— Невероятно, похоже, в глазах полицейских Сан-Франциско достаточно, чтобы цвет кожи человека был чуть темнее, и он уже представляет угрозу для их жизни.
Адвокат по правам человека Бен Коленсон разглагольствовал на пресс-конференции, чувствуя, как каждая клетка его тела ликует перед камерами.
— Со слов соседа пострадавшего мистера Фордсона я узнал, что причиной вызова полиции Сан-Франциско стало то, что мисс Айлин увидела дым из кухни соседнего дома и в спешке набрала номер экстренной службы.
— Но она и подумать не могла, что полиция даже не уведомит пожарных, а прибудет на место с оружием. Что они собирались делать, тушить пожар пистолетами?
— Самое непростительное и невероятное — эти двое полицейских из Сан-Франциско перепутали комнату!
Дойдя до этого места, Бен Коленсон в волнении застучал по столу, всем своим видом показывая сопереживание.
— Вы можете в это поверить? Полицейский, принявший вызов, сумел перепутать место происшествия и, несмотря на неоднократные заявления невиновного о своей личности, хладнокровно выстрелил.
— Спрашивается, кто теперь в Америке осмелится звонить в полицию?
«Да мы, белые, осмелимся! В конце концов, иммунитет полицейских распространяется только на убийства цветных…»
Многие белые журналисты в зале мысленно продолжили эту фразу, некоторые даже позволяли себе пренебрежительные выражения, но камеры в их руках не переставая щелкали затворами.
Журналисты народ приземленный, давно выработавший профессиональный навык говорить одно, а думать другое. Лишь бы хайпануть, поднять рейтинг — они и Бога выставят негром.
В последние дни это событие было в центре внимания, особенно после того, как ВВС проявили необычайно жесткую позицию, а конгрессмен, готовящийся к выборам, выступил в поддержку пострадавшего. Инцидент мгновенно перерос в общенациональную волну общественного мнения.
Сейчас во многих местах Америки вспыхнули массовые протесты, особенно активны были группы чернокожих. К ним поспешили присоединиться и различные правозащитные организации, выступающие против расовой дискриминации, что еще больше подогрело интерес к событию.
В Сан-Франциско, на месте происшествия, собралось огромное количество чернокожих со всей страны, они окружили полицейский участок и требовали сурового наказания для убийцы.
Прелюдия, устроенная Уиллом Фордсоном, завершилась. Теперь он собирался обратиться в городской совет Сан-Франциско с требованием начать слушания по делу полиции Сан-Франциско и потребовать личного присутствия виновного офицера.
Он планировал на этих слушаниях постоянно провоцировать Джека Брайана, вынуждая его произносить еще более оскорбительные расистские речи, а затем обострить конфликт и убить его на месте, сославшись на необходимую самооборону.
Этот план… как бы сказать, был полон юношеского идеализма.
Уилл Фордсон явно вообразил себя героем кино, думал только о том, как покрасоваться и выпустить пар, совершенно не учитывая, пойдет ли второстепенный персонаж по его сценарию или нет.
ВВС согласились помочь, потому что увидели ценность Уилла Фордсона, к тому же волна общественного мнения уже поднялась, и им действительно стоило как-то себя проявить.
С точки зрения опытных генералов ВВС, даже если эти слушания состоятся, всё сведется к взаимным пререканиям и проформе. Полиция Сан-Франциско, возможно, пойдет на уступки, но незначительные.
Что же касается виновного офицера, его, скорее всего, немедленно уволят, и ещё неизвестно, сможет ли он вообще присутствовать.
ВВС понятия не имели, какого триумфа ожидает Уилл Фордсон, и уж тем более не считали, что его наивные фантазии претворятся в жизнь.
Никто из них не ожидал, что всё пойдет совсем не так, как они думали.
Заключив договор с демоном и получив силу от Владыки демонов, Джек Брайан возжаждал крови.
Он выбрал солнечное утро, надел полицейскую форму, которую еще не успел сдать, появился у входа в полицейский участок Сан-Франциско и направился прямиком к протестующим чернокожим.
У входа в участок черные и белые стояли друг напротив друга, разделенные четкой границей.
Возбужденные чернокожие скандировали лозунги, а белые полицейские держали строй с защитными щитами, то и дело возникали стычки.
В условиях кипящей общественной реакции полицейское управление Сан-Франциско оказалось в центре бури, и его руководство, естественно, не хотело более серьезных столкновений. Поэтому они строго предупредили полицейских и не выдали им никакого оружия, из-за чего белые стражи порядка смиренно прятались за щитами.
Иначе во время обычного патрулирования они уже давно бы взялись за пистолеты.
— Эй, Джек! — его коллега Джордж, увидев, что тот осмелился появиться, побледнел: — Ты что творишь?
Джек Брайан махнул рукой, не останавливаясь.
— Это он — тот самый полицейский, который стрелял в мистера Уилла.
— Проклятье, что он себе позволяет? Специально пришёл нас спровоцировать?
— Ублюдок, убейте его! Отомстим за мистера Уилла!
Как и ожидал Джек Брайан, эти черномазые с ограниченным объемом мозгов не отличались особым умом и полагались только на насилие.
Джека быстро окружили чернокожие.
— Боже мой, Джек хочет покончить с собой? — изумились коллеги позади него.— Может, пойдем поможем ему? — спросил кто-то.
— Брось, возможно, это его собственный выбор, — покачал головой стоящий рядом коллега. — Я слышал, начальство решило его уволить. Может, Джек таким образом выражает свое недовольство.
Окруженный чернокожими, Джек поначалу не отвечал на удары. Но через минуту он внезапно громко крикнул:
— Джордж, по закону Америки, в моей ситуации уже можно применять необходимую самооборону, верно?
Джордж опешил, потом понял и громко ответил:
— Именно так, у нас тут есть камера.
Джек Брайан, стоявший в толпе, тут же оскалился в злобной усмешке.
— У-у-у!
Из толпы донеслось низкое рычание.
Джек Брайан внезапно превратился в человекоподобного пса: белая голова, белая шерсть, белые конечности, а сзади появился белый хвост.
Форма «Пёс-пёс» искусственного Дьявольского плода: форма большой белой медвежьей собаки.
Джек Брайан, ростом метр восемьдесят, мгновенно превратился в великана высотой в два с половиной метра. Его руки, ставшие собачьими лапами, неистово размахивали с огромной силой. Окружавшие его чернокожие разлетались, как листья.
— Боже! — позади полицейские остолбенели, не в силах поверить, раздались испуганные крики: — Что это за тварь?
Черномазые, которых атаковал один Джек Брайан, были в еще большем ужасе.
— О Боже, он и есть дьявол-оборотень!
— Быстро, бежим!
Те, кто соображал быстрее, бросились наутек, но разве Джек Брайан, в ком уже взыграла жажда крови, мог упустить этот сельхозинвентарь?
Без сомнения, Джек бросился в погоню.
— Хватит снимать, эту часть не снимай, — поспешно крикнул Джордж коллеге с камерой.
То, что было раньше, можно было счесть самообороной, но сейчас — это уже умышленное убийство.
— Дурак, вот это как раз и нужно снимать! — усмехнулся коллега с камерой. — За такие сногсшибательные кадры телекомпании отвалят кучу денег.
Что ж, вполне в духе капитализма.
Уилл Фордсон, прятавшийся в реанимации больницы в ожидании слушаний, внезапно увидел в теленовостях сюжет о том, как Джек Брайан массово преследует чернокожих.
— Уважаемые телезрители, прерываем программу для экстренного выпуска новостей. На улицах Сан-Франциско появился человекопес, который преследует группу чернокожих участников протеста…
— Как сообщают информированные источники, этим человекопсом оказался тот самый полицейский из Сан-Франциско, Джек Брайан, который ранее застрелил чернокожего пилота.
На экране появилось небольшое окно, в котором показывали, как Джек внезапно превращается у входа в полицейский участок.
— Почему Джек Брайан вдруг превратился в человекопса? Смотрите эксклюзивный репортаж Генри-болтуна с места событий.
На этот раз журналисты прибыли на место раньше полиции.
Потому что полиция Сан-Франциско намеренно задерживалась, а начальник полиции даже не брал трубку мэра Сан-Франциско, выражая таким образом свое недовольство.
Никто не мешал Джеку Брайану, и он учинил кровавую бойню.
— Мерзавец!
Уилл Фордсон, не говоря ни слова, тут же подбежал к окну и, не обращая внимания на десятый этаж, превратился в Чёрную пантеру и помчался вниз по стене, устремившись к месту происшествия.
Картина того, как черная пантера бежит по главной улице, прыгая по крышам машин, вскоре также появилась на телеэкранах.
В этот момент все телеканалы Америки снова сошли с ума.
Вскоре Уилл Фордсон добрался до поля боя.
— А-р-р! — Черная пантера зарычала на белого пса.
Их взгляды встретились.
Враги встретились, и глаза их налились кровью.
Но, увидев похожие изменения друг у друга, оба на мгновение опешили, а затем принялись мысленно взывать к великому Владыке демонов.
Противник, очевидно, тоже получил благосклонность Владыки демонов. Вдруг они убьют своего?
Линь Хао, который всё это время сидел в стороне, попкорничая и собирая обильную «злобу живых существ», запечатлел в их сознании презрительный смех:
— Только сильные достойны моей благосклонности.
Оба поняли.
И то верно, это же Владыка демонов, неужели он будет церемониться?
Получив разрешение, эти двое, и так питавшие друг к другу вражду, больше не сдерживались, и, посчитав это испытанием от Владыки демонов, отнеслись к делу со всей серьезностью.
Джек Брайан, принявший звериную форму, оттолкнулся всеми четырьмя лапами и бросился на Уилла Фордсона.
Только его живот был без шерсти.
Черная и белая тени столкнулись в воздухе, огромная сила породила грохочущий звук.
Размеры обоих зверей были сопоставимы: около трех метров в длину и более метра в высоту, движения их были резкими, а удары — полными силы.
Вручая им плоды, Линь Хао добавил в их память несколько боевых приемов и методик тренировок, чтобы сейчас они могли драться ожесточеннее. Иначе человек, только что съевший звериный плод, не смог бы идеально имитировать поведение животного.
Если драка будет недостаточно жесткой, погибнет мало людей, и прибыль будет недостаточно велика.
Но даже Линь Хао не ожидал, что эти два типа преподнесут ему сюрприз.
После нескольких столкновений они разошлись.
И тут, обернувшись, Джек Брайан обнаружил, что снова оказался рядом с группой чернокожих, а рядом с Уиллом Фордсоном собралось много белых, которым, видимо, была не страшна смерть; они снимали всё на телефоны.
Черный и белый переглянулись и внезапно поняли друг друга без слов.
Большая белая медвежья собака и Черная пантера начали намеренно расширять зону действий, врываясь в толпы наблюдающих за ними черных и белых.
Изгиб спины, взмах лапы, небрежное виляние хвостом.
Множество черных и белых пострадало от обеих сторон.
Джек Брайан изначально задался целью перебить всех черномазых, и, видя, что противник делает то же самое, Уилл Фордсон, разумеется, разозлился и начал мстить тем же способом.
Эти двое словно открыли дверь в новый мир.
Столкнувшись друг с другом, отскакивали назад и начинали безнаказанно калечить зрителей.
Ты убиваешь черных, я убиваю белых, пока глаза не налились кровью.
Наблюдавший за этим зрелищем со стороны Линь Хао тоже опешил:
— Ну надо же, сами додумались!