Цюй Ян нахмурился и спросил:
— Есть ли между нами вражда?
Хотя Цюй Ян и был из Святой секты, он не любил драк и убийств. Напротив, он любил сочинять стихи и музыку, играть на флейте и цитре в компании. Считался своего рода белой вороной среди демонической секты.
— Мы встретились сегодня впервые, и вражды между нами нет, — ответил Сун Циншу.
— Тогда зачем ты напал на меня? — с большим недоумением спросил Цюй Ян. — Неужели только из-за того, что я из Святой секты?
Хотя Жиюэ Шэньцзяо и называли демонической сектой, так было принято говорить относительно Сект Меча Пяти Священных Пиков. Между Жиюэ Шэньцзяо и Уданской школой никогда не было конфликтов.
— А как ты думаешь? — Сун Циншу слабо улыбнулся, его фигура мелькнула, и меч быстро устремился к противнику.
Цюй Ян поспешно взмахнул медной флейтой, парируя этот удар Сун Циншу.
Динь!
Послышался лишь звук столкновения, и тут же фигура Цюй Яна быстро попятилась назад, на лице появился испуг.
Силен!
Этот молодой человек слишком силен?
От этого удара у него вскипела кровь и забурлила ци, что говорило о глубочайшей внутренней силе противника, редчайшей в этом мире.
Сила Цюй Яна была близка к мастеру, но всё же не достигала этого уровня. Во всей Жиюэ Шэньцзяо было только два мастера: один — Дунфан Бубай, а другой — Жэнь Восин. Поэтому Цюй Ян вовсе не был ровней Сун Циншу.
А Сун Циншу, оттеснив Цюй Яна одним ударом меча, взмахнул клинком, и энергия меча быстро устремилась к циновке.
— Погоди! — Цюй Ян поспешно попытался остановить его.
Но было уже поздно.
Вжух!
Энергия меча рассекла циновку. Циновка разлетелась на куски, осколки разлетелись в стороны.
В поле зрения появилась фигура. Это был тяжело раненный, без сознания Линху Чун.
Этому парню, Линху Чуну, и правду не везло. Мало того, что его изрубил Тянь Богуан, так еще и выйдя из гостиницы, он нарвался на людей из Секты Цинчэн, которые избили его до полусмерти.
— Это старший ученик секты Хуашань, Линху Чун, — быстро шагнув вперед, сказал Цюй Ян. — Ваша Уданская школа и секта Хуашань принадлежат к праведным школам. Полагаю, ты должен называть его старшим братом.
— Я из Удана, он из Секты Меча Пяти Священных Пиков. С каких это пор мы братья? И более того, будучи учеником праведной школы, он водится с еретической сектой — за такое следует казнить! — сказал Сун Циншу, словно забыв, что только что сам общался с Дунфан Бубаем и даже зарился на его тело.
Он рубанул мечом, быстро направляя его на Линху Чуна.
Ведь это прекрасная возможность честно и открыто прикончить Линху Чуна.
Если убить Линху Чуна сейчас, то даже лицемер Юэ Буцюнь не посмеет ничего сказать! Возможно, Юэ Буцюнь еще и поблагодарит его.
Сун Циншу всегда терпеть не мог Линху Чуна. Линху Чуна с детства привез Юэ Буцюнь и вырастил как сына. Он ел и пил за счет Юэ Буцюня. И что в итоге? Этот тип, словно бунтующий сын, не только водился с людьми из демонической секты, но и пропускал наставления Юэ Буцюня мимо ушей, лицемерно соглашаясь, а на деле поступая наоборот. В конце концов он даже влюбился в демоническую деву. Будучи человеком праведного пути, он не имел ни принципов, ни позиции.
К тому же, он влюблялся в каждую, кого видел: от Юэ Линшань до Дунфан Бубая, а в конце концов — до Святой демонической секты. Настоящий подлец! Думает, что он носит фамилию Сун?
Поэтому Линху Чун должен умереть!
Вжух!
Холодный свет быстро метнулся к Линху Чуну. Цюй Ян поспешно рванул вперед, схватил Линху Чуна за ногу и прыгнул прочь.
— Ищешь смерти! — в ярости закричал Сун Циншу.
Он взмахнул мечом, и одна за другой энергии меча быстро устремились вперед. Если бы они попали в Линху Чуна, то непременно расчленили бы парня.
Однако.
Цюй Ян, таща Линху Чуна, добежал до двора, быстро подпрыгнул вверх, уклоняясь от большей части энергии меча, и его фигура стремительно полетела прочь. В мгновение ока он исчез без следа.
— Хм? — Сун Циншу невольно нахмурился. Жаль, как жаль.
Такой прекрасный случай, а он позволил ему сбежать.
Видимо, не так-то просты высшие чины демонической секты. Уже одно это умение убегать — редкость в этом мире.
Цюй Ян приземлился и, зажав Линху Чуна под мышкой, быстро бросился вдаль. Он перевел дух только тогда, когда убедился, что Сун Циншу за ними не гонится.
Затем он поспешил осмотреть Линху Чуна.
Штанины Линху Чуна были пропитаны кровью.
Разорвав ткань, Цюй Ян невольно ахнул.
— Этот Сун Циншу ведет себя даже более зловеще, чем люди из Святой секты. Слишком жестоко, слишком жестоко, — невольно вырвалось у него.
...
Сун Циншу не стал преследовать.
Вместо этого он вернулся в комнату, взял Свиток Меча Отвращения Зла и вышел на улицу.
Гостиница Юэлай.
В этот момент.
Юэ Буцюнь, нахмурившись, беспокойно ходил взад-вперед.
При свете масляной лампы Нин Чжунцзэ штопала ветхую одежду своего любимого ученика.
У секты Хуашань тоже были нелегкие времена.
Когда-то секта Хуашань была великой боевой школой, но после распри между Школой Меча и Школой Ци она скатилась из первоклассной школы в третьеразрядную. Юэ Буцюнь и его жена изо всех сил поддерживали ее, чтобы секта вовсе не исчезла.
— Интересно, где сейчас Чун, — с некоторой тревогой произнес Юэ Буцюнь. Как можно было не беспокоиться о старшем ученике, выращенном с детства и предназначенном в зятья?
Во всей секте Хуашань только Линху Чуна Юэ Буцюнь обучал лично, готовя его в будущие главы школы. Именно поэтому Линху Чун мог подавить Четырех Чудищ из Цинчэна и обменяться с Тянь Богуаном несколькими ударами.
— Кто?
Вдруг за окном послышался шорох. Юэ Буцюнь мелькнул тенью и выскочил наружу.
— Брат! — Нин Чжунцзэ встала, собираясь последовать за ним.
— Сестра, присмотри за учениками в гостинице! — донесся снаружи голос Юэ Буцюня, и когда Нин Чжунцзэ выбежала за дверь, его уже след простыл.
Шух!
Впереди чья-то фигура быстро двигалась вперед.
Юэ Буцюнь неотступно следовал за ней, словно ловкая ласточка, то взлетая, то опускаясь, и не отставал.
В этот час.
На улицах уже было тихо. Из-за комендантского часа редко можно было встретить кого-то на улице.
Наконец, противник остановился.
Юэ Буцюнь поспешно сжал меч в руке и громко спросил:
— Кто вы, милостивый государь?
— Уданская школа, Сун Циншу, — Сун Циншу повернулся и посмотрел на Юэ Буцюня.
— Уданская школа? — Юэ Буцюнь невольно нахмурился. В последние годы Уданская школа пользовалась огромной славой и, несомненно, была одной из пяти великих школ. Даже если бы Секты Меча Пяти Священных Пиков объединились, они вряд ли могли бы быть наравне с Уданской школой.
Человек из Уданской школы крадется и прячется — что это значит?
— Могу ли я узнать, зачем вы выманили меня сюда? — спросил Юэ Буцюнь.
— Я хочу получить Божественное Искусство Пурпурной Зари секты Хуашань, — прямо заявил Сун Циншу.
— Юный герой шутит. Божественное Искусство Пурпурной Зари — основа секты Хуашань. Как я могу отдать его кому попало? — Юэ Буцюнь прямо отказал.
— А если я обменяю его на Свиток Меча Отвращения Зла? — сказал Сун Циншу.
— Свиток Меча Отвращения Зла? — Юэ Буцюнь опешил.
— Верно, тот самый Свиток Меча Отвращения Зла, по которому вы так тоскуете, некогда бывший божественным искусством секты Хуашань, — сказал Сун Циншу.
— Свиток Меча Отвращения Зла — это техника семьи Линь, — покачал головой Юэ Буцюнь. — Я никогда не помышлял завладеть этим искусством меча.
Хотя в душе он жаждал его получить, но, будучи лицемером, он ни за что бы в этом не признался.