Девушка, которая дремала, была не кто иная, как только что пережившая пожар Лу Сыжуй. Кудрявый агрессивный мужчина разбудил её своими резкими движениями и воплями.
Лу Сыжуй прислонилась к окну, не открывая глаз, но и не продолжая спать — просто из-за головокружения и шума в голове она пришла в себя только через полчаса.
Она открыла глаза, держась за лоб, с совершенно растерянным видом, ещё не поняв ситуации, как вдруг спереди раздался шорох.
Вслед за этим в салоне повисло гнетущее, странное напряжение и тревога.
Она удивлённо посмотрела на остальных.
Все же, с испуганными лицами, уставились на голосовое устройство в передней части салона, словно перед лицом смертельной опасности.
Чэнь Сыжуй нахмурилась и подняла глаза.
Раздался старомодный механический голос:
— Уважаемые пассажиры, добро пожаловать на борт автобуса маршрута 98. Наш автобус следует от начальной остановки Ихэ до конечной остановки Сады Юйфэнь, всего 21 остановка. В связи с непредвиденными обстоятельствами на перекрёстке Шанцин произошёл несчастный случай, и сейчас автобус движется по крутому горному серпантину Безымянной горы, в конце которого находится высокий обрыв. Через час этот автобус полностью потеряет управление и устремится к обрыву. В ходе обследования выяснено, что впереди есть только одна возможность остановиться, время остановки — 3 минуты. Просим пассажиров в установленное время найти правильную остановку, ввести и подтвердить её на экране остановок. После закрытия двери больше не открываются, пассажирам, желающим выйти, просьба подготовиться заранее. Спасибо за понимание!
— Дружеское напоминание: 1. Не повреждайте предметы в салоне, нарушители будут строго наказаны. 2. Для удаления символа нажимайте кнопку «*», для подтверждения — кнопку «#». 3. Информация об остановке находится в этом автобусе. 4. Всего даётся четыре попытки, одна уже использована, осталось три. Просим пассажиров делать выбор осмотрительно. Желаем приятной поездки!
Слова «приятной поездки» прозвучали для всех как «скорее сдохните»!
Этот безэмоциональный монолог заставил сердца всех в автобусе сжаться от страха.
Чэнь Сыжуй подумала: «Что за ерунда? То автобус, то обрыв — что, снимают фильм ужасов?»
Послышались сдавленные рыдания и всхлипы.
Более спокойные пассажиры перевели взгляды на устройство для оплаты проезда при выходе — экран оплаты картой уже изменился:
В центре была сетка 3 на 4 — горизонтальные 3 и вертикальные 4 ячейки с цифрами и символами, всего 12 ячеек, цифры от 0 до 9. По горизонтали: 1, 2, 3; 4, 5, 6; 7, 8, 9; 0, *, #.
В правом нижнем углу экрана отображался обратный отсчёт: 59:58.
Увидев время, все ощутили незримое давление.
Пассажиры в автобусе словно заработали инфаркт миокарда — их лица мгновенно стали такими мрачными, будто на них взвалили целые Гималаи.
Мать Нуаньнуань, услышав, что осталось всего три попытки, больше не могла сдерживать слёзы и всхлипнула.
В её душе царила паника: «Неужели я умру здесь? Я вроде бы не делала ничего плохого, почему же меня постигла такая участь?»
«Пусть я умру — прожила уже почти тридцать лет, но моя бедная Нуаньнуань, моя доченька с большими глазами, такая мягкая и нежная, ей ещё и пяти нет».
«Тогда ни тела, ни души — её отец даже не найдёт нас...»
Чем больше она об этом думала, тем сильнее становилась печаль, тем больше текли слёзы, и она вытирала их всё яростнее.
Она заплакала, и Нуаньнуань заплакала вместе с матерью.
Седая старуха, старшеклассник в очках — все были бледны, тряслись как осиновый лист и рыдали в три ручья.
В задней части салона кудрявый агрессивный мужчина, который был не в себе и раскачивался вперёд-назад, казалось, тоже получил потрясение. Его бормотание стало громче, и он то и дело пинал ногой клетку с курами.
Две корзины кур, перепуганные, заметались в клетках, отчаянно кудахча.
В один миг всё смешалось: разговоры, плач, кудахтанье, пинки...
Наступил полнейший хаос.
Чэнь Сыжуй, только что пережившая переход через грань жизни и смерти, смотрела на это: «…»
В душе у неё возникли странные чувства: «Что, мне последнее время слишком спокойно жилось? То огонь, то вода, а теперь ещё и мистический случай с рейсовым автобусом в придачу?»
«Такой экстрим?!»
«Пф, по сравнению с этим ощущения от прыжка с тарзанки — просто детский лепет!»
Посмотрев на остальных в салоне, она заметила, что те, из-за чрезмерного испуга, мечутся как мухи без головы, роясь повсюду в поисках чего-то, и, кажется, ещё не осознали, что среди них тихо появился ещё один человек.
Человек, который спал мёртвым сном с самой посадки, вдруг воскрес.
Кто-то, проходя мимо, даже машинально спросил у Чэнь Сыжуй, нет ли у неё каких-нибудь зацепок.
Чэнь Сыжуй с некоторой досадой покачала головой.
Она вернулась к своему сиденью, достала из чёрной кожаной сумки маленькую чёрную резинку и небрежно завязала распущенные волосы.
Затем она подошла к задней части салона и быстро оглядела автобус.
Внутри салона все шторы были плотно задёрнуты, пространство давило, и совершенно не было видно, что происходит снаружи.
Запах куриного помёта, кислого пота и других неприятных ароматов наполнял тесное помещение.
На переднем электронном табло циклически сменялась надпись: «Добро пожаловать на борт автобуса маршрута 98, в салоне запрещено курить. В автобусе действует безбилетная система оплаты, оплата при входе и выходе, спасибо за понимание!».
Она перевела взгляд ниже —
Что за чёрт! А где водитель на водительском сиденье? Почему руль крутится сам по себе?
Присмотревшись, она заметила, что руль вращается расслабленно и беззаботно, свободно и лениво поворачиваясь то влево, то вправо, будто ему это даже нравится.
Он-то крутился, как хотел, но у пассажиров в салоне, стоило им невольно взглянуть туда, сердце пропускало два удара!
Все подсознательно отводили взгляд от водительского сиденья.
...
В суматохе некоторые из более разумных пассажиров, выслушав голосовое объявление, снова получили удар током. Они толпой ринулись к передней части салона, толкаясь и пихаясь, и уставились на схему маршрута 98-го автобуса, висящую сверху.
Пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку, чтобы выбраться из этого проклятого места.
— Ай, ты, подвинься, на ногу наступил.
— Старый хрыч, я уже давно терплю! Подвинься, сам не чуешь, что от тебя воняет? — злобно прорычал кто-то. — Не слыхал, что ли, что возможность нужно уступать молодым?
— Зачем так грубо? Да и вообще, эта фраза здесь уместна?
— Цыть, лицемер, не корчи из себя добряка передо мной. Я таких, как ты, видал — с виду приличный человек, а сам, небось, у стариков и инвалидов деньги выманивал...
— Ах ты...
— Заткнулись все! А то я вас всех тут же разложу!
...
Подобные сцены разыгрывались каждый раз после окончания голосового объявления.
Чэнь Сыжуй смотрела на эту свару впереди, держась за лоб, и думала: «Это, наверное, всё-таки сон?»
«Что за дурацкий сон!»
«А компания? Что с компанией? Там действительно был пожар?»
«Или, может быть, я уже умерла?»
«Почему я оказалась в этом 98-м автобусе?»
«Я столкнулась с призраками или еду в автобусе-призраке?»
«Чжуан Чжоу снится бабочка, бабочке снится Чжуан Чжоу...»
Чэнь Сыжуй решила, что у неё, вероятно, в последнее время было слишком много стресса, иначе зачем бы ей снились такие странные сны.
«Наверное, мне стоит отдохнуть».
Помассировав виски, она вернулась к своему сиденью, отдёрнула шторку — за окном была непроглядная чернота, ничего не видно, только тяжёлые капли дождя, разбивающиеся о стекло и разлетающиеся в стороны брызгами.
Она подняла шторку и попыталась открыть окно.
— Руки прочь!