В VIP-палате одной из частных больниц провинции Цзян.
Жёлтый уже вправил сломанные кости, рука была залита в толстый гипс.
— Брат Жёлтый, здорово! Я и подумать не мог, что ты так профессионально сыграешь, я тогда прямо обалдел.
— А то! Я, если честно, до смерти перепугался...
Слушая льстивые похвалы своих подручных, Жёлтый невольно усмехнулся.
— А то, а то! Вы только посмотрите, кто я — Жёлтый. В своё время я чуть в художественную академию не поступил. Между прочим, чуть не стал большой звездой. Жаль только, что их туда с начальным образованием не берут.
В тот момент, когда Жёлтый хвастался, дверь палаты распахнулась.
— Жёлтый, ты, я смотрю, тут важничаешь. Молодой господин Сяо даже специально написал, что твоя игра была очень неплоха.
— Да что вы, это всё благодаря заботе Третьего брата. Если бы не вы, не видать бы мне, Жёлтому, сегодняшнего дня. Я, Жёлтый, всегда иду за Третьим братом.
— Ах ты, шельма, знаешь, что я о тебе заботился? А что я вам говорил перед выходом? Дело это должно сгнить в ваших животах. А ты?
Перед напором Третьего брата Жёлтый не нашёл, что ответить: он действительно только что слегка зарвался.
— Чего замолчал? Язык проглотил?
— Третий брат, мы виноваты. Накажите нас.
Жёлтый опустил голову, капля холодного пота скатилась с волос. Все они воочию видели, насколько жестокими могут быть методы Третьего брата.
— На этот раз прощаю. Молодой господин Сяо велел вам всем убраться из провинции. В ближайшие два года чтобы вас в провинции Цзян не было. Как раз у меня в городе Цинфэн есть друг, поедете к нему.
Город Цинфэн относится к провинции Ань, а та, в свою очередь, граничит с провинцией Цзян.
— Третий брат, мне что-то не хочется. А можно... — робко спросил один из подручных.
— Можно, конечно можно. Не хочешь ехать — ступай умирать!
Едва Третий брат договорил, как в дверь ворвались два человека в чёрном. Они наставили пистолет на голову тому подручному, от страха тот рухнул на колени.
— Третий брат, мы едем! Мы едем! — поспешно затараторил Жёлтый.
— Не вините меня, братцы. Если дело раскроется, я умру первым. Я должен быть осторожен. — Третий брат махнул рукой, приказывая обоим убрать оружие.
— Не волнуйтесь, Молодой господин Сяо выделил вам денег, уже перевёл на мою карту. Вам четверым — по триста тысяч, Жёлтому — пятьсот.
Услышав слова Третьего брата, лица всех расплылись в улыбках.
...
— Я хочу спать, Сюэци, дорогая. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, братец Сяо Фань. — В трубке послышался сладкий голос Чэнь Сюэци.
Закончив разговор, Сяо Фань взял телефон и увидел сообщение от Ло Фэйянь.
«Я уже начинаю ждать завтрашнее лицо моего хорошего сыночка, ха-ха-ха». Ло Фэйянь приглашала его к себе домой на ужин, видимо, уже приняла его.
«Хорошо, завтра обязательно буду вовремя!»
Ответив, Сяо Фань отбросил телефон в сторону и быстро погрузился в сон.
Кому-то радость, кому-то горе. В огромной квартире в элитном районе провинциальной столицы.
— Лучше объясни мне, что всё это значит!
Лицо Юэ Синя было мрачнее тучи, он с силой швырнул на стол папку с документами. Сначала, когда он её получил, он подумал, что это какой-то конкурент решил его подставить, но, увидев содержимое, просто оцепенел. Закончив деловой ужин, он немедленно помчался домой.
Юэ Фуяо увидела на обложке папки три иероглифа и, хотя в душе ещё теплилась надежда, мгновенно побледнела.
— Папа, это дело... я могу решить.
— Ты решишь? Скажи мне, как ты это решишь? Это не несколько тысяч, это несколько десятков миллионов!
Юэ Фуяо услышала, как громко кричит Юэ Синь, нос её защипало, глаза заволокло туманом.
— Я... я не хотела. Но кто же знал, что он вдруг...
Говоря это, Юэ Фуяо тихо всхлипнула.
— Юэ Синь, что ты орёшь? Ночь на дворе, людям спать не даёшь?
Из спальни вышла пышнотелая красавица в ночной рубашке.
— Мама, папа на меня накричал. — Юэ Фуяо, с глазами, полными слёз, с обиженным видом бросилась в объятия женщины.
— Всё хорошо, всё хорошо, мама за тебя заступится. — Ло Сяо мягко погладила дочь по спине, успокаивая.
— В чём дело, рассказывай.
— Сама посмотри, что натворила твоя драгоценная дочурка.
Юэ Синь протянул юридическое письмо Ло Сяо.
— Что всё это значит? Помнится, ты говорила мне, что этот Сяо Фань — твой подлизыватель. А теперь что? Бунт! Настоящий бунт! Подлизыватель посмел восстать против хозяина!
— Дорогой, иди пока в спальню, я с дочкой парой слов перекинусь.
Увидев, что Юэ Синь ушёл в спальню, Ло Сяо тихо спросила: — Что же случилось на самом деле?
Юэ Фуяо ничего не оставалось, как выложить всё, что произошло в последнее время.
— Раз так, дай ему сначала немного сладкого. Он подлизывался к тебе почти три года, а ты ни разу не ответила. Ты что, забыла, как я тебя учила? Нужно держать его на расстоянии, чтобы мужчина не мог от тебя оторваться. Я уверена: стоит ему попробовать сладкого, он потеряет от тебя голову. А там ты заставишь его подписать договор о добровольном дарении... и тогда он будет у тебя в руках.
— Но...
— Никаких «но». Делай, как я сказала. Иначе останется только продать фирму твоего отца, чтобы расплатиться с долгами.
Услышав слова Ло Сяо, Юэ Фуяо замолчала на мгновение, затем кивнула.
— Вот и правильно. Завтра мама приоденет тебя как следует. Я ручаюсь, что этот мальчишка потеряет от тебя голову.
...
Клан Чжао, город Юаньань.
— Снова неудача. В чём же проблема?
Девушка в белом боевом костюме нахмурила свои ивовые брови. Она уже достигла Вершины Преднебесного, но этот последний шаг всё никак не давался.
— Цзин’эр, всё ещё тренируешься?
С этими словами в комнату, опираясь на трость, вошёл сгорбленный старик.
Увидев вошедшего, Чжао Цзин встала и почтительно сложила руки в приветствии.
— Второй дедушка, я никак не могу прорваться на Уровень Мастера. В чём причина?
— Хе-хе, ты слишком торопишься. Постоянное соперничество ни к чему хорошему не приведёт.
Чжао Юнъюань, конечно, знал, что Чжао Цзин так спешит стать Мастером, чтобы сравняться с предками клана Чжао.
— Но я хочу... — Чжао Цзин не успела договорить, как Чжао Юнъюань прервал её.
— Упрямо долбить одно и то же тоже не годится. Через пару дней я специально пришлю человека, чтобы обучить тебя пониманию внешнего мира, а послезавтра ты войдёшь в мир.
Закончив, Чжао Юнъюань исчез из комнаты, словно его здесь и не было.
— Войти в мир? Я тоже жду встречи с внешним миром. — Чжао Цзин улыбнулась, глаза её сияли, как осенняя вода.
...
— Сюэци, я принёс твоё любимое угощение.
— Спасибо, братец Сяо Фань! Ты такой хороший, чмок.
Дядюшка Чжоу: Я уже наелся, зачем же меня кормить собачьей едой?
Как только Сяо Фань сел на своё место в аудитории, он ощутил порыв ароматного ветерка.