Система: поздравляю игрока с достижением 50% прогресса в побочном задании «Убить 100 злых культиваторов». Из-за чрезмерного количества убитых злых культиваторов система не может точно подсчитать и автоматически перевела в процентное значение.
Юй Цзиньтан указала на себя с недоверчивым видом.
— Ты хочешь сказать, что если я убью себя, это тоже может засчитаться как убийство злого культиватора? А могу я написать бумажку со знаком злого культиватора и прилепить её кому-нибудь на лоб, объявить его злым культиватором и зарубить?
Система не поддержала разговор.
Но тут же механическим женским голосом объявила.
Случайное выпадение награды за задание: родовой клинок босса основного сюжета «Рабы под юбкой» Юй Цзиньтан — «Призрачная тысяча мыслей».
С этими словами в руках Юй Цзиньтан появился длинный меч, весь кроваво-красный, с лезвием, словно капающим кровью.
Юй Цзиньтан взвесила в руке этот необычайно тонкий и длинный меч, провела пальцем по вырезанным на нём печатям и, не колеблясь, рассекла себе ладонь, первой капнув кровь Наньгуна Чжэня на лезвие «Призрачной тысячи мыслей».
И правда, старая знакомая из мира боевых искусств. Юй Цзиньтан думала, что в этой жизни ей больше никогда не прикоснуться к этому мечу — «Призрачной тысяче мыслей». Когда тогда меч упал в Пруд для ковки мечей и расплавленная лава брызнула во все стороны, она прыгнула в пруд, чтобы спасти клинок, но лишь схватила горсть расплава.
Человеческая кровь — это жертвоприношение. Дух клинка, отведавший жертву, добровольно заключает договор с приносящим жертву. Когда человек умирает, всё его имущество переходит духу клинка.
Три иероглифа «Призрачная тысяча мыслей» вспыхнули ослепительно-красным цветом, словно клинок раскалили в огне.
Из лезвия вытекла высокая, мощная, черная тень. Ростом в девять чи, вся она была облачена в строгий черный цвет, волосы убраны в аккуратный круглый пучок. Сначала можно было подумать, что это обычная шпилька, но, приглядевшись, можно было заметить, что это костяная шпилька, вырезанная из духовной кости культиватора.
Черты лица были изысканными, и от всего облика веяло демонической, надменной и властной аурой.
— Право слово, как будто прошла целая жизнь.Мне ещё придётся одолжить твоё тело, чтобы увидеть собственное лицо.
Лезвие «Призрачной тысячи мыслей» изначально, триста лет назад, было выковано Юй Цзиньтан из её собственной сброшенной после перерождения куколки. Хотя оно и уступало драгоценным мечам Куньлуня, но тоже было божественным оружием.
Жаль только, что оно было уничтожено в Пруду для ковки мечей.
«Призрачная тысяча мыслей», как и Юй Цзиньтан, приняла женское обличье.
Она скрестила руки и с насмешливым видом посмотрела на Юй Цзиньтан.
— За триста лет я насмотрелась на твою рожу, меня уже тошнит.
«Призрачная тысяча мыслей», разумеется, знала, что перед ней сама Юй Цзиньтан, но ненависть от того, что триста лет назад её бросили в Пруд для ковки мечей, за три столетия не утихла, а только усилилась.
Она холодно уколола Юй Цзиньтан:
— Ну что, госпожа демоническая культиваторша, какая же такая великая беда с вами приключилась, что вы унизились до того, чтобы ютиться в теле культиватора, который даже не достиг стадии зарождения души? Пришли в упадок, не так ли?
Из куколки Мотылька реинкарнации выковано лезвие, из бесчисленных обиженных духов младенцев женского пола вылеплена душа клинка.
«Призрачная тысяча мыслей» была чрезвычайно духовным клинком, но с дурным нравом. Культиваторы, получавшие её, не могли ею овладеть и, опасаясь, что она снова вернётся к своему изначальному хозяину, скрепя сердце бросили её в Пруд для ковки мечей.
Юй Цзиньтан закатила глаза:
— Я тебя разбудила, чтобы ты дело делала. Меньше болтовни. Не будешь слушаться — снова брошу в Пруд для ковки мечей.
«Призрачная тысяча мыслей» закатила глаза. Поскольку ножен не было, обычно она превращалась в кольцо в форме меча и обвивала мизинец левой руки Юй Цзиньтан.
Она вернулась на мизинец левой руки Юй Цзиньтан, но всё ещё негодовала и хлестнула Юй Цзиньтан по ладони, оставив красный след в знак протеста.
Юй Цзиньтан пожаловалась системе:
— Ну ты и мастер приглашать. Призвала мне такого великого мастера, я и пикнуть боюсь.
Система молчала. Система умерла.
Юй Цзиньтан пнула ногой камень и продолжила искать среди кучи иссохших трупов то самое тело, что отличалось от других.
————
Тот иссохший труп был не женщиной, а мужчиной.
Юй Цзиньтан сотворила заклинание, подвесив иссохший скелет в воздухе, магией содрала одежду с нижней половины тела и посмотрела на его тазовые кости.
Убедившись, что это точно культиватор-мужчина, она швырнула талисман пламени и сожгла дотла этот иссохший труп вместе с семью братскими могилами на десять тысяч человек.
Выходя из пещеры злого культиватора, Юй Цзиньтан опустила голову и посмотрела на яйцо насекомого тёмно-зелёного цвета, лежащее у неё на ладони.
Его она нашла на том иссохшем трупе. Это было единственное уцелевшее яйцо Мотылька реинкарнации в этом месте.
Все существа Мира демонов для выведения потомства нуждаются в самых традиционных и примитивных методах.
Мотылёк реинкарнации — типичный представитель. Мотыльки реинкарнации не стареют и не умирают, они непрерывно перерождаются.
Но яйца Мотылька реинкарнации чрезвычайно драгоценны. Они могут полагаться только на ауру, которую Мотылёк реинкарнации накладывает на яйцо, чтобы отпугивать других существ Мира демонов.
Только питаясь плотью и кровью, они могут успешно вылупиться. Юй Цзиньтан положила глаз на Секту Таоюань.
Однако в любом деле нужно быть готовым к двум вариантам. Захват тела тоже рассматривался. Юй Цзиньтан положила своё единственное уцелевшее яйцо насекомого в пространственное кольцо и вернулась в гостиницу.
В комнате свет не горел. Чэн Синкэ погрузился в глубокий сон. Яд бирюзово-синей змеи сам по себе обладает свойством вызывать сон, высокую температуру и даже погружать в иллюзии.
Юй Цзиньтан протянула руку, потрогала бледное и слабое лицо Чэн Синкэ, достала из своего пространственного кольца алхимическую печь и желчный пузырь бирюзово-синей змеи.
Обычные культиваторы, не изучавшие алхимию, столкнувшись с ней, тыкаются как слепые котята. Но Наньгун Чжэнь, освоив одну дисциплину, тут же берётся за новую.
Для Наньгуна Чжэня алхимия была не проблемой.
Юй Цзиньтан много лет ходила по Миру Культивации и с алхимией тоже управлялась легко, тем более что материалы и сосуд были под рукой.
Через час над этой гостиницей взметнулся столб алхимического газа. Многие культиваторы и простолюдины подняли головы, глядя на него.
Простолюдины приняли это за вечернюю зарю, а культиваторы поняли, что это дань небес от готового духовного эликсира среднего ранга.
Юй Цзиньтан шпилькой разрезала рану Чэн Синкэ, в которую укусила бирюзово-синяя змея, снова выдавила часть отравленной крови и приложила немного оставшегося желчного пузыря бирюзово-синей змеи.
Она напоила водой Чэн Синкэ, который был в полусне, и скормила ему пилюлю «Бирюзово-синяя сотня трав».
Увидев, что цвет лица Чэн Синкэ постепенно улучшается, Юй Цзиньтан выбрала себе подушку для сидения и села на пол медитировать.