Что до первого, то это, разумеется, тот ублюдок по фамилии Тан, что стоит с краю!
— Не зря я тебя, брат Е, уважаю.
Ван Жулун восхищённо улыбнулся.
С таким союзником любое дело по плечу.
Глава 9. С чего это чума опять ко мне привязалась?
Е Чэнь даже поленился взглянуть на него лишний раз.
Все эти так называемые мажоры — пустое место. Герой ступает по горам костей — они и будут костями под его ногами!
Взгляд его уже упал на Цзян Сяоюэ, и в глазах мелькнула похоть.
Вернувшись в Сухан, он первым делом приказал своим людям раздобыть для него досье.
В том досье были перечислены все красавицы Сухана!
Цзян Сяоюэ входила в десятку лучших!
И Е Чэнь уже давно положил на неё глаз, решив сделать своей женщиной!
И не только из-за её красоты, но и из-за её деда!
Разумеется, Е Чэня не прельщал сам дед — его интересовали связи клана Цзян.
Семья врачей-божеств, скольким великим людям они спасли жизнь!
Заполучи он Цзян Сяоюэ — и эти связи сослужат ему огромную службу!
Цзян Сяоюэ тем временем, ни на что не отвлекаясь, щупала пульс почтенному господину Вану.
Немного погодя она уже знала, в чём дело.
Увидев, что она убрала руку, Ван Жулун поспешно спросил:
— Доктор Цзян, как там мой дед?
— Закупорка каналов из-за инсульта плюс другие осложнения привели к параличу. Но ничего страшного, я применю Тринадцать игл Врат Призраков, чтобы прочистить каналы.
Говоря это, Цзян Сяоюэ открыла чемоданчик и достала оттуда свои серебряные иглы.
Она поманила к себе Тан Юя:
— Братец Тан Юй, иди-ка сюда, поможешь мне продезинфицировать иглы.
— А? Ну, я не очень-то…
Хотя мужчина и не должен говорить, что он на что-то не способен.
Но Тан Юй чувствовал, что это действительно не его дело.
Твою мать, я уже приготовился лечь на больничную койку, а всё равно под раздачу попал?
— Иди быстрее. Ты же раньше этим занимался, и довольно ловко. Только ты здесь знаешь, в каком порядке я ставлю иглы!
— подгоняла его Цзян Сяоюэ.
В этот миг Тан Юй предпочёл бы сам лежать в постели разбитый параличом.
Но при всех отказываться от такой мелочи было неудобно — покажешь себя нерадивым внуком.
Он подошёл, взял иглы и уже собрался их дезинфицировать, как заметил, что Е Чэнь смотрит на него с убийственной злобой.
— Чтоб тебя, сопляк, и это опять я виноват?
— с горечью подумал Тан Юй. Ну вот, опять эта чума на меня взъелась.
Тьфу!
Е Чэнь же скрипнул зубами. Этот Тан — просто ходячая смерть!
Неужели он посмеет протянуть руки к женщине, которую он, Е Чэнь, уже облюбовал?
— Закройте все окна и двери. И вы все отойдите подальше, не толпитесь.
Перед иглоукалыванием Цзян Сяоюэ велела всем разойтись, оставив рядом только Тан Юя для помощи.
Затаив дыхание, она уже собралась ставить иглы.
Но тут Е Чэнь неожиданно прервал её действие.
Он вышел вперёд и спокойно произнёс:
— Доктор Цзян, вы собираетесь лечить паралич почтенного господина Вана, ставя иглы из «Тринадцати игл Врат Призраков» на точку тяньчжу?
— Да. А что?
Цзян Сяоюэ нахмурилась. Она только настроилась, а её вдруг прервали — это было неприятно.
— Я считаю, это неверно. Вы, видимо, не распознали истинную проблему почтенного господина. Если так прочищать каналы, это, наоборот, повредит пациенту. Если вы не уверены, лучше позвольте это сделать мне.
— сказал Е Чэнь, выходя вперёд.
При его словах члены клана Ван возмущённо зашумели:
— А ты ещё кто таков, чтобы учить доктора Цзян, как лечить?
— Вот умора! Впервые слышу, чтобы кто-то указывал доктору Цзян!
— Кто его привёл? Вышвырните его вон!
[Ха-ха, классика! Сначала вылезает, нарывается на агрессию.]
[Потом, когда нарывается, предложит пари, позволит Сяоюэ продолжить, она ошибётся, а он выйдет и всех спасёт. Тогда клан Ван проникнется к нему уважением, а Сяоюэ восхитится его мастерством и влюбится.]
[Хотя, если подумать, план лечения Сяоюэ сам по себе неплох. Просто она боится навредить старику, поэтому действует слишком осторожно. Нужно было действовать решительнее, простимулировать точку вайцю, чтобы вывести застоявшуюся кровь.]
Стоявший рядом Тан Юй молча съязвил про себя.
Выслушав эти мысли, Цзян Сяоюэ на миг остолбенела.
Е Чэнь, которого все ругали, хоть и кипел от злости, на лице сохранял невозмутимость.
Иначе как ещё явить миру своё превосходство?
Ван Жулун поспешил вступиться:
— Уважаемые старшие, Е Чэня пригласил я. Он тоже разбирается в медицине и пришёл лечить деда. Может, дадим ему шанс?
— Наглец! Здоровье твоего деда — не игрушка! Ты кого попало зовёшь? Что может сделать этот молокосос, у которого молоко на губах не обсохло?
— с гневом выкрикнул мужчина средних лет.
— О?
Е Чэнь презрительно усмехнулся и холодно произнёс:
— Доктор Цзян и то младше меня годами. Откуда вам знать, что я хуже неё в медицине? Может, заключим пари?
— Какое пари?
— Если доктор Цзян не сможет вылечить, я возьмусь за лечение почтенного господина. Но вы все принесёте мне извинения.
— А если доктор Цзян вылечит?
— Если вылечит, я, Е Чэнь, выползу отсюда из дома клана Ван!
— Хорошо, договорились! — прорычал мужчина средних лет.
Если уж сам доктор Цзян не справится, остаётся только звать её деда!
Видя, что план идёт как надо, Е Чэнь довольно усмехнулся про себя.
Иначе как ещё заставить эти могущественные семьи взглянуть на него с уважением?
Это называется психология!
Он взглянул на недовольную Цзян Сяоюэ и растянул губы в своей коронной надменной улыбке:
— Доктор Цзян, вы тоже можете заключить со мной пари. На что хотите! Е Чэнь своего слова не нарушит!
Цзян Сяоюэ уже выслушала немало мыслей Тан Юя и примерно понимала, в чём дело.
Она не испытывала к Е Чэню ни малейшей симпатии и даже находила его улыбку отвратительно масляной!
Пари?
Разве можно использовать такое святое дело, как врачевание, для закладов?
— Извините, я не играю в пари. Будьте добры, не мешайте мне проводить лечение.
Холодно ответив, она велела Тан Юю снова продезинфицировать иглы.
Столкнувшись с холодностью Цзян Сяоюэ, Е Чэнь не придал этому значения.
Скоро, когда он продемонстрирует своё мастерство и покорит её, она сама влюбится в него!
В конце концов, женщины — существа, которые от природы тянутся к сильным!
А Ван Жулун стоял рядом в полной растерянности. Ведь это же сам доктор Цзян!
Он-то рассчитывал, что Е Чэнь возьмётся за лечение первым, вылечит деда, и он, как рекомендатель, получит все лавры!
Но, видя уверенную, самодовольную улыбку на лице Е Чэня, он тоже проникся ею.
Вон как Е Чэнь улыбается — значит, всё под контролем.
И правда, брат Е, ты как всегда!
[Эх, похоже, я ничего не перепутал. После лечения внутри у старика останется застой крови. У Сяоюэ вышла небольшая неточность в плане лечения.]
[Пройдёт ещё пара минут, и начнётся выход Е Чэня. Сяоюэ проникнется к нему симпатией, а потом пополнит его гарем.]
— снова зазвучали мысли Тан Юя.
Выслушав их, Цзян Сяоюэ с каменным лицом сосредоточилась на игле в своей руке.
Её клан Цзян — потомственные врачи-божества, а «Тринадцать игл Врат Призраков» — их коронное наследие!
Вскоре её руки замелькали с невероятной скоростью, игла входила в кожу одна за другой.
Сделав тринадцать уколов, она увидела, как изменился цвет лица почтенного господина Вана.
Члены клана Ван в комнате тоже напряглись.
Глава 10. Уж в двойных стандартах ему не откажешь
Минут через пять левая рука почтенного господина Вана слегка приподнялась.
Увидев это, клан Ван разразился возгласами:
— Вот это доктор Цзян! Великое мастерство!
— Отлично! Почтенный господин наконец-то приходит в себя!
— Да, доктор Цзян — это сила! А некоторые только языком молотят, позор!
Мужчина средних лет, заключивший пари с Е Чэнем, громко фыркнул!
Е Чэнь скривил губы, изобразив пренебрежение.
«Тринадцать игл Врат Призраков» — техника и впрямь сильная.
Но его «Божественная игла Великого Единства» — величайшее иглоукалывание в мире!
Эта девчонка, Цзян Сяоюэ, ей до него ещё далеко!
Когда она станет его женщиной, он, так и быть, поделится с ней своим искусством!
Цзян Сяоюэ вытащила из руки старика иглу за иглой и спросила:
— Почтенный господин Ван, как вы себя чувствуете сейчас?
— Гораздо легче… И говорить могу.
Голос старика хоть и дрожал, но был уже намного внятнее, чем прежде!
— Вот и хорошо, — кивнула Цзян Сяоюэ и предупредила:
— Я сейчас выпишу вам рецепт. Принимайте три месяца, а потом болезнь нужно будет постепенно долечивать.
С этими словами она достала из чемоданчика бумагу и ручку и начала писать рецепт.
— Ну что, парень по фамилии Е, теперь тебе есть что сказать?
Тут вперёд вышел давешний мужчина средних лет.
Он уставился на Е Чэня:
— Я не буду тебя унижать, заставлять ползти — это уронит достоинство клана Ван! Но ты должен извиниться перед доктором Цзян!
— О?
Е Чэнь холодно усмехнулся и поднял три пальца:
— Ты уверен, что вылечил? Давай так: я досчитаю до трёх. Если через три минуты с почтенным господином всё будет в порядке, я встану на колени и извинюсь!
— Всё ещё цепляешься за соломинку? Ладно.
Мужчина средних лет достал часы и начал отсчёт. Этот нахал его уже достал.
Члены клана Ван тоже смотрели на него с гневом.
Как только три минуты истекут, этому нахалу не поздоровится!
Услышав слова Е Чэня, Цзян Сяоюэ всё поняла.
Всё именно так, как говорил в мыслях братец Тан Юй!
Она быстро взяла старика за запястье и проверила снова.
Действительно, какая-то застоявшаяся кровь начала понемногу собираться!
Ранее она посчитала, что организм старика слишком слаб, и решила лечить его постепенно, травами.
Но теперь ситуация изменилась, и пришлось сменить тактику.
— Братец Тан Юй, продезинфицируйте мне ещё одну иглу.
Она подняла голову и приказала Тан Юю.
— Хорошо.
Тан Юй кивнул, на лице его отразилось недоумение.
[Зачем ей ещё одна игла? Неужели она уже поняла, в чём загвоздка?]
Услышав эти мысли, Цзян Сяоюэ слегка улыбнулась.
Это всё благодаря тебе, мой братец Тан Юй.
Если бы не ты, откуда бы я знала?
Игла в её руке безошибочно вошла в точку вайцю на голени старика.
После этого укола голень почтенного господина внезапно покраснела!
Цзян Сяоюэ быстро поставила ещё несколько игл, и вскоре из голени старика начала сочиться застоявшаяся кровь.
— Полотенце.
Цзян Сяоюэ протянула руку.
Тан Юй поспешно подал ей полотенце, и она принялась вытирать кровь.
Увидев действия Цзян Сяоюэ, Е Чэнь остолбенел.
Клоуном оказался он сам?
Откуда эта женщина узнала о скрытой проблеме?
Если её мастерство и впрямь так велико, она бы вылечила всё сразу!
Это нелогично!
Он никак не мог взять в толк, почему всё пошло не по плану.
А мужчина средних лет, стоявший позади него, увидев, что три минуты истекли, нахмурился и спросил:
— Ну что, почтенный «доктор» Е? Три минуты прошли. Не пора ли выполнять обещание?
Е Чэнь оказался в крайне неловком положении.
Сегодня он собирался явить себя как великого мастера, покорить клан Ван и заодно красавицу.
А теперь и выйти из положения не может.
Будучи Королём драконов, он за всю жизнь ни перед кем не склонял головы!
Встать на колени и извиниться? Ни за что!
Однако он быстро смекнул: Цзян Сяоюэ рано или поздно станет его женщиной.
Извиниться перед будущей женой — ещё куда ни шло.
Поэтому он изобразил беззаботную улыбку:
— Ха-ха, не думал я, что в Сухане найдётся такой великий мастер, как доктор Цзян. Сегодня я и правда оказался недальновиден. Я приношу свои извинения доктору Цзян.
«Тринадцать игл Врат Призраков» и впрямь не зря славятся. На мой взгляд, они ничуть не уступают моей «Божественной игле Великого Единства».
С этими словами он вытянул ладонь.
Над ней, не касаясь, парила серебряная игла — это был высший пилотаж «Божественной иглы», управление иглой с помощью внутренней энергии!
Увидев это, члены клана Ван восхищённо ахнули.
[Началось, началось! Быстренько перевёл тему, да?]
[Но Сяоюэ действительно помешана на медицине. Как он сейчас покажет свой высший класс, она наверняка заинтересуется. Ну ты даёшь, Король драконов, в умении обольщать тебе не откажешь.]
— тут же раздался ехидный голос Тан Юя.
На лице Цзян Сяоюэ мелькнула досада. Этот тип собрался её охмурять?
Она уже битый час слушала братца Тан Юя.
Что она якобы проникнется симпатией к какому-то Е Чэню, и всё такое.
Но сейчас этот Е Чэнь вызывал у неё лишь отвращение.
Есть мастерство, но нет врачебной этики. Врачует — так врачуй, а он из больного делает ставку в пари!
Такой человек — мусор! И он ещё смеет за ней ухлёстывать?
Она нарочито восхищённо воскликнула:
— Какой ты искусный! Тогда ты, наверное, и слов на ветер не бросаешь? Ты ведь собирался извиниться на коленях, верно?
Тан Юй, который просто хотел посмотреть на представление, остолбенел.
[Твою мать, Сяоюэ, ты что творишь? Что за дичь?]
[Он уже показал свою коронную технику, вы разве не должны были начать обсуждать врачебное искусство и сблизиться?]
У Е Чэня в груди полыхало пламя ярости.
От переизбытка эмоций серебряная игла в его руке не выдержала напора внутренней энергии и погнулась!
Какая-то женщина смеет его так унижать?
Если бы ему не были нужны она и связи её семьи, она была бы уже трупом!
Тут вышел Ван Жулун, чтобы сгладить ситуацию:
— Ха-ха, да это же шутка была. Не принимайте всерьёз. Вы оба — великие врачеватели, вам бы обменяться опытом, поучиться друг у друга.
— Вот именно, шутка, не стоит придавать значения.
Мужчина средних лет тоже смягчился и решил уладить дело.
Они только что видели, что у этого самоуверенного парня и правда есть талант.
Оказав ему любезность, в будущем, если понадобится, можно будет обратиться к нему за помощью.
Е Чэнь немного остыл и улыбнулся:
— Я и сам погорячился. Но сегодня я действительно был не прав. Если мисс Цзян не возражает, может, поужинаем вместе вечером? Я хотел бы загладить свою вину.
[Ха-ха, верный слову Король драконов. Ну ты даёшь.]
[На месте какого-нибудь злодея, который проиграл пари и не сдержал слова, ты бы уже кости переломал.]
[Не вышло охмурить — придумал новый план. Ты просто ходячий импотент, неутомимый трахальщик. Ладно, снимаю шляпу!]
Тан Юй закатил глаза и врубил режим сарказма на полную катушку.
— Я возражаю, — холодно отрезала Цзян Сяоюэ.
Она уже наслушалась бормотания братца Тан Юя и поняла, что это за фрукт!
Е Чэнь снова оказался в неловком положении, но тут дверь открылась, и вошедший разрядил обстановку.
Вошла Ван Исюэ, в глазах её читался холод.
Глава 11. Твоя улыбка омерзительна
Увидев Ван Исюэ, гнев Е Чэня мгновенно улёгся, уступив место похоти.
Он видел немало красавиц, но никто не умел носить ципао так изящно, как Ван Исюэ!
Не зря он её выбрал!
Пройдёт совсем немного времени, и она вместе со всем кланом Ван перейдёт к нему в руки!
Заметив, что Ван Исюэ смотрит на него, он тут же изобразил свою коронную надменную улыбку.
Это было его главное оружие для обольщения женщин! Он отрабатывал её перед зеркалом десятки тысяч раз!
В этой надменной улыбке сквозило непокорство!
В самый раз — холодная, чтобы пробудить в женщине любопытство!
[Твою мать, ты не можешь улыбаться нормально? Без этого кривого рта ты сдохнешь, да?]
[Я бы с радостью надрал тебе задницу, если бы мог. Наклеил бы пластырь на твой поганый рот.]n[Господь, ну и кретинскую книгу написал автор. Снимаю шляпу. И такими улыбками он ещё и клеит!]
Тан Юй, увидев эту улыбку, принялся яростно насмехаться про себя.
Услышав это, Цзян Сяоюэ изо всех сил старалась не рассмеяться, низко опустив голову.
Ван Исюэ тоже слышала мысли Тан Юя.
Но сейчас ей было не до смеха.
Она только что съездила в компанию, приостановила проект и задействовала все ресурсы клана Ван для расследования.
После проверки всё оказалось так, как говорил Тан Юй!
Её двоюродный брат Ван Жулун продвигал проект новой энергии, который оказался ловушкой.
Нужно было разузнать подробности, иначе бездоказательные обвинения только спугнут змея.
Она подошла к кровати, взяла старика за руку и участливо спросила:
— Дедушка, тебе полегчало?
— Уже намного лучше, только в сон клонит.
Голос старика становился всё отчётливее, хотя в нём ещё чувствовалась слабость.
— Тогда отдохни, мы зайдём попозже.
— мягко сказала Ван Исюэ, поправляя на нём одеяло.
Все вышли из маленького дворика, оставив с дедушкой сиделку.
— Ой, уже три часа! Мне пора на бесплатный приём.
У Цзян Сяоюэ зазвонил будильник на телефоне.
Она взглянула на экран, попрощалась со всеми и собралась уходить.
— До свидания, доктор Цзян.
— Заходите к нам ещё, доктор Цзян.
Члены клана Ван наперебой прощались с ней.
Цзян Сяоюэ кивнула, подмигнула Тан Юю и спросила:
— Братец Тан Юй, а ты чего не прощаешься?
— Э-э… Пока.
Тан Юй с натянутой улыбкой махнул рукой.
[Эх, сестрёнка, я бы и рад попрощаться, да боюсь.]
[Этот придурок Е Чэнь считает тебя своей бабой. Если я к тебе приближусь, он меня прикончит.]
Услышав эти мысли, Цзян Сяоюэ чуть не стошнило.
Считает меня своей бабой?
Фу, иди ты в жопу со своими фантазиями.
А Е Чэнь тем временем был вне себя от ярости. Ему хотелось придушить Тан Юя голыми руками.
Как его женщина смеет называть какого-то типа «братцем»? Да ещё так ласково!
Однако на лице его по-прежнему была невозмутимость, и он даже сам поприветствовал Цзян Сяоюэ: