Линь Фэн никак не мог ожидать, что Гу Линъэр, с которой он ещё утром гулял в кленовой роще, в следующий миг будет обниматься с Чэнь Юем.
— Почему? Почему так происходит?
Линь Фэна никогда прежде не предавала женщина, в его родных краях у него было много возлюбленных. С детства каждая женщина хранила себя для него, не приближаясь к другим мужчинам ни на шаг. Впервые он испытал унижение, глядя на то, как его любимая милуется с другим!
— Ведь ещё утром она приглашала меня в кленовую рощу для приятной беседы, как же теперь она смеётся и разговаривает с другим мужчиной?
Линь Фэн вспомнил невинную улыбку Гу Линъэр. Он вдруг резко замотал головой, снова и снова внушая себе:
— Не может быть! Не может быть! Младшая Сестра Линъэр не могла меня предать!
— Наверняка у неё есть какая-то причина! Чэнь Юй наверняка принуждает её!
Стиснув зубы, он проговорил:
— Это точно Чэнь Юй, этот пёсий выродок, пользуется своим положением старшего брата, чтобы запугивать и притеснять!
Линь Фэн злобно уставился на Чэнь Юя, готовый разорвать его на куски!
Бай Дияо смотрела на Линь Фэна с другого берега, на её губах застыла холодная усмешка. Как могущественная культиватор уровня Императора, она легко уловила смену выражений на лице Линь Фэна. Она видела, как Линь Фэн беспричинно излучает враждебность к Чэнь Юю, и её отвращение к Линь Фэну усилилось.
— Хорошо! Говори же, какие условия!
Линь Фэн закричал в сторону трибуны, в его голосе звучала непонятная злоба. Окружающие зрители почувствовали лишь недоумение, им не понравились отношение и тон Линь Фэна. Несколько старейшин, которые многое повидали, не придали этому значения.
Бай Дияо бесстрастно произнесла:
— Если ты сможешь превзойти моего ученика на испытании Небесной Духовной Ступени, тогда ты будешь избран святым сыном.
— И это пари, надеюсь, ты понимаешь.
Так называемое пари означает, что ты можешь выдвинуть свои условия и требования, но если ты проиграешь, ты сам должен будешь выполнить условия других.
Услышав эти слова, старший старейшина Мэн Фань беспомощно улыбнулся. Он понимал, что поступок Бай Дияо ничем не отличается от приказа убираться.
У Бай Дияо было только четыре ученика, потому что все её ученики без исключения были выдающимися гениями с исключительным талантом. Хотя их талант никогда не проверяли публично, Мэн Фань знал, насколько строга Бай Дияо при отборе учеников. Поэтому, когда Бай Дияо приняла Чэнь Юя, внешний мир был ошеломлён, все говорили, что не могут этого понять.
Но только Бай Дияо знала, что в понимании сути вещей Чэнь Юй достигнет таких высот, которые в будущем никто не сможет превзойти.
Линь Фэн же был совершенно равнодушен, он не понимал серьёзности ситуации и думал лишь, что всё идёт по его плану.
— Хорошо!
— Но у меня есть ещё одно условие! — Линь Фэн указал пальцем на Чэнь Юя. — Я хочу соревноваться с ним!
Чэнь Юй почувствовал гнев Линь Фэна, но не мог понять, почему этот маленький ублюдок уже сейчас затаил на него обиду. Чэнь Юй был уверен, что не допустил ни одной оплошности в кленовой роще и не оставил никаких следов.
Однако Линь Фэн, как бы он ни просчитывал, не должен был нацеливаться на него, Чэнь Юя. Талант Линь Фэна был неплох, но он не относился к числу самых выдающихся. Его удача, или, лучше сказать, везение, была самой лучшей в этом мире.
— Я согласен на его условия, госпожа-наставница.
Чэнь Юй повернулся и посмотрел вверх, его ясные глаза встретились с прекрасными очами Бай Дияо. Бай Дияо не хотела смотреть на него на глазах у всех, потому что это неизбежно переросло бы в обмен взглядами, полными чувств. Хотя в секте уже ходили самые невероятные слухи о них, это были лишь безосновательные догадки. Если бы кто-то действительно заметил, что она ведёт себя с Чэнь Юем двусмысленно на публике, её семья непременно узнала бы об этом, а она не хотела создавать Чэнь Юю лишних проблем. Но она всё же не удержалась и взглянула на Чэнь Юя, мягкость в её глазах промелькнула лишь на мгновение.
— Ммм.
Голос Бай Яо был очень нежен, что составляло разительный контраст с её предыдущим разговором с Линь Фэном. Но из-за противостояния Чэнь Юя и Линь Фэна никто не обратил внимания на Бай Дияо.
Чэнь Юй заметил белую шею Бай Дияо — на ней уже не было следов, оставленных утром, и на безымянном пальце левой руки не было кольца.
— Искусство сокрытия госпожи-наставницы поистине искусно, — подумал Чэнь Юй.
В этот момент Линь Фэн заметил, что женщина, перекрикивавшаяся с ним, была невероятно красива и соблазнительна, даже более привлекательна, чем Гу Линъэр! Если Гу Линъэр была ещё недозрелым, стыдливым яблоком, то Бай Дияо — уже созревшим, наливным плодом.
— Эта Бай Дияо — просто верх совершенства!
Линь Фэн жадно смотрел на Бай Дияо, сидящую на возвышении, бесцеремонно скользя взглядом по её гордой фигуре. Это была самая совершенная женщина, которую он когда-либо видел, и по фигуре, и по лицу — такая встречается раз в жизни.
— Эта женщина будет моей!
Он снова злобно уставился на Чэнь Юя, в его глазах читалась одна часть свирепости и девять частей похоти.
— Погоди, скоро я одолею тебя на Небесной Духовной Ступени, вступлю на Пик Духовного Меча и отниму твою госпожу-наставницу.
При этой мысли уголок губ Линь Фэна искривился, его зловещая улыбка раздражала Чэнь Юя.
А Чэнь Юй не заметил, что Гу Линъэр, неизвестно когда, разжала руки, крепко обнимавшие его. Она застыла на месте, не двигаясь, на лбу выступил холодный пот, глаза широко раскрылись, лицо было полно ужаса, когда она смотрела на землю. В её зрачках отражались бесчисленные душераздирающие, ужасающие картины.
— Хэй!
С криком Линь Фэна, под недоверчивые взгляды толпы, он одним прыжком взлетел на двадцать пятую ступень.
— Двадцать пятая ступень? Он допрыгнул до двадцать пятой ступени за один раз! — вскрикнул один ученик.
Десятая ступень уже считалась проходной, и этого было достаточно, чтобы большинство испытуемых на талант остались далеко позади. А что уж говорить о двадцать пятой ступени? Самое страшное было то, что Линь Фэн одним прыжком преодолел двадцать пять ступеней, что недвусмысленно показывало: талант Линь Фэна намного превосходил талант обычных учеников.
Линь Фэн с большим самодовольством шагал по Небесной Духовной Ступени. Он мог бы двигаться быстрее, но ему очень нравилось чувство, когда им восхищаются. Слушая похвалы других, он с лёгкостью совершал необычные поступки. Это чудесное ощущение опьяняло Линь Фэна, он не мог от него оторваться! Быть крутым — кайф!
Линь Фэн лёгким шагом, с невероятной лёгкостью поднялся на сороковую ступень, и вид у него был самый беззаботный.
— Сороковая ступень? Это значит, он может стать личным учеником старейшины? — раздался женский визг из толпы внизу.
— Да что ты! Посмотрите на его вид!
Все перевели взгляды на лицо Линь Фэна и увидели, что он беззаботно напевает песенку, заложив руки за спину, словно прогуливается. Это удивило даже старшего старейшину Мэн Фаня. Он не то чтобы не видел учеников, достигших сороковой ступени — все его личные ученики были теми, кто достиг этого уровня. Но он впервые видел, чтобы кто-то так легко, прогулочным шагом, достиг сороковой ступени. Его настроение в этот момент тоже изменилось.
Старший старейшина Мэн Фань посмотрел на Мулань, в его глазах появилось странное возбуждение.
— Кажется, даже Мулань тогда не была так легка, — невольно усмехнулся он про себя. Мэн Фань решил, что сделал правильную ставку. Разве этот Линь Фэн не в тысячу раз лучше того Чэнь Юя?
— Мулань, Мулань, тогда не вини меня в безжалостности, Линь Фэн — вот твоя хорошая партия.
Мэн Фань в душе уже считал Линь Фэна главным кандидатом и даже подумывал расторгнуть помолвку Мулань с Чэнь Юем. Потому что он был уверен: если Линь Фэн действительно побьёт рекорд, Бай Дияо не посмеет, вопреки всеобщему мнению, назначить Чэнь Юя святым сыном Секты Тёмного Меча.
Мулань же нахмурилась, глядя на Линь Фэна холодным взглядом.
— О? У него есть кое-какие способности, — прищурившись, сказала стоявшая рядом старшая сестра Цзы Линьянь.
Третья сестра Цянь Синлань держала в руках маленький зонтик, прикрыла лицо рукавом и тихонько кашлянула.
— Одного таланта мало что значит.
Чэнь Юй молча слушал разговор Цзы Линьянь. Кажется, именно здесь старшая сестра заинтересовалась Линь Фэном. Позже старшая сестра встретит Линь Фэна на одном аукционе, и Линь Фэн купит за бесценок меч, на который никто не позарится. Все будут смеяться над ним, называя невеждой, но в итоге получат от него пощёчину. Этот меч окажется древним сокровищем, к тому же очень полезным для обладателя Изначального Тела Меча! Он подарит этот меч старшей сестре, чем завоюет её сердце.
— Кхе-кхе, — лёгкий кашель девушки прервал размышления Чэнь Юя.
— Твоё здоровье всё ещё не пришло в норму? — заботливо спросил Чэнь Юй.
Он посмотрел на Цянь Синлань. Как третья сестра Секты Тёмного Меча, она должна была быть самой талантливой ученицей. Но её тело было слишком слабым, что в значительной степени замедлило её рост, и несколько кашлей заставили сердце сжиматься от жалости.
Чэнь Юй непринуждённо приблизился к ней, позволяя Цянь Синлань опереться на него. Цянь Синлань мягко улыбнулась, Чэнь Юй взял у неё зонт. Она всем телом прильнула к его груди, прижавшись лицом к его шее, и закрыла глаза.
— Сестра чувствует себя намного лучше, всё благодаря старшему брату.
— Если бы не лекарство старшего брата, сестра не смогла бы находиться снаружи. — Цянь Синлань осталась лежать, прильнув к Чэнь Юю.
Старшая сестра Цзы Линьянь слегка нахмурилась, но ничего не сказала.
Дыхание Цянь Синлань касалось ключиц Чэнь Юя, и он уже давно привык к этому.
Вдруг из шумной толпы раздался изумлённый крик:
— О, мамочки! Он побил рекорд Святой Девы Мулань!