Слова Мо Цыняня заставили приунывшую девушку мгновенно оживиться.
Неужели... у хозяина Мо есть способ спасти её бабушку?
Верно!
Хозяин Мо так богат, у него наверняка есть способ!
На самом деле она и сама знала о болезни бабушки, врач говорил ей... что даже после операции та проживёт от силы полгода.
Но если хозяин Мо захочет помочь... бабушку, возможно, и вправду удастся вылечить.
При мысли об этом девушка ухватилась за него, как за соломинку.
— Хозяин Мо, вы ведь обязательно сможете спасти мою бабушку, правда?
Мо Цынянь посмотрел на Дуань Вэйвэй. Девушка уже слегка опьянела, её хорошенькое личико покрылось румянцем.
Дыхание у неё было лёгким, с тонким фруктовым ароматом бренди, что было весьма соблазнительно.
— При такой неизлечимой болезни, как у твоей бабушки, западная медицина точно не поможет. Только мучения и деньги на ветер.
— Я знаю одного друга, он невероятно силён в китайской медицине. Говорят, он способен воскрешать мёртвых и возвращать плоть к костям. Если возьмётся он, твою бабушку, возможно, удастся спасти.
Услышав это, Дуань Вэйвэй широко раскрыла глаза.
— Правда? Господин Мо, не могли бы вы...
Не договорив, девушка замолчала.
— П-простите, господин Мо, я слишком навязчива.
— Ничего, — Мо Цынянь беззаботно улыбнулся. — Вообще-то, его нельзя назвать моим другом, у нас не очень хорошие отношения. Раньше между нами вышла небольшая размолвка, и главное... у этого человека довольно странный характер.
Слова Мо Цыняня погасили едва вспыхнувшую надежду Дуань Вэйвэй.
На лице девушки появилась горькая улыбка.
— Господин Мо, если вам это слишком сложно... то не надо. Из-за такой моей мелочи не стоит вам терять лицо.
Дуань Вэйвэй чувствовала себя сейчас какой-то лицемерной девушкой: на словах отказывается, а в душе безумно желает.
Мо Цынянь улыбнулся, поднял руку и погладил Дуань Вэйвэй по голове.
Девушка пару раз хлопнула своими невинными большими глазами, но, на удивление... не стала сопротивляться?
— И правда сложно. Этот тип, наверное, сдерёт с меня три шкуры.
— Однако... кто ж ты у меня работница?
Слова Мо Цыняня заставили девушку остолбенеть. Она тупо смотрела на стоящего перед ней мужчину.
В этот миг образ Мо Цыняня в её сердце стал намного выше.
Она даже не заметила, когда успела прильнуть к его плечу.
— С-спасибо, хозяин!
— Не люблю, когда меня называют хозяином. Сразу чувствую себя каким-то сальным дядечкой. Можешь звать меня Старшим братом.
— А?
Дуань Вэйвэй покраснела, помялась, крепко сжимая уголок одежды.
Спустя мгновение, словно набравшись смелости, выдавила:
— С-старший брат Мо?
Мо Цынянь улыбнулся, словно охотник, увидевший, что добыча попала в ловушку.
— Ах да! Мой друг-чудо-доктор любит путешествовать по горам и водам. Когда именно он сможет вылечить твою бабушку... время не определено. Я постараюсь связаться с ним пораньше. Будем считать, что я буду ему должен.
Мо Цынянь легонько вздохнул, оказывая давление на Дуань Вэйвэй.
Оказывая услугу, нужно показывать, как это трудно, чтобы заставить другого быть обязанным по максимуму.
— С-спасибо, с-старший брат Мо!
Видя, как Мо Цынянь самоотверженно ей помогает, и не имея возможности отплатить, девушка задумалась своей нехитрой головой.
Затем она перевела взгляд на стоящий на столе почти полный стакан бренди.
Будучи и так навеселе, она, подогретая алкоголем, набралась храбрости.
— Старший брат Мо, я... я выпью за тебя!
Девушка взяла со стола стакан и осушила его залпом.
Мо Цынянь от такого её поступка опешил.
Девчонка, ты чего такая смелая?
В этом стакане никак не меньше ста граммов, да ещё и бренди — напиток крепкий, с сильным последействием.
Даже самому ему стоило бы прикинуть, прежде чем пить такое залпом.
— Кхе-кхе... — Дуань Вэйвэй поперхнулась. Красное вино потекло по её губам, намочив воротник, что выглядело своеобразно и соблазнительно.
...
— Старший брат Мо, а почему у тебя три головы?
— У-у-у, хочу печенье «Ван Ван»!
— Дайте мне выпить... буль-буль-буль...
— Я хочу петь!
Мо Цынянь: ...
Глядя на девушку, которая буянила с микрофоном в руках, Мо Цынянь опешил.
Кто сказал, что если девушка красивая и голос у неё приятный, то петь она будет не так уж плохо?
Теперь он мог только усмехнуться.
Молча достал телефон, включил запись видео и снял, как девушка бесчинствует в стельку пьяная.
Хм, как беспринципный антагонист, он просто обязан иметь в рукаве компромат на героиню.
Детка, ты ведь не хочешь, чтобы все узнали, какой позорной была эта ночь?
[Хозяин, а когда ты успел завести друга-чудо-доктора? Что-то я не в курсе, мяу?]
Маленькая Система выскочила, склонила голову набок и серьёзно спросила.
— Е Чэнь. Мне искренне жаль твой IQ, — Мо Цынянь не забыл уколоть Систему.
Система выглядит довольно мило, но жаль... она искусственный дебил!
[А? Е Чэнь!]
[Хозяин, ты же сам говорил, что нельзя давать протагонисту шанс показать крутость? Позволить ему лечить бабушку Дуань Вэйвэй... разве это не даёт ему такой шанс?]
Перед лицом такой глупенькой милашки Мо Цынянь решил не объяснять.
[Е Чэнь сейчас всё ещё сидит в изоляторе... кто знает, не посадят ли его в тюрьму. Как он выйдет спасать людей, мяу?]
[??? Хозяин, ты меня заблокировал? Мяу, как это мерзко!]
...
В изоляторе временного содержания полицейского управления города A.
Е Чэнь с синяками под глазами сидел на жёсткой койке. Волосы его были в полном беспорядке.
— Апчхи!
Внезапно он чихнул. В глубине души он почувствовал, что кто-то его вспоминает.
— Ну вот, наконец-то тихо. Чёрт! Чуть задницу не лишился!
Е Чэнь посмотрел на тощего мужчину, спавшего на полу как убитый, и с облегчением выдохнул.
Раз не могу тебя переубедить кулаками... усыпить — запросто!
Вспомнив события прошлой ночи, он содрогнулся от отвращения.
Под ягодицами веяло прохладой.
— Нет, я должен выбраться! Настоящий мужчина живёт под небом и на земле, разве можно запереть его в этой тесной камере? Не выйдет по-хорошему — придётся использовать связи моего учителя!
Будучи Маленьким чудо-доктором, сошедшим с гор в шумный город, он имел в запасе много козырей.
Просто... он обычно не хотел их использовать.
В этот момент дверь камеры открылась.
— Е Чэнь, выйди-ка. По твоему делу есть изменения...
Услышав своё имя, Е Чэнь самодовольно ухмыльнулся.
Хе, дождался?
Если прикинуть время, старик из семьи Линь, должно быть, уже на последнем издыхании. Если не получить его лечение... когда трёхдневный срок истечёт, Игла возвращения души превратится в Смертельную иглу, и даже сам Великий Бессмертный не спасёт.
Поди, сейчас семья Линь уже в полной панике?
Хе, решили перехитрить меня?
Решили сыграть в «переправиться через реку и сломать мост»?
Мелковаты вы ещё для этого!
Встряхнув рукава, он развязно подошёл к полицейскому.
Надменно произнёс:
— Передай этим из семьи Линь: извиняться надо уметь. Пусть приготовят мне приличное письмо с извинениями, написанное каллиграфическим стилем «тощее золото»! Ещё пусть приготовят тысячу лянов золота, и пусть старшая госпожа семьи Линь сама мне их принесёт. Если хоть одно условие не будет выполнено... хе, пусть катятся туда, откуда пришли!
???
Полицейский от слов Е Чэня опешил.
Что за чушь?
Ты, зараза, незаконно практиковал медицину, из-за чего состояние больного ухудшилось, и ещё так борзеешь?
То письмо с извинениями ему подавай, то тысячу лянов золота, да ещё и каллиграфическим стилем «тощее золото» пиши?
Как можно быть таким бесстыжим?