……… Ну и людишки, — всхлипнула она про себя.
Сун Чжишу вздохнула, опустив голову, сквозь щель в плаще взглянула на свои чёрные шорты, укутанные в пальто, и, поморщившись от головной боли, вышла из маленького магазинчика.
— Му Чили! Ты что творишь?!
Сун Чжишу остановилась, в её сияющих глазах мелькнула заминка.
Му Чили… Это имя такое знакомое…
— …Хост, это цель соблазнения, — произнёс Бай Туаньцзы с фальшивой улыбкой на все триста шестьдесят градусов.
— Ах да! Точно, точно! — Сун Чжишу хлопнула себя по лбу, прищурилась и, развернувшись, начала искать источник звука.
— Что такое? Он посмел тебя ущипнуть, а ты его всё ещё защищаешь? — донёсся знакомый, полный ярости голос неподалёку.
— Мои дела тебя не касаются!
Мамочки, неужели этот мелкий засранец полез к главным героям?
Сун Чжишу чертыхнулась и поспешила туда, где собрались люди.
— Простите, пропустите, дайте пройти… — Еле пробравшись вперёд, она замерла, не зная, как реагировать на открывшуюся картину.
Два элегантных мужчины уже сцепились в драке. Лицо Ю Чжи было всё в синяках, Му Чили тоже досталось — кровь из уголка рта залила его изысканный костюм. Оба выглядели жалко один другого.
Они словно не замечали, что переулок уже запружен зеваками, и не обращали внимания на вспышки камер. Возможно, завтрашним сенсационным заголовком станет новость о том, что Старший господин Ю и наследник семьи Сун подрались из-за женщины.
Глаза Сун Чжишу потемнели. Это совсем не на руку Му Чили…
Она с раздражением шагнула вперёд, оттащила в сторону растерянную Бай Сяобай и рявкнула:
— Вы двое никак не угомонитесь? Хотите за собой утянуть семьи Ю и Сун на тот свет?
Тут только до двоих дошло. Они разжали хватку. Ю Чжи опомнился первым, схватил Бай Сяобай за руку и ледяным взглядом обвёл зевак, которые смотрели на них как на представление. Те, переглянувшись, расступились, освобождая дорогу.
Поняв, что бесплатного шоу больше не будет, толпа разошлась.
Му Чили без сил рухнул на землю. В его глазах, казалось, застыла непроглядная тьма, глубокая и пугающая. При мысли об упрямом лице той женщины и её заботе о Ю Чжи, он сжал в кулак окровавленную руку.
— Ты больной? — холодно спросила Сун Чжишу, глядя на этого жалкого мужчину, когда люди разошлись.
Тот молчал.
— Или хочешь, чтобы семья Сун отправилась на тот свет вместе с тобой? — выплюнула она, неумолимо наступая.
Му Чили наконец ответил, в его налитых кровью глазах застыла неприкрытая боль:
— Я… кашель… это не твоё дело.
— … Чёрт, кажется, я это уже где-то слышала.
Он опёрся о холодную, влажную стену и, шатаясь, поднялся на ноги, готовый рухнуть в любую секунду. Сун Чжишу поспешила поддержать его, но он грубо оттолкнул её.
— Я сказал, это не твоё дело! — глядя на это отвратительное лицо, он почувствовал лишь, как сердце заныло ещё сильнее.
Всхлипывая: только что его отвергла любимая, а теперь явилась та, кого он ненавидел.
— Так что, хочешь сегодня здесь сдохнуть? — наконец потеряв терпение, Сун Чжишу шагнула вперёд и влепила ему пощёчину. — Очнулся? Очнулся?
Му Чили ошеломлённо уставился на неё.
— Знаю, у тебя настроение паршивое. Пошли, я напою тебя.
Тот не ответил, но послушно кивнул.
Сун Чжишу на своей машине подъехала к озеру в парке и купила несколько бутылок пива.
Они сидели на каменной скамейке рядом, молча. Му Чили, не проронив ни слова, пил пиво из бутылки и незаметно перевёл взгляд на сидящую рядом.
Сегодня она не собирала волосы в хвост, а распустила их, отчего её и без того выразительное лицо стало ещё нежнее. Ночной ветерок был прохладен, он развевал её волосы. В холодном свете луны её прекрасные глаза тоже отразили тень печали.