Снаружи, в ушах Линь Цзиньхуа гремели раскаты грома — явные признаки ниспосланных небесных испытаний. Свет в её глазах постепенно угасал.
Гром стих, и зазвучала небесная музыка.
Разноцветное сияние, проникнув сквозь оконные переплёты, легло у её ног.
— Приветствуем вознесение бессмертного государя.
— Приветствуем вознесение бессмертного государя.
…
Оглушительные крики ликования вонзались в уши, но для сердца Линь Цзиньхуа они были острее меча.
Линь Цзиньхуа, словно безумная, разразилась хохотом.
— Ты наконец-то добился своего…
— Я проиграла, проиграла.
В конце концов, она всё равно потерпела поражение. Сценарий… как она могла надеяться одолеть этот сценарий?
Подавляя боль от пожирающих её ядовитых червей, Линь Цзиньхуа села перед туалетным столиком.
Бледное, лишённое жизни лицо, по мере того как она проводила по нему сине-чёрной тушью для бровей, постепенно обретало немного красок.
Она — жизнь этой второстепенной героини — была так смехотворна.
Губы Линь Цзиньхуа искривились в насмешливой улыбке.
Когда-то, выписывая этих персонажей, она думала, что вложила в них настоящие чувства, и считала, что развитие образа второстепенной героини было абсолютно верным.
В те времена, продумывая сюжет, она ещё размышляла: если бы второстепенная героиня была столь же решительна, как главная, перед ней открылся бы совсем иной мир.
Но, не пережив этого на собственном опыте, не испытав истинных чувств, откуда ей было знать, что её жизнь — это не просто несколько коротких фраз в книге?
Взгляд Линь Цзиньхуа был полон ужаса и страха. И что самое горькое — если даже её собственные искренние чувства находились под контролем сценария…
Взгляд Линь Цзиньхуа постепенно рассеялся. Волоча своё больное, слабое тело, она взяла с подсвечника свечу и, беззвучно смеясь, зажгла полог над кроватью.
Сегодня все гости празднуют вознесение бессмертного государя на передних склонах горы. Что до неё здесь…
Всё равно никто не заметит.
Ненавистнее всего было то, что даже в этот момент она всё ещё не могла отпустить его.
Её тело уже остыло настолько, что она не чувствовала и проблеска жара.
Она не хотела той концовки, которую когда-то написала для второстепенной героини. Это было слишком больно. Она не могла ждать до того момента, когда превратится в демона.
Теперь она хотела свою собственную концовку.
В свете пламени.
Линь Цзиньхуа почудилось, что бессмертный государь в синем одеянии бежит к ней.
Линь Цзиньхуа беззвучно улыбалась…
Ей показалось, что она видит того юношу лет пятнадцати, который, ступая по облакам, среди толпы, на которую нападали чудовища, протянул ей руку…
Оказывается, изначально она полюбила синий цвет только из-за того длинного синего халата того юноши, что бросился к ней тогда.
Ей больше не хотелось любить синий.
— Беда! Тайная комната загорелась, скорее зовите государя!
— Но сегодня государь вознёсся и занял престол. Если из-за этого нарушить торжество на передних склонах, нам с тобой не сносить головы.
— Ладно.
— Быстро тушите!
Вода, сотворённая магией, превращалась в пар и исчезала, не принося никакой пользы.
— В тайную комнату государь наложил заклинание, магия запрещена. Скорее ищите обычную воду!
…
— Государь, в тайной комнате случилось несчастье. — Один из учеников приблизился к бессмертному государю и прошептал ему на ухо с помощью заклинания.
У Янь Сяньцзюнь нахмурился. Он же запечатал тайную комнату, неужели этот человек снова явился?
У Янь Сяньцзюнь взмахнул рукой и в мгновение ока исчез с места, чтобы в следующее же мгновение появиться у тайной комнаты.
У Янь Сяньцзюнь дёрнул ладонью, мгновенно снимая заклинание, и бушующее пламя было тут же потушено.
У Янь Сяньцзюнь прищурился, в глазах мелькнул гнев. Этот человек приходил уже несколько раз, чего же он ещё хочет?
У Янь Сяньцзюнь стоял в воздухе, но не заметил следов того человека.
Он перевёл дыхание, но также обнаружил, что исчезла и Линь Цзиньхуа. Обшарив взглядом комнату, он спросил с угрозой:
— Где госпожа?
На мгновение никто не осмелился ответить. У Янь Сяньцзюнь уставился на одного из учеников.
— Ученик не видел госпожу. — Ученик упал на колени, голос его дрожал.
— Ты говори. — У Янь указал на другого.
— Докладываю государю, ученик не видел, чтобы госпожа выходила. — Ученик, сложив руки в почтительном жесте, ответил.
Тайная комната превратилась в пепел. Глаза У Яня постепенно налились кровью. Он перебирал пепел магией, но в конце концов ничего не нашёл.
— Ты скажи, где госпожа?
Одного за другим тех, кого У Янь Сяньцзюнь допрашивал, уводили. Видя, что У Янь Сяньцзюнь не желает принимать реальность и собирается спрашивать снова,
вперёд выбежал один бессмертный в синем. Сначала он отвесил У Янь Сяньцзюню поклон, а затем спросил с укоризной:
— Учитель, в тайной комнате было установлено заклинание. Сейчас, кроме вас, в обитель никто не может ни войти, ни выйти.
К тому же тело наставницы уже истощено до такой степени, что она не может использовать магию. Кто в обители не знает, что наставницу и вас связывает проклятие слияния гу? День вашего вознесения непременно станет днём её гибели.
— Замолчи.
Заклинание устремилось к говорившему бессмертному.
Бессмертный в синем не уклонился, приняв удар на себя. Поднявшись с земли, выпрямившись, он продолжил:
— Спорить с вами, что вы выберете между наставницей и вознесением, было выбором самой наставницы. Нам ничего не остаётся.
Но всё это — правда. До каких пор вы, учитель, будете обманывать самого себя?
Мы, трое учеников и учениц, пришли проводить наставницу в последний путь. Просим учителя позволить нам собрать её прах и упокоить её душу.
— Вон.
Глаза У Янь Сяньцзюня налились кровью. Одним движением ладони он запечатал тайную комнату и направился внутрь.
У Янь Сяньцзюнь закрыл глаза. В одно мгновение он собрал все вещи из тайной комнаты в жемчужину Неба и Земли.
Затем У Янь Сяньцзюнь сел на пол, разрезал пальцем, используя духовную силу, и начал чертить один за другим знаки на земле.
Ученики снаружи, почувствовав тяжёлую ауру знаков, невольно закричали:
— Это заклинание вызова души! Учитель, остановитесь!
— Учитель, дайте наставнице уйти с миром! Если вы сделаете это, как она перейдёт мост Забвения? Как сможет спокойно переродиться?
Другой бессмертный в синем в тревоге заколотил по барьеру.
…
— Над барьером постепенно сгустилась буйная энергия неба и земли. Мощная сила заклинания, призванная бессмертным государем, распространяясь от центра вовне, в столкновении с энергией неба и земли заставила всё сущее исчезнуть в огромном взрыве.
— Конец этой главы.
— Хотите узнать, что было дальше? Слушайте следующую главу. — Линь Цзиньхуа, в головной повязке, хлопнула по столу деревянной колотушкой.
— Хорошо! — В харчевне раздались одобрительные возгласы.
— Сестрица, мы заработали денег! Твою историю слушать очень интересно.
— А что же случилось потом с тем бессмертным? — Линь Фаньжун, одетая в красную курточку, таща Линь Цзиньхуа за руку, прыгала вперёд, с любопытством спрашивая.
— Он остался жить, жить вечно и одиноко. — Бесстрастно ответила Линь Цзиньхуа.
Ишь, какая она никчёмная. Даже после всего этого всё ещё желала ему жизни.
Желала ему жить одному в том месте, где всё было уничтожено, жить в одиночестве. Но она знала, что это всего лишь иллюзия.
Ведь он — бессмертный государь, исполнил заветное желание своей жизни. Согласно развитию сценария, после её смерти, этой второстепенной героини, вынудившей его жениться на себе, он и главная героиня Линь Фаньжун встретятся в мире бессмертных.
Он, должно быть, был невероятно счастлив. Ненавистная ему она наконец исчезла из его жизни, как он и хотел.
Но всё в этом мире пошло не по его желанию.
Она снова ожила. Ожила в тот год, когда впервые встретила Цзян Уяня, в том самом месте, где начинался весь сюжет.