Когда Цин Ли замолчала, лица этих троих выражали целую гамму чувств.
Брат с сестрой выглядели напряжёнными, а тот, с большим кольцевым копьём, вдруг расплылся в подобострастной улыбке на своей зверской физиономии:
— У молодого господина и впрямь есть смелость, перед моим Большим Кольцевым Копьём ничуть не дрогнул. Сегодня я уж окажу вам честь. Вот их купчие, извольте.
Девушка тут же просияла от радости и опустилась на колени перед Цин Ли:
— Благодарим молодого господина за великую милость! Отныне мы готовы служить вам, не щадя жизни.
Цин Ли скользнула по ним взглядом. Юноша, поняв намёк, тоже поспешно встал на колени:
— Примите мою земную благодарность, господин.
Цин Ли ничего не ответила, молча принимая их поклон. Когда они поднялись, то помогли подняться и другой девушке, которую купила Цин Ли.
Та, хоть и была слаба, тоже попыталась встать на колени перед Цин Ли, но Цин Ли остановила её:
— Идёмте. Вы двое здесь всё знаете, покажите мне ещё, что тут есть.
Юноша и девушка, поддерживая ослабевшую с двух сторон, пошли следом за Цин Ли.
Цин Ли продолжила:
— Как же вы поведёте меня, если плетётесь сзади? Пусть она идёт сама.
Брат с сестрой отпустили девушку и повели Цин Ли дальше.
Теперь они воочию убедились, сколь удивительна её пугающая способность определять сокровища.
За это время она обчистила ещё несколько лавок, и хозяева умоляли её больше не приходить.
С помощью этих двоих Цин Ли двигалась быстро и без помех.
Вскоре они привели её к металлическому прилавку, занимавшему большое место. Хозяин ничем не отличался от обычных торгашей, разве что плутовские черты лица выдавали его особенно явно. Он тут же с улыбкой вышел навстречу Цин Ли и её спутникам:
— Что желает приобрести молодой господин?
Цин Ли указала на юношу рядом с собой:
— Видишь все эти металлы и самоцветы? Это я добыла. Не мог бы хозяин обменять их на деньги?
— Конечно, могу, — почтительно ответил хозяин. — Не желаете ли и у меня пару камней вскрыть, для забавы?
— Ты уверен? — приподняла бровь Цин Ли.
— А то как же. Если лавка не продаёт товар, какой в ней смысл?
— Ну что ж, попробую вскрыть несколько.
На этот раз Цин Ли указала не на много камней, а просто ткнула пальцем в один, велев хозяину его вскрыть.
Тот достал его из стеклянной витрины и распилил прямо перед Цин Ли.
Пусто. Ничего не оказалось.
Ослабевшая девушка за спиной Цин Ли очень удивилась: она впервые видела, чтобы та промахнулась.
Выражение лица Цин Ли, впрочем, не изменилось. Она указала на другой камень, велев хозяину вскрыть и его.
Один за другим вскрыли больше десятка, и всё — ничего.
— Молодой господин, не пора ли расплатиться? — добродушно спросил хозяин.
— Расплатиться? — Цин Ли вперила в него ясные глаза. — Сколько ты с меня возьмёшь?
— Не много, не мало — десять тысяч золотых духовных монет.
— Вот как, — Цин Ли будто задумалась. — А что, если я отдам тебе этих двоих в уплату долга?
Услышав это, брат с сестрой изменились в лице. Хозяин, однако, не стал возражать. Он принял из рук Цин Ли купчие, внимательно их изучил, а затем сказал:
— Молодой господин, да ведь этот договор поддельный. Прошу прощения, я не могу принять такой обмен.
Юноша переглянулся с хозяином и тут же заговорил:
— Господин, мы всего лишь нанятые вами за плату проводники. Как вы можете продавать нас, словно рабов? Мы оба здесь свои люди, нас всякий знает. Как вы могли так поступить?
Лисья шкура наконец показалась. Цин Ли улыбнулась. Внешний мир и впрямь полон коварства, она этого и ожидала.
Девушка тут же приняла жалобный вид:
— Эта девушка — та самая рабыня, которую вы купили. Нельзя, заплатив деньги, топтать наше достоинство.
— Разве? — Цин Ли посмотрела на девушку.
Девушка под её взглядом почувствовала неуверенность и заговорила с дрожью в голосе:
— Не верите — спросите её при хозяине. Она ваша рабыня, ей незачем нас обманывать.
Юноша и хозяин тут же вперили в девушку тяжёлые взгляды. Та, грязная и перепуганная, колебалась, не смея поднять глаза на Цин Ли, но в конце концов, заикаясь, выдавила:
— Они говорят правду.
Это был первый раз, когда Цин Ли столкнулась с тем, что называют человеческой натурой. Она не считала, что ей отплатили чёрной неблагодарностью.
Просто свобода — это то, что человек может взять только сам, иначе, сколько бы другие ни старались, ничего не изменить.
Цин Ли купила её только потому, что видела, как та жаждет свободы. Но если она сама не в силах за неё ухватиться, что может сделать Цин Ли?
Она усмехнулась, оставила девушку в покое и обратилась к хозяину:
— Вы торгуете, хозяин. Неужели подсовываете гостям бракованный товар?
— С чего бы? — Хозяин смущённо отвёл глаза.
— Правда? Тогда пусть хозяин поклянётся, и я заплачу. Возражений нет? — серьёзно спросила Цин Ли. — Если вы не мухлевали, поклянитесь своим Боевым Духом, вам не убудет, а я буду спокойна.
— У нас тут такой обычай не принят, — вмешался юноша.
Цин Ли перевела взгляд на него:
— Помнится, некоторые только что стояли передо мной на коленях и клялись служить не щадя жизни?
Юноша застыл, и лицо его потемнело.
Этот паршивец всё делал нарочно? Неужели он с самого начала понял, что мы заодно?
Эти проходимцы пытались, прикинувшись слабаками, заманить Цин Ли в ловушку. Ей было всё равно, сколько раз такие, как они, будут бить перед ней челом.
Ещё когда брат с сестрой вдруг пошли на попятный, вокруг уже собралась толпа зевак.
Многие из них видели, как хозяин продал этих двоих Цин Ли, но никто не вступился за неё. Зато теперь они подхватили её слова:
— Верно, хозяин! Поклянись, не отсохнет! Или ты вправду продал подделку?
Если бы Цин Ли сама столкнулась с таким, она бы и не взглянула. Она и сама была довольно холодным человеком, поэтому относилась к этим людям без особых чувств. От них был лишь этот толк.
Под улюлюканье собравшейся толпы хозяин почувствовал себя неловко. Он вытянул ладонь и поднял её над головой:
— Клянусь своим Боевым Духом...
Не успел он договорить, как ясное небо вдруг затянуло тучами, и в следующий миг с оглушительным треском грянул гром.
Хозяин, и без того напуганный, чуть не обмер, поспешно отдёрнул руку и заговорил дрожащим голосом:
— Не надо мне твоих денег! Пойдёмте, молодой господин, я покажу вам драгоценность, что хранится в нашей лавке.
Девушка за спиной Цин Ли долго колебалась, а потом дёрнула её за полу одежды:
— Простите, господин, я слишком струсила. Я...
— У человека бывает только один шанс сделать выбор, — ровно ответила Цин Ли. — И я верю, что у тебя он тоже был только один. Не кори себя и не жалей.
Спокойная реакция Цин Ли вонзилась в сердце девушки, как острый нож. Она не могла вымолвить ни слова, не могла оправдаться. Пальцы её дрожали, когда она отпустила край одежды Цин Ли.
Цин Ли тут же перевела взгляд на камень, который достал хозяин. Он взял его в перчатках.
Это был золотой самоцвет размером с кулак, прозрачный и безупречный. Внутри него что-то текло, словно жидкость, будто он был живым.
Цин Ли почувствовала, что это, скорее всего, не просто руда, но её Пагода Семи Сокровищ и Лазурита сама по себе излучала защитный свет. Она ощущала, что эта вещь не только безвредна, но и содержит энергию, с которой она никогда не сталкивалась. Должно быть, это и впрямь сокровище.
Видя, что Цин Ли заинтересовалась, хозяин продолжил:
— Молодой господин, если вы сможете дотронуться до этого сокровища голой рукой, я отдам его вам просто так.
Просто так?
Да разве бывают на халяву пирожки? Цин Ли сразу поняла их замысел. Неужели этот камень может убить?