Появление Бай Цзяньсюаня вызвало у Мужун Синъи недоумение: с чего бы это Божественному Сыну, которому самое место в Золотом Фениксовом Божественном Государстве, явиться в Секту Святого Пера?
Наньгун Сюаньэр, едва взглянув на лицо Бай Цзяньсюаня, вспомнила, как называла его своим пра-пра-прадедушкой, и тут же отвернулась, делая вид, что не замечает его.
Но Бай Цзяньсюань смотрел прямо на Наньгун Сюаньэр.
— Наньгун Сюаньэр, по старшинству я прихожусь тебе пра-пра-прадедом. И вот теперь твоего предка окружили — не пора ли помочь?
На лице Бай Цзяньсюаня, находившегося в кольце осады, не было и тени беспокойства, напротив, в уголках губ заиграла улыбка.
— Ты!
Наньгун Сюаньэр, и раздосадованная, и разгневанная, вынуждена была признать факт: Бай Цзяньсюань и Наньгун Синьяо уже заключили брак.
Мужун Синъи, которому стало неловко за происходящее, шагнул вперед и спросил:
— Цзинь Фэн Шэньцзы, зачем ты пожаловал сюда?
Бай Цзяньсюань скользнул взглядом по Мужун Синъи, затем указал на Камень измерения духа и спросил:
— Я спрошу тебя: какой сегодня день в Секте Святого Пера?
— Сегодня — день набора учеников в Секту Святого Пера... — не задумываясь, выпалил Мужун Синъи, но внезапно осекся, будто что-то поняв, и изумленно воскликнул: — Неужели ты тоже хочешь проверить свой духовный корень и вступить в Секту Святого Пера?
— Верно, — Бай Цзяньсюань одобрительно кивнул. — Вижу, ты не совсем безнадежен.
— И не мечтай!
Услышав, что Бай Цзяньсюань собрался участвовать в церемонии набора, Юнь Хай тотчас разразился бранью:
— Да кто ты вообще такой? Достоин ли ты вступить в Секту Святого Пера? Лучше подумай, кому придется выносить тебя отсюда! Всем слушать мою команду — взять его!
— Стоять!
Едва Юнь Хай отдал приказ, как вдруг раздался старческий, но властный голос, который быстро приближался и заставил всех замереть.
Все обернулись.
Они увидели приближающегося старца с белыми, как лунь, волосами и бровями, обладавшего бессмертной статью; лицо его было исполнено гнева.
— Юнь Хай, что здесь происходит? Неужели ты не знаешь, что сегодня великий день для Секты Святого Пера? Как ты смеешь затевать драку!
Старец взглянул на ситуацию, и его брови тотчас нахмурились; он сразу принялся отчитывать Юнь Хая.
Этот человек был Девятым Старейшиной Секты Святого Пера, главным распорядителем сегодняшней церемонии набора.
Увидев, что прибыл Девятый Старейшина, все поспешили поклониться и приветствовать его.
— Учитель!
— Приветствуем Девятого Старейшину.
Мужун Синъи поспешно потянул Наньгун Сюаньэр, чтобы тоже поклониться.
— Синъи, ты только что вернулся и, должно быть, видел, что здесь произошло. Расскажи учителю!
— Это... Пусть лучше старший брат Юнь Хай расскажет.
Мужун Синъи на мгновение запнулся: в конце концов, Бай Цзяньсюань ничего не сделал, а его уже окружили; он действительно не знал, что сказать, и решил переложить трудный вопрос на Юнь Хая.
— М?
Девятый Старейшина снова посмотрел на Юнь Хая.
— Этот... Девятый Старейшина, у этого человека с учеником есть старые счеты. Встретил его сегодня, вот и...
Голос Юнь Хая становился все тише, в конце он и вовсе замолчал.
Девятый Старейшина перед ним всегда ненавидел зло и был справедлив; если бы он узнал, что это Юнь Хай первым начал задирать Бай Цзяньсюаня, сегодня ему бы несдобровать.
— Мерзавец! Я велел тебе как следует провести церемонию набора, а ты вот так оправдываешь мое доверие?! Пусть другие увидят — подумают еще, что Секта Святого Пара обижает слабых и пользуется силой!
Шлепок —
Девятый Старейшина взмахнул рукой и отвесил Юнь Хаю такую оплеуху, что тот завертелся на месте.
Сила была невелика, но это стало подобающим наказанием для Юнь Хая.
Все присутствующие ясно видели эту сцену и тотчас разразились смехом.
— Поделом! Неужели ученики внутри секты могут обижать обычных практиков? Верно дал!
— Я давно слышал, что Девятый Старейшина Секты Святого Пера — само благородство, и теперь вижу, что молва не лжет.
— Я этого Юнь Хая раньше встречал, такой весь из себя спесивый. Он мне давно поперек горла стоял. Вот это оплеуха — так отлегло!
Все наперебой выражали одобрение.
— Ученик... осознал свою вину.
Юнь Хай опустил голову, признавая ошибку, но в глазах его мелькнула злоба.
Старый хрыч, ну наказал бы — и ладно, но зачем при всех по морде бить? Как после этого я, Юнь Хай, в глаза людям смотреть буду?
— Увы, такая большая секта, как Секта Святого Пера, а нашла время притеснять у подножия горы простого практика — обижать малого, имея силу. Право слово, сердце леденеет. А я-то думал, это место преисполнено праведной доблести, ан нет — все не более чем видимость.
Раздался не к месту печальный вздох; все обернулись на голос.
То был Бай Цзяньсюань, который сокрушенно качал головой, всем своим видом выражая разочарование.
— Бай Цзяньсюань! Да как ты смеешь презирать мою Секту Святого Пера!
Юнь Хай после оплеухи и без того был зол, а тут еще Бай Цзяньсюань, получив выгоду, еще и хорохорится; ярость его закипела.
— Заткнись!
Девятый Старейшина сейчас готов был разорвать рот Юнь Хаю; про себя он выругался:
«Истинный глупец! Неужели не видит, что этот человек нарочно провоцирует? Сегодня здесь столько народу — чем больше ты ругаешься, тем больше вредишь репутации секты!»
Девятый Старейшина, взяв себя в руки, изобразил на лице приветливую улыбку и, помедлив, произнес:
— То, что этот юный друг явился на церемонию набора в мою Секту Святого Пера, — для нас величайшая честь, и мы рады приветствовать тебя. А то, что ученик оказался невоспитан, — воистину прискорбно; прошу прощения, прошу прощения.
Затем Девятый Старейшина прикрикнул на учеников, все еще окружавших Бай Цзяньсюаня:
— Гость пришел — так вы гостей встречаете? А ну разойдись!
Услышав это, все убрали мечи и не осмелились больше преграждать путь Бай Цзяньсюаню.
— Девятый Старейшина Секты Святого Пера... Воистину молва не лжет.
Бай Цзяньсюань пристально посмотрел на Девятого Старейшину, но на душе у него было неспокойно.
Он бы предпочел, чтобы все старейшины Секты Святого Пера оказались пустыми мешками и дармоедами — тогда в будущем их было бы легче уничтожить.
Но этот Девятый Старейшина... с виду не так прост.
И хитростью, и поведением он напоминал того самого сильного положительного персонажа из телесериалов.
Неудивительно, что он стал учителем Сына Удачи; видно, и впрямь кое-что умеет.
Маленький инцидент быстро утих, и на площадке вновь воцарилась прежняя упорядоченная атмосфера.
— А теперь приступаем к проверке духовного корня!
Как только Девятый Старейшина объявил о начале тестирования, множество практиков выстроились в очередь, чтобы пройти проверку.
Бай Цзяньсюань отошел в самый конец очереди и задумался:
«Кстати, я ведь до сих пор не знаю, какой у меня духовный корень?»
Бай Цзяньсюань знал только, что его телосложение невероятно, но что касается духовного корня... он и правда не был уверен.
Вдруг окажется, что у него Смешанный духовный корень — тогда будет позор на весь мир, и он даже права вступить в Секту Святого Пера не получит.
Тем временем.
Юнь Хай отозвал Мужун Синъи в сторону.
— Брат, есть дело?
Мужун Синъи удивился.
Юнь Хай глубоко вздохнул и, указав в сторону Бай Цзяньсюаня, тихо спросил:
— Брат, не поможешь старшему брату проучить этого типа, чтобы душу отвести?
Мужун Синъи нахмурился.
— Но учитель только что сказал не затевать ссор.
— Брат! — Юнь Хай прямо кипел от злости. — Если этот тип вступит в Секту Святого Пера, я сегодня и глаз не сомкну. Не волнуйся, я не буду делать глупостей, нужно всего лишь устроить ему небольшую неприятность. Силы у меня не хватает, так что полагаюсь на тебя, брат!
Почувствовав молящий взгляд Юнь Хая, Мужун Синъи в конце концов не смог отказать и, вздохнув, ответил:
— Ладно, но нельзя перегибать палку, чтобы не прогневить учителя.
— Отлично! Спасибо, брат! — Юнь Хай просиял. — Тогда смотри на мой знак и действуй по обстановке!