Тем временем трое старейшин за пределами иллюзорной реальности наблюдали за испытуемыми.
Старейшина Кан Фэн погладил бороду:
— Похоже, все эти малыши глубоко увязли. Интересно, кто сможет очнуться первым.
Взгляд Цин Лань всё это время был прикован к Гунсунь Лин, и она невозмутимо спросила:
— Какое самое быстрое время прохождения испытания в нашей секте?
Ху Чжанлао, проследив за взглядом Цин Лань, тоже обратил внимание на Гунсунь Лин:
— Это был парень по имени Юнь И. Две курительные палочки.
Услышав это, Цин Лань нахмурилась. Юнь И был первым талантом Секты Тяньлань, семнадцати лет, с одарённостью третьего уровня, но его скорость культивации была пугающе высока. За два года он достиг первого слоя Фундамента и обладал выдающимся талантом в боевых искусствах. Хотя по одарённости он уступал Гунсунь Лин, его Сердце, вопрошающее Дао, было необычайно твёрдым.
В этот момент Гунсунь Лин, хоть и выглядела встревоженной, спустя мгновение медленно шагнула вперёд. Остальные же застыли на месте, в глазах их читался страх, то и дело слышались всхлипывания.
Старейшина Кан Фэн тоже заметил Гунсунь Лин:
— О, эта девчонка весьма занятна.
Шаги Гунсунь Лин становились всё быстрее, выражение лица постепенно смягчалось, возвращаясь к обычной холодной невозмутимости.
Кан Фэн и остальные были потрясены до глубины души. Хотя лицо её скрывала вуаль, для них она не была помехой, и они ясно видели перемену в её состоянии. Более того, в конце концов на губах Гунсунь Лин появилась лёгкая улыбка. С последним шагом она достигла беседки.
Перед ней предстали фигуры трёх старейшин. Ху Чжанлао был чрезвычайно изумлён:
— Одна... одна курительная палочка...
Цин Лань пристально посмотрела на Гунсунь Лин:
— Согласна ли ты стать моей единственной ученицей?
Эти слова Цин Лань были решительны; она давала понять Гунсунь Лин: у меня нет учеников, ты будешь единственной в моей жизни.
Гунсунь Лин тоже была поражена отношением Цин Лань, но в мыслях её мгновенно созрело решение:
— Ученица Гунсунь Лин приветствует учителя.
Увидев отношение Гунсунь Лин, Цин Лань не смогла сдержать ликования:
— Хорошо, Лин Эр, это подарок от меня, твоего учителя, при встрече.
С этими словами в руке её появился длинный меч. Весь он был небесно-голубого цвета, от него исходили тонкие нити мечевой ци. С появлением меча температура вокруг слегка понизилась.
Ху Чжанлао вытаращил глаза:
— Духовный уровень, средний ранг, Ледяной Меч Души? Он не только наносит вред телу, что важнее — может ранить дух и душу.
Цин Лань приподняла бровь, уголки губ её невольно поползли вверх.
Артефакты-оружия в целом можно разделить на: обычные, духовные, жёлтые, тёмные, земные, небесные и изначальные сокровища. Легендарные изначальные сокровища рождаются небом и землёй, могут принимать человеческую форму, культивировать самостоятельно и не подчиняются законам неба и земли.
Для обычных сект даже духовный уровень был непрост. В Секте Тяньлань был только один артефакт пикового духовного уровня, который в сочетании с секретной формацией мог едва достичь силы начального жёлтого уровня. Ху Чжанлао за полжизни нажил только два артефакта начального духовного уровня. Увидев, как Цин Лань одним мановением руки достаёт Ледяной Меч Души среднего духовного уровня, он был глубоко потрясён.
Хотя Гунсунь Лин не знала конкретных характеристик этого меча, но, увидев потрясение Ху Чжанлао и ощутив божественную ауру Ледяного Меча Души, она всё поняла. В душе её потеплело от этого только что обретённого учителя:
— Лин Эр благодарит учителя за заботу.
Цин Лань, глядя на послушную Гунсунь Лин, чувствовала невыразимую любовь.
Старейшина Кан Фэн, увидев щедрость Цин Лань, тут же отказался от мысли переманить ученицу. Вздохнув, он перевёл взгляд на остальных.
У остальных дела обстояли далеко не так легко, как у Гунсунь Лин. Ребёнок из крестьянской семьи уже лишился чувств. Чжан Сюэ, сжавшись в комок, рыдала без остановки и вскоре тоже потеряла сознание. Чжао Тянь словно сошёл с ума — то смеялся, то плакал, ведя себя безумно, а затем вдруг головой вперёд рухнул в озеро. Его вытащил стоявший на берегу Ли Вэнь, и он впал в беспамятство.
На Дощатом мосту остались только Лун Цзэ и Ван Ань. У Лун Цзэ глаза налились кровью, лицо покрылось каплями пота, на шее вздулись вены. Он взглянул в сторону беседки, медленно выпрямился из полуприседа, затем с трудом сделал шаг, выровнялся и продолжил идти вперёд...
Когда прошло время, равное горению трёх курительных палочек, Лун Цзэ сделал последний шаг. Окружающая обстановка изменилась. Лун Цзэ пошатнулся, но старейшина Кан Фэн взмахнул своим Фу-чэнем, подхватывая готового упасть Лун Цзэ:
— Три палочки, неплохо. Пройти испытание уже считается успехом.
Ху Чжанлао кивнул в знак согласия.
Старейшина Кан Фэн отвёл Лун Цзэ в сторону:
— Сначала отдохни немного.
Лун Цзэ машинально кивнул.
На Дощатом мосту остался лишь Ван Ань. А Ван Ань в этот момент застыл на месте как вкопанный — ни эмоций, ни движений. Хотя действия в иллюзорной реальности не отражаются на реальности в полной мере, они не могут быть и такими, как у Ван Аня. Если бы не проверка его дыхания, все бы подумали, что он уже умер...
Старейшины тоже недоумевали. Ху Чжанлао пробормотал:
— Неужели он снова собирается побить рекорд?
Сегодня самый быстрый рекорд побила Гунсунь Лин. Уж не собирается ли Ван Ань побить рекорд самого медленного?
— Ху Чжанлао, какое самое долгое время прохождения иллюзорной реальности? — спросила Цин Лань.
Ху Чжанлао погладил подбородок:
— Пять курительных палочек. Но для таких обычных людей, как они, больше шести палочек они не выдержат. Будь то телосложение или Цзин, ци и шэнь — долго они не продержатся. Вон те дети уже потеряли сознание, не продержавшись и трёх палочек.
Старейшина Кан Фэн с интересом заметил:
— Посмотрим, сколько он ещё продержится. Если не сможет пройти, то ему суждено стать всего лишь внешним членом.