Несколько капель золотой крови, попав в тело, вызвали бурный всплеск энергии. Нежная кожа Ли Юэинь быстро покраснела, словно она выпила слишком много вина.
Мужчина прищурился, откинувшись на трон, его выражение было переменчивым, а взгляд – полным опасности. Каждая минута, проведенная с ним, словно висящий над головой меч смерти, грозящий в любой момент обрушиться.
Ли Юэинь проглотила кровь, насильно успокоилась, затем облизнула губы. Раны на коже быстро зажили, вернувшись в первоначальное состояние.
— Учитель, учитель, я в порядке, — она отпустила его руку и слабо произнесла, — Когда я прорвусь к стадии Золотого Ядра, я смогу вылечить внутренние повреждения.
Ее личико становилось все более раскаленным, подобно ребенку, бредящему от лихорадки. Подавляя бушующую энергию, она чувствовала, как меридианы напрягаются от боли. Преодолевая себя, она подняла голову, ее глаза цвета персика были влажно-наполнены.
Сердце колотилось, сознание туманилось.
Перед ней был безжалостный и хитрый старый мастер, а снаружи — Ли Цзяоцзяо, которая жаждала ее духовные камни.
Бровь Ли Сюаньмина едва заметно дрогнула. Он опустил руку, его прозрачные черные глаза, все видящие, излучали насмешку, наблюдая за Ли Юэинь, чье тело горело.
— Эта тайная техника довольно интересна, хорошо. Можешь идти, хорошенько позанимайся.
Убийственная аура отступила. Он перевел взгляд, взял свиток с древней формацией и углубился в его изучение, больше не обращая на нее внимания.
Ли Юэинь тяжело вздохнула. Перед уходом она отвесила поклон: «Ученица прощается».
Медленно покинув темный зал, она вышла за дверь и, не обращая внимания на странные взгляды стражников, бросилась бежать.
За короткое время она спланировала маршрут: вернуться и уйти в уединенную практику для переработки божественной крови. Ли Цзяоцзяо, скорее всего, приведет людей и нападет, это было слишком небезопасно.
Без колебаний она направилась к пустынной боковой пристройке Ли Сюаньмина, обошла ее сзади, открыла окно и влезла внутрь.
Она полагалась на игру «под носом у врага», ведь во всем Клан Ли не было места безопаснее этого.
Ли Юэинь не думала, что сможет обмануть божественное чутье Ли Сюаньмина, она рассчитывала, что он, будучи вечно занятым, не станет обращать на нее внимания.
Притворившись носителем крови божественного качества, она была суперперспективной ставкой. Всего лишь позаимствовать боковую пристройку.
Ли Юэинь села, скрестив ноги, и начала применять тайную технику из прошлой жизни – Технику Превращения Души – для переработки божественной крови в теле.
Она происходила из Секты Меча. Высокоуровневые культиваторы обладали феноменальной памятью. Будучи наследницей основной линии, она имела свободный доступ в Сокровищницу Сутр, накопившую тысячелетние сокровища секты. Она просматривала некоторые древние запретные техники и тайные методы, благодаря чему в этой жизни могластупить на путь изменения своего потенциала путем кражи крови.
Сила крови пиковых мастеров была слишком мощной. Даже несколько капель заставили Ли Юэинь страдать до предела. Ее нежная кожа трескалась, просачиваясь кровью, все тело стало багровым. Она продолжала сидеть со скрещенными ногами, словно маленький кровавый человечек.
Укрепив разум и выдержав невыносимую боль, она сосредоточилась на переработке золотой крови, смешивая ее с никчемной кровью.
Прошло полмесяца. Шторм в теле утих, слияние крови прошло успешно. Она открыла глаза, ее культивация прорвалась через девятый уровень очищения Ци и достигла поздней стадии очищения Ци.
Ли Юэинь была вне себя от радости. Она подняла руку, ощущая слабую силу божественной крови в своем теле. Эта схема действительно работала!
Неудивительно, что несколько великих кланов обезумели ради божественной крови, стремясь стать богами и возродить родовую кровь всего своего народа тысячелетиями.
Проглотив низкоуровневую пилюлю отвращения от зерна и применив технику очищения тела, Ли Юэинь вылезла через окно из боковой пристройки, ступая тихо. Однако для стражников у дворца все было на виду, ее вылезание из окна было совершенно откровенным.
Поскольку вождь клана ничего не сказал, они просто восприняли Ли Юэинь как комара, летающего туда-сюда.
Ли Юэинь решила, что в будущем, если она попадет в неприятности снаружи и не сможет победить, она будет уходить в уединенную практику в этом месте. В клане упоминание имени Ли Сюаньмина не только не возымеет никакого эффекта, но и приведет к еще более жестоким избиениям. Более того, если Ли Сюаньмин узнает, что она позорно полагается на его имя, чтобы жить как «второе поколение», он, возможно, сочтет это позором и первым же уберет ее.
Чтобы избежать такого способа гибели, Ли Юэинь всегда помнила: никогда не использовать имя своего старого хитрого мастера, чтобы выпендриваться.
Ночь сгустилась. Ли Юэинь стояла на вершине Клана Ли, колеблясь, беспокоясь, что Ли Цзяоцзяо ждет ее у дома.
Поздняя стадия очищения Ци против стадии Возведения Основы. Даже с богатым опытом Ли Юэинь, в схватке не на жизнь, а на смерть у нее было бы только четыре шанса на победу.
Подумав, что вероятность смерти составляет шесть из десяти, а вероятность быть избитой и ограбленной — восемь из десяти, Ли Юэинь без колебаний повернулась и решила вернуться в боковую пристройку, чтобы продолжить скрытный образ жизни. Пока Ли Сюаньмин не выгонит ее, она будет оставаться там, пока не достигнет стадии Возведения Основы.
Решившись, Ли Юэинь собиралась повернуть назад, как вдруг ее спину обдало холодом. Леденящее душу, удушающее ощущение появилось в воздухе, прицелившись в нее, мгновенно обездвижив.
Перед ней появился мрачный юноша в черной мантии, бледный, с глазами, уходящими в бездну, словно бездонная пропасть. Зловещая аура исходила от него, будто он только что выбрался из преисподней. Даже его красивое лицо не могло освободиться от леденящей ауры.
Маленькая Ли Юэинь выглядела совершенно безразличной. Она сразу поняла, что это одна из «визитных карточек» Клан Ли.
Чем более зловещими были люди Клан Ли, тем выше была их культивация. За исключением самого зловещего Ли Сюаньмина, который маскировался под божественную ауру, в основном это было так.
— П-ре-д-о-к, — хотя она была обездвижена и не могла двигаться, Ли Юэинь нисколько не паниковала. На пороге дома Ли Сюаньмина, формально она была его ученицей, и не было причин убивать ее без причины. Это было бы равносильно прямому оскорблению Ли Сюаньмина. В Клан Ли авторитету Ли Сюаньмина никто не осмеливался бросать вызов.
Юноша усмехнулся, оглядывая маленькую девочку перед собой. — Ли Сюаньмин действительно ничего не делает. Он сделал исключение и взял в ученики такую, как ты. Я думал, это будет что-то особенное.
Ли Юэинь промолчала, но потом в гневе вздрогнула и сладко улыбнулась: — Предок, вы, должно быть, тот самый знаменитый Ши Тянь? Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вы действительно так величественны и прекрасны, как гласят слухи.
Таоте — древний свирепый зверь, заключивший контракт с первым вождем клана. Он не последовал за ним в вознесение, а остался в Клан Ли на десять тысяч лет, пожирая все сущее. Он был печально известен, могущественный деятель на стадии раннего этапа преодоления бедствий. В Клан Ли он занимал положение «один человек под тысячей», и во время уединения Ли Сюаньмина все дела клана передавались ему и совету старейшин.
Ши Тянь холодно усмехнулся, ему не нравилась лесть, но перед ним был пятилетний ребенок, поэтому его равнодушие уменьшилось.
— Девочка, ты неплохо разбираешься. В боковой ветви появился носитель крови божественного качества, такое случается раз в тысячу лет.
Он небрежно бросил черный черный железный жетон. Ли Юэинь почувствовала, как ее поры встали дыбом, и она инстинктивно отступила, совершенно не желая его принимать.
Однако жетон сам полетел ей в руку и прилип, не давая отцепиться.
— Считай это моим подарком при встрече. Ученица Ли Сюаньмина, хе-хе, довольно интересно. Береги его. Когда я увижу тебя в следующий раз, если жетона не будет, мне придется вырезать твои кости, чтобы сделать новый.
Ли Юэинь быстро убрала жетон и выпрямилась: — Дядя Ши Тянь, старшие даруют — нельзя отказываться. Я, младшая, соблюдаю эти правила, можете не волноваться!
Он усмехнулся и превратился в черный туман, исчезнув. Он направился в большой зал впереди, видимо, идя к Ли Сюаньмину для разговора.
Ли Юэинь ощутила ужас, сжимая жетон, она хотела найти возможность поскорее закопать его где-нибудь подальше. Было очевидно, что это нехорошая вещь.