Бай Юй взяла поднос, набрала несколько дешевых блюд и, тихо поев, отправилась на занятия.
Сяо Чэньюй несколько раз порывался заговорить с ней, но Бай Юй велела ему притворяться, что они не знакомы. Вспоминая яд, которым она вчера его напоила, он чувствовал себя не в своей тарелке. Он понятия не имел, есть ли противоядие и как его получить. Ему хотелось плакать — знал бы он раньше, не стал бы связываться с этой грозой.
Бай Юй медленно направилась к рощице за академией. Сяо Чэньюй, заметив это, поспешил за ней.
— У тебя игра никуда не годится, — сказала она, обернувшись.
— Ну… — Сяо Чэньюй скривился. — Тот яд…
— Сразу не умрёшь, — Бай Юй нашла скамейку и села. Никакого яда не было, она просто пугала его.
— Я буду время от времени давать тебе противоядие. Если окажешься достаточно предан, получишь и другие блага. Но если вздумаешь что-то выкинуть — я смогу убить и тебя, и твою семью.
Сама она была безвредна, но у Тан Сана яды имелись. Хотя Тан Хао — дрянь ещё та, Тан Сан, насколько она могла судить, своих в обиду не давал. Достаточно было просто подвести его к нужному решению.
У Сяо Чэньюя по спине побежал холодок.
— Будьте спокойны, я выполню все указания.
Другие, если мстят, убивают одного. А эта сумасшедшая — целиком семью. Что это? Выкорчёвывание с корнем?
Он вытер рукавом пот со лба. Впрочем, он и сам был не подарок — иначе не издевался бы над другими в академии.
Бай Юй покосилась на него.
— Есть ещё что-то?
— Нет. Я буду играть лучше.
— Хорошо.
Сяо Чэньюй развернулся и пошёл прочь. Солнце светило так ярко, что резало глаза. Столько лет он был главарём в Нодинской академии, привык бесчинствовать. В городе Нодин он мог делать что угодно, но за его пределами? С его талантом, боялся он, ему суждено было остаться здесь на всю жизнь. А этот случай — разве это не шанс? Он не собирался торчать в этом месте вечно!
Бай Юй смотрела на упавшие листья и невольно усмехнулась. Она тоже наслаждалась этим чувством — всё контролировать. Пора бы создать Тан Хао хлопоты…
В этой роще было тихо, сюда редко кто заходил. Решив, что в общежитии слишком шумно, Бай Юй осталась тренироваться здесь. Медленно, словно густой мёд в банке, слои её силы перетекали друг в друга.
— Бай Юй, ты здесь? Тан Сан вернулся.
Тьфу… Бай Юй открыла глаза, пряча раздражение, и посмотрела на вошедшую.
— Я сейчас приду.
Эта девушка обычно была незаметна в общежитии, и они никогда не общались.
Тан Сан уже долго ждал. Едва Бай Юй вышла из рощи, как почувствовала на себе пристальный взгляд. Этот Тан Хао совсем не умел сдерживаться — внутри неё всё переворачивалось, ярость застилала глаза.
— Сяо Юй, куда ты пропала? — Тан Сан несколько раз оглядел её. Бай Юй была молчаливой, а в академии водилось несколько неприятных типов — он боялся, что с ней случится беда.
— Тренировалась в роще. Что-то случилось?
— Нет, просто не увидел тебя, когда вернулся, и забеспокоился. — Тан Сан усадил её рядом. — Я теперь духовный учитель. Каждый месяц буду получать по золотой монете души, а ещё найду подработку в кузнице — у нас появятся деньги.
Бай Юй сжала кулаки, вонзив ногти в ладони, потом медленно разжала. На губах её появилась слабая улыбка, и она кивнула.
— Ммм.
Сяо У с любопытством подошла ближе.
— А? Став духовным учителем, ещё и деньги платят?
— Да, но надо самому идти во Дворец боевых духов, — объяснил Тан Сан.
— Я тоже пойду! — Сяо У спрыгнула с кровати и, возбуждённая, выбежала.
Одной золотой монеты души хватило бы ей на кучу моркови. Тан Сан открыл было рот, но она уже умчалась, и он лишь вздохнул. Хотел сказать ей, чтобы купила себе одеяло, а не спала всё время вместе с Сяо Юй.
— Я принёс тебе гостинец. — Тан Сан достал из Инструмента духовной силы свёрток. В нём оказались конфеты. — Попробуй.
Бай Юй взглянула на Инструмент духовной силы у него на поясе, и в её глазах мелькнула искра. Она взяла одну конфету, развернула и положила в рот. Сладко, но во рту почему-то стало горько.
Тан Сан сунул ей всю пачку.
— Потом куплю тебе сумочку — будешь носить в ней, когда захочешь сладкого.
— Ммм… — Бай Юй смотрела на конфеты, погрузившись в молчание.
Сяо У вернулась так же быстро, как и убежала, сжимая в руке золотую монету души и сияя от радости. Однако тут же скривилась.
— Дворец боевых духов только и умеет, что подкупать людей такими подачками.
Даже Бай Юй удивлённо посмотрела на неё: получить деньги и тут же ругать того, кто дал? Право…
— Чего вы на меня уставились? Дворец боевых духов — дрянь, и я права! — Сяо У упёрла руки в боки, надувшись.
В комнате стало тихо. Никто не поддержал её. Для большинства простых духовных учителей Дворец боевых духов был святыней.
— Э… Сяо У, так говорить нехорошо, — неловко пробормотал Ван Шэн.
Они все втайне мечтали когда-нибудь работать во Дворце боевых духов, и слова Сяо У звучали так, будто она смеётся и над ними.
Забавно. Вся сцена была забавной. Бай Юй развернула фантик от конфеты, разгладила его и убрала в карман.
— Ладно, кто со мной ужинать? — поспешил разрядить обстановку Тан Сан.
Сяо У повела носом.
— Конечно, пойдём.
— Кстати, Сяо У, не купишь себе одеяло? Сяо Юй спит чутко, вдвоём ей будет неудобно.
Сяо У нахмурилась.
— Я поняла, куплю.
Тан Сан вздохнул. Все они дети, а он уже не ребёнок, не стоит обижаться. Он притянул Бай Юй поближе. В прошлой жизни он был одинок, в этой обязательно защитит свою семью. Отец, Сяо Юй — вот его настоящие родные.
Бай Юй наконец вернула себе отдельную кровать. Детские ссоры неизбежны, и Сяо У снова принялась играть со всеми. Но в последнее время их удивляло, что Сяо Чэньюй перестал к ним цепляться, и у Сяо У не было возможности надавать ему тумаков.
Бай Юй тренировалась очень усердно. Даже Мастер обратил на неё внимание, дал несколько советов по культивации и в свободное время иногда занимался с ней.
Прошло три месяца. Бай Юй открыла глаза, глядя на бурлящую в ладонях духовную силу. Белый пушистый хвост покачивался за спиной, уши на макушке подёргивались. Она након