять тысяч на прошлой неделе?
Лицо Цинь Сяосюэ помрачнело ещё больше.
Сейчас у неё туго с деньгами, куча внешних долгов.
Откуда же взять ещё и на сына?
— Я хочу подарить У Цзяжуй новую косметику, импортную, за семь-восемь тысяч. Потом ещё чай с молоком, кино... На всё это нужны деньги, — беззаботно ответил Е Юнь.
У Цзяжуй...
Цинь Сяосюэ, конечно, знала, кто это.
Та самая, за которой Е Юнь бегает ещё со школы — первая красавица.
Сейчас они вместе учатся в одном университете.
Е Юнь продолжает унижаться, надеясь заполучить её расположение.
Только вот она совершенно не интересуется её глупым сыном.
— Юньэр, может, бросишь эту затею? — тихо спросила Цинь Сяосюэ.
Она давно поняла: У Цзяжуй ни капли не интересуется Е Юнем.
Вокруг неё полно поклонников.
Они дарят подарки куда дороже, чем её сын.
Е Юнь просто тратит время впустую.
Тягаться с ними в деньгах ему не под силу.
— Мам! Когда-нибудь она растрогается моей преданностью. Я ведь отдаю ей всё, что у меня есть! — сжал кулаки Е Юнь с самоуверенным видом.
Цинь Сяосюэ только вздохнула.
За эти годы Е Юнь потратил немалые суммы.
А с поступлением в университет и вовсе стал швыряться деньгами на подарки.
Но У Цзяжуй принимала их без всяких намёков на сближение.
Разве это не значит, что она использует его как бесплатный банкомат?
— Мам, давай быстрее, мне завтра понадобятся, — бросил Е Юнь и ушёл в свою комнату.
Горечь сдавила сердце Цинь Сяосюэ.
Всего-то пять тысяч, но сейчас эти деньги ей придётся занимать.
А что дальше? В следующем месяце, боюсь, она не сможет выплатить зарплату сотрудникам.
…
[Поздравляем хозяина с выполнением варианта 3. Выдано вознаграждение — начальное боевое искусство.]
[Дзынь! Поздравляем хозяина с получением начального боевого искусства — Канон изменения сухожилий.]
Чжоу Фэн вернулся в особняк.
И тут же услышал уведомление Системы о награде.
В следующую секунду тело Чжоу Фэна окутало золотое сияние.
Когда свет померк, казалось, он изменился целиком.
Фигура стала прямее, появилась едва уловимая аура.
Он полностью овладел Каноном изменения сухожилий.
По силе Чжоу Фэн теперь был примерно равен тому самому знаменитому подкаблучнику Ю Таньчжи из Восьми триграмм Небесного дракона.
До того как Ю Таньчжи изучил Канон изменения сухожилий, его боевые навыки были заурядными.
В поместье Цзюйсянь его, как моба, раскидывал Цяо Фэн.
А овладев этим каноном, он уже мог тягаться с Цяо Фэном.
Конечно, в итоге всё равно уступал, но вошёл в ряды мастеров высшего уровня.