Я же просто огромная, сверкающая лампочка! Пёс паршивый, зачем он меня сюда потащил? Освещать любовь между вами?
О нет, нет, нет! Никакой любви между вами нет! Для Ли Цинсюэ ты максимум тот, с кем можно пококетничать, запасной вариант!
Да ещё и используемый в своих целях! Как только недоразумение между ней и тем мужчиной уладится, ты тоже станешь никому не нужен!
— Синцзянь? — видя, что он долго не отвечает, Ли Цинсюэ снова тихо позвала его по имени. — Что с тобой? Наверное, в компании много дел?
— Если ты очень занят работой, тебе не обязательно было специально приезжать меня навещать. У меня всё хорошо, обо мне заботятся врачи, медсёстры и сиделка, которую ты нанял, так что не беспокойся.
— Мм, — равнодушно отозвался Хо Синцзянь. — У тебя и правда неплохой вид, видно, что они хорошо за тобой ухаживают.
— А? — Ли Цинсюэ в замешательстве уставилась на него.
Очевидно, его ответ и реакция оказались для неё неожиданностью.
Это... не тот ответ, который он должен был дать!
Разве он не должен был сказать ей, как сильно волновался за неё все эти два с лишним года, пока она была в коме?
Почему... такой равнодушный, бесцветный ответ?
Не только Ли Цинсюэ была ошеломлена, Шэнь Чэн тоже была крайне удивлена.
— Да нет, в смысле? У пса паршивого мозги закипели, что ли? Почему он не по сценарию идёт!
— Он разве не должен был с нежностью признаться в любви Ли Цинсюэ? Откуда такой пресный ответ?
— Хо Синцзянь, это же твоя лунная дева, родинка у сердца! Не какая-то посторонняя с улицы! Ты должен целовать, обнимать, носить на руках!
У Хо Синцзяня в голове стоял гул.
Слушая, как Шэнь Чэн его так распекает, он чувствовал, что голова вот-вот взорвётся.
Она трещала без умолку, как попугай, которого невозможно заткнуть. Ему хотелось закрыть ей рот!
Что за мусор у неё в голове!
Он изо всех сил подавил вспыхнувший гнев.
В конце концов, он взял Шэнь Чэн с собой только для того, чтобы выведать из её уст больше тайн. И, главное, узнать, кто же тот самый герой из её рассказа.
— Синцзянь, я доставила тебе столько хлопот за эти два с лишним года, — сказала Ли Цинсюэ, глядя на него с благодарностью и примесью самоуничижения.
Будто в этой палате были только они двое. Взгляд был таким глубоким, словно Хо Синцзянь был её единственной любовью.
— Тьфу! Что ты изображаешь страсть? Мужчина, которого ты любишь, — вовсе не этот пёс Хо Синцзянь! Ты любишь главного героя!
— Ты просто хочешь использовать его, чтобы вызвать ревность у главного героя. И ещё помочь главному герою выкрасть у него секретные материалы!
— А этот пёс думает, что он — самая большая любовь Ли Цинсюэ, и совсем не остерегается её. Все пароли — дома, в компании — он ставит на день её рождения.
— В итоге Ли Цинсюэ без труда забирает файлы из его компьютера и передаёт их главному герою.
— Если бы не Ли Цинсюэ, укравшая самые важные, сверхсекретные документы, то у этого пса Хо Синцзяня точно хватило бы сил тягаться с главным героем. Жаль, любовь погубила и его самого, и компанию!
Что?!
Хо Синцзянь был потрясён, не веря своим ушам.
Он ставит паролем день рождения Ли Цинсюэ? Ли Цинсюэ украла его секретные документы?
Нет! Откуда он знает, когда он ставил паролем день рождения Ли Цинсюэ? Сейчас все его пароли — это дата, когда он возглавил корпорацию Хо.
Что вообще говорит Шэнь Чэн?
Однако сейчас больше всего он хотел узнать, кто этот главный герой!
— Никаких хлопот! — снова бесцветно произнёс Хо Синцзянь. — Я ничего не делал, о тебе заботились врачи и сёстры.
Услышав это, улыбка на лице Ли Цинсюэ стала немного натянутой.
Наконец её взгляд упал на Шэнь Чэн, которая с самого своего появления не проронила ни слова.
Она, конечно, узнала Шэнь Чэн — жену Хо Синцзяня. Но та не пользовалась расположением Хо Синцзяня.
Он женился на ней только из-за её козней и давления со стороны старика Вэня.
Можно сказать, что в семье Хо никто не любил Шэнь Чэн. В конце концов, её поведение в прошлом было слишком низким!
Однако у Ли Цинсюэ никогда не было с Шэнь Чэн прямых контактов или пересечений.
Поэтому, вполне естественно, она могла сделать вид, что не знает Шэнь Чэн.
— Синцзянь, а это...? — Ли Цинсюэ перевела взгляд с Шэнь Чэн обратно на Хо Синцзяня, изображая недоумение.
Хо Синцзянь подошёл к Шэнь Чэн.
— Моя жена, Шэнь Чэн. Ты должна её знать.
Услышав это, Ли Цинсюэ выглядела ещё более ошеломлённой, а затем на её лице появилась горькая усмешка.
— Прости, я, наверное, слишком долго была в коме. Оттого и мозги работают плохо, даже не узнала госпожу Шэнь.
— Госпожа Хо! — твёрдо поправил Хо Синцзянь.
— Да, госпожа Хо! — Ли Цинсюэ с улыбкой посмотрела на Шэнь Чэн. — Извините, госпожа Хо. Я сразу вас не узнала, надеюсь, вы не станете винить меня, больную.
— Нет конечно, — Шэнь Чэн бросила на неё равнодушный взгляд. — Как вы сами сказали, кома была долгой, мозг подтормаживает — это нормально.
— Но с этого момента можете хорошенько запомнить моё лицо. Больше не ошибайтесь. Я — госпожа Хо, жена Хо Синцзяня.
— Разумеется, госпожа Хо, — улыбнувшись, кивнула Ли Цинсюэ.
Под одеялом её руки сжались в кулаки.
Что это значит? Зачем он привёл с собой Шэнь Чэн? Неужели за эти два с лишним года его отношения с Шэнь Чэн улучшились?
Так не пойдёт! Как он мог полюбить Шэнь Чэн? Он может любить только её! Только её слушаться беспрекословно.
Хотя она сама любила не его, но тот, кто любит её, может быть только один — она!
Нужно придумать, как помешать и даже разрушить их отношения.
— Синцзянь, А...
— Ты только пришла в себя, тебе нужно отдыхать, — перебил её Хо Синцзянь. — Мы не будем тебе мешать. Если будут вопросы, обращайся прямо к врачу.
С этими словами он взял Шэнь Чэн за руку и сказал очень мягким голосом:
— Пойдём домой.
— Безумие! Безумие! Что этот пёс творит? Зачем он взял меня за руку?
— А, я поняла! Он, наверное, как и Ли Цинсюэ, использует меня как щит, чтобы позлить её, вызвать ревность!
— Пёс паршивый! Какой же ты подлый!
Шэнь Чэн резко выдернула свою руку из руки Хо Синцзяня, злобно на него зыркнула и, не говоря ни слова, направилась к двери.
Глядя на свою пустую, отвергнутую руку, лицо Хо Синцзяня было трудно описать.
У Ли Цинсюэ тоже было лицо не легче.
Что она только что увидела?
Хо Синцзянь сам потянулся к руке Шэнь Чэн, а Шэнь Чэн с отвращением её отбросила?!
Нет, какие у них отношения, когда они так поменялись?
Разве это не Хо Синцзянь должен был отбросить руку Шэнь Чэн?
— Синцзянь, с днём рождения!
Только Хо Синцзянь подошёл к двери палаты, как сзади донёсся мягкий голос Ли Цинсюэ.
И следом...
— Братец Синцзянь! — голос Ли Аньань.