Если бы эта девушка была чуть постарше, Тан Ванцин решила бы, что видит себя — только версию попроще.
Одежда и украшения были такими же, но не такими изысканными, отчего выглядели дешевле.
Тан Ванцин скользнула взглядом по её макушке — старшая двоюродная сестра Тан Ваньнин.
Тан Ваньнин с влажным блеском в глазах, заметив Тан Цинцюя, поспешно сложила руки в поклоне с пожеланием удачи:
— Ваньнин приветствует второго старшего брата.
— М-м.
Тан Цинцюй ответил равнодушно, но её это ничуть не смутило, и она тотчас обратилась к Тан Ванцин с укором:
— Что случилось с младшей сестрой Цинэр? Я слышала, ты пропала, и сразу прибежала. Ты же болеешь, как можно убегать! Младший дядя и второй брат и так заняты, а тут ещё о тебе волнуйся. Младшая сестра Цинэр уже не маленькая, нужно думать о семье!
Тан Ванцин: …
Это что же? Ты меня учить вздумала?
Не успела она открыть рот, как Тан Ваньнин глубоко вздохнула, поклонилась лекарю Лу, извиняясь:
— Лекарь Лу, младшая сестра Цинэр не разбирается в медицине, она нагрубила и обвинила вас напрасно. Не принимайте близко к сердцу, она просто мала и немного своенравна.
— … — Тан Ванцин снова лишилась дара речи.
Вот это зелёный чай!
Она наконец поняла: эта Тан Ваньнин настроена к ней враждебно и каждым словом пытается её принизить!
Этого нельзя спускать!
Подумаешь, играть — кто же не умеет.
Тан Ванцин сдвинула брови, дёрнула брата за рукав, захлопала глазами и надула губы:
— Второй брат, старшая сестра меня ругает?
Голосок мягкий, а личико сморщилось, как булочка — любой бы пожалел!
Тан Ванцин всхлипнула:
— Что Цинцин сделала не так? Зачем сестра ругает Цинцин? Сестра меня не любит?
Она опустила ресницы, и на длинных, как вороново крыло, ресницах повисла такая глубокая печаль, словно она вот-вот разрыдается от обиды. В глазах Тан Цинцюя мелькнула улыбка, он покачал головой в тон ей:
— Брат тоже не знает. Может, она нашу Цинцин не жалует.
При этих словах Тан Ваньнин переменилась в лице, засуетилась:
— Нет-нет, второй брат неправильно понял! Как же Ваньнин может не любить младшую сестру Цинэр? Она же наше сокровище на ладони!
— У Ваньнин и в мыслях не было сестру не жаловать. Просто у каждого своё дело. Лекарь Лу — искусный врач, ошибиться никак не мог. К тому же это Резиденция канцлера, у него и смелости не хватило бы ошибиться!
Она лихорадочно пыталась оправдаться, но чем дальше говорила, тем больше всё портила. Последняя фраза ясно намекала, что он боится Резиденции канцлера!
Лекарь Лу, который было немного успокоился от её заступничества, снова помрачнел.
Дура!
Эта Тан Ваньнин, похоже, не слишком умна.
Тан Ванцин усмехнулась про себя, но на лице изобразила обиду и, покручивая пальцы, сказала:
— Но, но тело-то моё, как я могу не знать своего состояния? И, и не ошибается только тот, кто ничего не делает. Лекарь Лу, безусловно, мастер своего дела, но ведь каждый может ошибиться!
Тан Ваньнин возразила:
— Лекарь Лу практикует десятки лет, как он мог ошибиться!
— Значит, ты мне не веришь! Как сестра противная, веришь чужим, а не родной сестре! Цинцин больше не хочет с тобой дружить!
Тан Ванцин мысленно поставила себе пятёрку за актёрское мастерство. Надутый вид — обиженный и капризный — точь-в-точь барышня из Резиденции канцлера!
Тан Цинцюй обнял сестру и погладил её по голове:
— В таком споре толку не будет. Лекарь Лу, в нашей семье Тан здоровье Цинэр важнее всего. Прошу вас, поставьте диагноз как можно скорее.
Как старший брат, Тан Цинцюй, заботящийся о сестре, был вполне естественен, но двое других восприняли эти слова иначе. Лекарь Лу даже почувствовал себя униженным.
Тан Ваньнин поспешно вмешалась:
— Второй брат, так вы заставите лекаря Лу обидеться!
Не обращая на неё внимания, Тан Цинцюй в упор смотрел на лекаря Лу. Его нежный взгляд вдруг стал для того невыносимым бременем!
Заметив, что двоюродная сестра незаметно закатывает глаза, Тан Ванцин хитро прищурилась и вдруг заявила:
— Раз уж мы с сестрой не можем убедить друг друга, давайте лучше заключим пари.
— Пари? — переспросила Тан Ваньнин. — На что? Как?
— Поспорим, отравлена я или нет. Если проиграю, отдам тебе свою самую любимую вещь. И наоборот.
Даже болезненный румянец на лице не мог скрыть её уверенности, но Тан Ваньнин тоже не считала, что проиграет. Она кивнула:
— Хорошо, по рукам.
Тан Ванцин улыбнулась, сощурив глаза:
— Смотри не пожалей.
Тан Ваньнин ответила:
— Я верю лекарю Лу.
Так и знала, что она согласится!
Хотя она видела Тан Ваньнин впервые, таких людей в своей жизни встречала предостаточно. У них всегда находится куча причин тебя ненавидеть, они не упустят возможности добить и растоптать.
Но разве Тан Ванцин позволит им взять верх?
Разумеется, нет!
Она хитро усмехнулась и снова посмотрела на лекаря Лу:
— Лекарь Лу, может, и мы с вами заключим пари?
Лекарь Лу опустил взгляд:
— На что ты хочешь со мной поспорить?
Тан Ванцин указала пальцем, белым, как луковка, в сторону:
— Поспорим, кто первый поставит ей диагноз!
— Мне?
Тан Ваньнин указала на себя, на лице её застыло изумление.
— Лекарь Лу мне не верит, так я покажу, на что способна. — Тан Ванцин говорила с улыбкой, обращаясь к лекарю Лу, но совершенно не обращая внимания на Тан Ваньнин.
Тан Ваньнин, которую использовали как ставку, затаила злобу и воспротивилась! Она взглянула на Тан Цинцюя, в прекрасных глазах блестели слёзы, голос дрожал от обиды:
— Второй брат, я не больна, я не хочу.
Тан Цинцюй лишь мельком глянул на неё и отвёл взгляд. Он сказал лекарю Лу:
— Лекарь Лу, моя младшая сестра хоть и ребёнок, но никогда не лжёт и не хвастает.
Эти слова были сказаны очень мягко, но лекарь Лу несколько раз менялся в лице, становясь всё мрачнее. Тан Ванцин воспользовалась моментом, чтобы припереть его к стенке:
— Лекарь Лу, вы ведь лекарь из самой Долины Короля Лекарств. Неужели побоитесь ребёнка?
— Идёт! — Лекарь Лу скрежетнул зубами, и хотя взгляд его был скрытным, в нём таилась едва сдерживаемая ярость. — Но раз пари, то нужна и ставка!
Тан Цинцюй сказал:
— Если лекарь Лу проиграет, вам придётся поставить моей сестре новый диагноз, и очень тщательный!
Они втроём беседовали, словно не замечая Тан Ваньнин. Никто не поинтересовался, нужно ли ей вообще обследоваться. Чувствуя себя забытой, никому не нужной, Тан Ваньнин задыхалась от обиды, будто на сердце повесили гирю. Услышав про ставку, она не выдержала:
— А если проиграет Тан Ванцин? Раз уж пари, нечестно, чтобы последствия нёс только лекарь Лу.
Возможно, от спешки её враждебность прорвалась наружу, и Тан Цинцюй нахмурился. Встретив его холодный взгляд, Тан Ваньнин опомнилась. Поняв, что сболтнула лишнего, она испуганно опустила глаза и стала оправдываться:
— Только когда обе стороны рискуют, это по-честному. Нельзя, чтобы люди думали, будто наша семья Тан, пользуясь положением важных сановников, безнаказанно обижает других.