В пещере, увешанной ледяными кристаллами и сосульками, было холодно и сумрачно, но это укрытие хоть как-то защищало их от бесконечных ветров и снегов.
Ярко-жёлтое пламя яростно пылало, его тепло невольно манило придвинуться поближе.
Бай Сюэжоу сидела у костра в объятиях Ю Лянчуаня, но её всё равно била дрожь. Она с укоризной и тоской смотрела на Ю Ланьшана, в то время как Ю Лянчуань, прислонившись к ледяной стене, отдыхал с закрытыми глазами.
Чай Ии, делая вид, что смотрит невзначай, покосилась на стоящего рядом мужчину, желая увидеть, как он отреагирует. Но обнаружила, что его взгляд устремлён на неё.
Смутившись, она поспешно отвела глаза и принялась то поправлять волосы, то одергивать юбку, совершая бессмысленные суетливые движения.
«Верно, кто смущается, тот и суетится больше всех», — раздался в голове Чай Ии голос Сяо Ми.
На эту насмешку Системы Чай Ии ответила тем, что со всей силы ущипнула Сяо Ми.
— Мяу! — завопила кошка так, что эхо заметалось по пещере, вмиг разрушив всё скрытое напряжение.
Взгляды окружающих тотчас устремились на Чай Ии, прижимавшую к себе Сяо Ми. Она неловко хихикнула:
— Наверное, Сяо Ми хочет в туалет. Я выйду с ней на минутку.
С этими словами она пулей вылетела наружу.
Оказавшись в ледяной пустыне, Чай Ии взглянула на усыпанное звёздами ночное небо. Уходить далеко она не решилась, присела прямо в снег и зашепталась с Сяо Ми.
— Я так и думала, что тут что-то не так. Он смотрел вовсе не на меня, он явно пялился на черно-золотую подвеску в форме феникса у меня на ухе!
— Ну так и есть. Эта серьга предназначалась Бай Сюэжоу, тебе просто повезло её подобрать.
Чай Ии надула губы и легонько стукнула Сяо Ми по голове.
— Хм, можно сказать, что несчастье обернулось удачей. Эта подвеска отлично греет, я совсем не чувствую холода.
— Ага, надеюсь, ты сохранишь такой же настрой, когда тебя начнёт жечь пламя Нирваны.
При этих словах лицо Чай Ии вытянулось, став похожим на горькую тыкву.
— Сяо Ми, откуда ты знаешь, что эта подвеска предназначалась Бай Сюэжоу? Я не помню, чтобы в оригинальном романе об этом писали.
— В романе описываются только произошедшие события. Кое-что из того, что герой делал втайне, не описывается, но мы, Система, знаем и это.
Чай Ии кивнула:
— Ага, вот оно что.
— Кстати, эту пару серёг Ю Ланьшань специально добыл в Море Пламени Ада, чтобы порадовать Бай Сюэжоу. Кто же знал, что, когда он вернётся, она уже выйдет замуж за Ю Лянчуаня, даже не сказав ни слова. Истинная любовь была отдана не тому.
— По-твоему, Бай Сюэжоу очень нравились эти серьги?
— Ю Ланьшань отравлен Холодным ядом и не может близко сходиться с людьми. Несмотря на то, что они с Бай Сюэжоу были вместе несколько лет, их отношения оставались платоническими. Кто ж такое выдержит? В молодости все отношения — это пламя страсти. Ю Ланьшань случайно услышал, что черно-золотая подвеска в форме феникса может подавлять его яд, и немедленно отправился в Море Пламени Ада... Но, кстати, хозяин, тело Главного Героя очень даже чистое. Не желаешь ли взглянуть...
Чай Ии посмотрела на наглую кошачью морду и, не в силах терпеть, снова щёлкнула её по лбу.
Они возились, как вдруг земля содрогнулась. Чай Ии не удержалась на ногах и шлёпнулась в снег.
Пока она пребывала в растерянности, Сяо Ми прыгнула к ней на руки и закричала:
— Чего застыла? Бежим!
Очнувшись, Чай Ии смутно разглядела вдали огромную тень, которая извиваясь ползла в их сторону. От страха она вскочила и бросилась наутёк.
К счастью, они далеко не ушли. Когда Чай Ии вбежала обратно в пещеру, все трое уже стояли на ногах, почувствовав возню снаружи.
Чай Ии вцепилась в руку Ю Ланьшана, словно ища защиты.
— Ю Ланьшань, нам нужно скорее бежать! Там снаружи огромное... неизвестное существо, оно ползёт прямо сюда.
Мужчина поднял руку и погладил её по щеке, после чего спокойно распорядился:
— Оставайся здесь с госпожой Ю. Мы с Главой клана Ю выйдем и посмотрим, что там. Проследи, чтобы госпожа Ю была в порядке, у неё ранена нога.
Чай Ии тупо кивнула и, провожая взглядом спины удаляющихся мужчин, чувствовала, как её сердце бешено колотится.
— Это ты навлекла на нас беду?
Рядом раздался голос Бай Сюэжоу, полный ядовитой насмешки и откровенной враждебности.
Раз Ю Ланьшаня и его отца не было, в пещере остались только они вдвоём. Кому адресованы эти слова, было яснее ясного.
Чай Ии терпеть не могла таких людей — притворщиц на людях и задир в одиночестве. Её лицо мгновенно омрачилось, и она ответила резко и без обиняков.
— Если бы я и могла навлечь беду, первой, кого бы я прикончила, была бы ты!
Бай Сюэжоу, явно не ожидавшая такой прямоты, от злости не могла вымолвить ни слова.
— Черно-золотая подвеска в виде феникса у тебя на правом ухе изначально предназначалась мне от А-Шана. Ты знаешь об этом?
Произнося это, Бай Сюэжоу самодовольно улыбалась, словно павлин, распускающий хвост, чтобы похвастаться своей красотой.
— Знаю.
В отличие от хвастовства Бай Сюэжоу, реакция Чай Ии была спокойной, как тёплая вода, что сводило с ума.
— Тебя это разве не задевает?
Чай Ии с недоумением взглянула на неё:
— А что должно задевать? В конечном итоге Муж подарил эту серьгу мне.
Единственное, что её действительно задевало, — это то, что Ю Ланьшань обманом заставил её принять на себя пламя Нирваны!!!
— Бум!
Оглушительный грохот прервал их перепалку.
Чай Ии побледнела, схватила Сяо Ми и, нахмурившись, сказала Бай Сюэжоу:
— Я выйду и посмотрю.
С этими словами она, крадучись, двинулась к выходу.
Десятиметровый путь она преодолевала целую минуту. Снаружи не умолкал грохот, и страх замедлял её шаги.
Съёжившись, Чай Ии спряталась у входа в пещеру и осторожно высунула полголовы.
Она увидела, как Ю Ланьшань и Ю Лянчуань яростно сражаются с гигантским существом. Оно было всё белое, длиной около сорока метров, с ледяными голубыми чешуйками, сапфировыми вертикальными зрачками и двумя короткими прямыми рожками на голове. Оно походило на цзяолуна.
Грохот, который она слышала, был звуком сталкивающихся заклинаний. В воздухе, словно фейерверки, вспыхивали и гасли разноцветные искры. От каждого взрыва — новый всполох. Карие глаза Чай Ии засияли, отражая это великолепие.
Возможно, из-за открывшегося зрелища страх в её сердце немного утих.
Она даже мысленно восхитилась: кто бы мог подумать, что битвы на Материке Тяньлань могут быть такими прекрасными! Настоящий пир для глаз!
Ей даже захотелось зааплодировать!