На следующий день слух о том, что школьного хулигана избили и половина лица у него опухла, разлетелся мгновенно.
Как только прозвенел звонок, Гу Илин и Шэн Цици принялись щебетать, обсуждая эту сенсацию. Шэн Цици, которая и была главной виновницей, изображала сочувствие, а сама гадала, станет ли Хэ Сю снова искать с ней неприятности.
Одолеть Хэ Сю она могла, но за его спиной стоял могущественный богатый клан. Это внушало ей серьёзные опасения.
Впрочем, запредельный уровень боевой силы, подаренный Системой, немного успокаивал.
Отбросив лишние мысли, Шэн Цици уставилась в пустой лист с математическими задачами. Под беспрерывные понукания Системы она, крайне неохотно, взялась за ручку и начала считать.
После того как Система в сотый раз отчитала её, она наконец решила вариант на сто сорок с лишним баллов.
Поздравляю! Шэн Цици, всегда бывшая полным нулём в математике, чуть не расплакалась от радости. И так до тех пор, пока…
[Похоже, памяти исходной владелицы тела уже достаточно, чтобы хост вернулся на её уровень. Если на следующем ежемесячном экзамене хост сможет показать результат, соответствующий уровню исходной владелицы, мы выдадим хосту золотой палец.]
Ликование в душе Шэн Цици улетучилось вмиг. Она обиженно надула губки и уронила чёрную ручку на парту.
— Ну спасибо, Система! Спасибо, что знаешь, какая я тупая, и что мне самой век не выполнить задание и не превзойти Главного героя…
(Система — объект, который никогда не даёт хосту возможности возгордиться!)
Шэн Цици кое-как засунула листок в парту и вышла из класса. Следующим уроком была физкультура. Она отпросилась, сославшись на плохое самочувствие, и Система заперла её в классе решать задачи.
Но теперь, когда всё было готово, у неё появилось свободное время, и она решила прогуляться по кампусу.
Ранняя осень в школьном дворе: листья тронуты лёгкой желтизной, осенняя вода прозрачна, небо высокое и ясное — тихо и прекрасно.
Шэн Цици лениво потянулась, закинула одну ногу на перила и изогнулась с поистине невероятной гибкостью.
Штанина слегка сползла, обнажив кусочек ослепительно белой, прямой голени, сверкающей на солнце.
Шэн Цици была весьма довольна гибкостью этого тела. Она только вошла в него, и хотя исходная владелица, Лу Сяньинь, когда-то занималась танцами, её растяжка для Шэн Цици была лишь сносной.
Только благодаря неустанным усилиям самой Шэн Цици и сторонним программам Системы тело по имени Лу Сяньинь начало её хоть сколько-нибудь устраивать.
Шэн Цици опустила ногу и принялась разглядывать свои пальцы. Десять пальцев — тонкие, нежные, словно луковые ростки, мягкие, будто без костей, ногти розовые и красивые, а маленькие белые лунки — просто прелесть.
— Система, я правда теперь очень сильная?
[Конечно.]
— Ну, тогда я попробую.
Шэн Цици прищурилась, сжала руку в кулак и со всей силы ударила по железным, цельным перилам.
— Ай, как больно!
Она скорчилась от боли, на глазах выступили слёзы.
Шэн Цици яростно трясла рукой, а взгляд скользнул к перилам. Прямые прежде перила теперь имели отчётливый изгиб — туда, куда пришёлся удар её кулака.
Она мигом забыла о боли, и рот сам собой сложился в букву «о». Проведя пальцами по вмятине на перилах, она изумлённо выдохнула.
— Да я просто чудовище!
Шэн Цици так возгордилась, что потеряла бдительность, но, обернувшись, обнаружила, что рядом стоит человек. От испуга она отскочила на несколько шагов.
Придя в себя, она поняла: это был Ци Чу, бывший Главный герой.
Ци Чу всё так же походил на холодного, блестящего учёбу отличника: тонкие черты лица, тёмные волосы, белоснежная кожа, красиво очерченные губы, а глаза, будто крошево льда, холодные и ясные, глубокие чёрные зрачки.
Но сейчас в его глазах читалось изумление: он в упор смотрел на выбоину в перилах, оставленную кулаком девушки.
— Ты…
— Нет, ты только послушай, я всё объясню…
Шэн Цици перевела взгляд с изгиба на хмурящегося Ци Чу. Она всерьёз заподозрила, что Главный герой собирается заявить на неё за порчу имущества.
Мысли лихорадочно заметались. Внезапно её осенило: она протянула руку и просто выпрямила погнутый участок обратно.
— Тебе показалось. Я ничего не ломала. Не смей жаловаться.
Учитывая прецедент с Хэ Сю, Шэн Цици не слишком доверяла и этому Главному герою, но теперь у Ци Чу не было улик!
Изо всех сил стараясь скрыть торжество, Шэн Цици притворно слабо смахнула слезинку с уголка глаза и с предельно искренним, невинным взглядом уставилась на Ци Чу.
Видя, что прутья снова стали прямыми, Ци Чу почувствовал себя ещё более неуютно.
Но маленькие ужимки девушки, так старательно что-то прятавшей, были очень милы.
Ци Чу легонько кашлянул.
— Нет, я вовсе не собирался жаловаться…
— Правда? Ха-ха, значит, я ошиблась!
Хотя девушка говорила так, на её лице явно читалось недоверие.
Ци Чу было немного досадно.
— Угу.
На мгновение повисла неловкая тишина.
— Кстати, вы с Хэ Сю расстались?
— А? Да, мы расстались.
В душе Шэн Цици шевельнулось недоумение: с чего это Главный герой спрашивает её о таком? Они с исходной владелицей что, были близко знакомы?
[Исходная владелица, пока встречалась со второстепенным персонажем, пыталась охмурить и Главного героя. К тому же Главный герой и второстепенный персонаж — двоюродные братья.]
Шэн Цици офигела.
Исходная владелица была той ещё маленькой белой лилией, и амбиции у неё были ого-го: одновременно вскружить голову наследникам двух богатых кланов.
— Из-за меня?
Взгляд Ци Чу стал сложным.
— С чего бы! Вовсе нет! Я просто разлюбила его, и всё. И тебя это не касается. Сейчас я тебя не люблю! Правда-правда, больше не люблю!
Лицо девушки раскраснелось от волнения. Но в глазах юноши это выглядело как попытка заметать следы.
— Я…
Ци Чу не успел договорить, а девушка уже сиганула прочь — так быстро, что он видел лишь её спину.
— По-моему, ты очень милая, — закончил он фразу.
…
Вернувшись в учебный корпус, Шэн Цици с облегчением хлопнула себя по груди и перевела дух.
— Фух, хорошо, что я быстро сбежала! А то бы он меня поймал на крючок! Он бы точно начал обвинять меня в том, что я крутила сразу с ними обоими!
[Хост, мне кажется, Главный герой вовсе не…]
— А что не так? Второстепенный персонаж тоже оказался тем ещё гадом! Лицом не узнать человека!
— Ай, рука болит!
Шэн Цици подняла руку и легонько подула на неё.
…
Ци Чу вспомнил, как девушка пыталась сохранить невозмутимый вид, скрывая истинные чувства, и уголки его губ дрогнули.
Но тут же в памяти всплыла картина, как она одним ударом погнула железную балку. Улыбка исчезла.
Он подумал, что ему повезло: когда он тогда отверг Лу Сяньинь, бедная девушка не пустила в ход кулаки.
— Слышали? Лу Сяньинь, говорят, бросила Хэ Сю ради Ци Чу.
— Ага. Похоже, Лу Сяньинь больше нравится школьный красавчик Ци Чу — он же учится лучше.
Несколько учеников сбились в кучку и принялись строить догадки.
Ци Чу, случайно услышавший эти сплетни, невольно пошатнулся — на его невозмутимом лице появилась трещина. Он ускорил шаг и поспешил прочь от них.
Бегство с поля боя, — мелькнуло у кого-то в голове.