Несколько десятков культиваторов в чёрных одеждах опустили головы, пытаясь стать как можно незаметнее, чтобы их не задела разгорающаяся война.
Любовный треугольник между отцом и сыном Ю и Бай Сюэжоу был известен всем. Хотя за глаза многие позволяли себе насмешки, никто не осмеливался произнести ни слова в их присутствии.
Закон сильнейшего действует в любом мире.
Атмосфера во всём зале была крайне странной. Это была не та неловкость, от которой хочется провалиться сквозь землю, и не та напряжённость, когда вот-вот вспыхнет ссора. Это была вражда между своими, пропитанная кислым запахом ревности.
Ю Лянчуань незаметно взглянул на Ю Ланьшана, затем взял за руку Бай Сюэжоу, и на его мрачном лице появилась тёплая улыбка, похожая одновременно на ответ и на попытку успокоить.
Чай Ии, наблюдавшая со стороны, была крайне возмущена поведением Ю Лянчуаня.
Не говоря уже о том, что в оригинальной книге Ю Лянчуань никогда не выполнял отцовских обязанностей по отношению к Ю Ланьшану. Даже если сейчас отец и сын одновременно влюбились в одну женщину, зачем же так открыто провоцировать сына?
Какое он вообще имел на это право?
Чай Ии, которая мечтала стать героиней с самого детского сада, не могла больше это терпеть. Она терпеть не могла, когда кто-то на её глазах обижает слабого — это пробуждало в ней давно уснувшую мечту о подвигах.
— Муж~ ты был просто бесстрашным, когда защищал меня только что. Я так тобой восхищаюсь! — Чай Ии вышла из-за спины Ю Ланьшана на видное место, обхватила его за талию и самым сладким голосом произнесла самые капризные слова.
Как человек, пересмотревший множество дорам и любовных сериалов, она ни за что не уступила бы в искусстве демонстрации своих чувств на публику.
Даже если любви нет, нужно сыграть убедительно — это единственный способ оправдать своё звание заядлого сериаломаньяка!
К счастью, Ю Ланьшан подыграл. Он тут же поднял руку и легонько обнял девушку, словно держал в руках величайшее сокровище.
— Я сочту за честь, если смогу угодить госпоже.
Лицо Чай Ии было уткнуто в грудь мужчины, и никто не заметил её довольной улыбки.
Она и не думала, что Ю Ланьшан так быстро подхватит её игру.
И не надо думать, что она не заметила: когда она обняла его в первый раз, его тело заметно напряглось.
Однако Чай Ии было непонятно другое. Она отчётливо помнила, что температура тела Ю Ланьшана была очень низкой, обычный человек не выдержал бы такого холода. Но сегодня она могла беспрепятственно с ним соприкасаться.
В чём же дело?
— Обниматься и ластиться на людях — что за безобразие! Даже если вы муж и жена, не следует вести себя так распутно! — донёсся величественный и суровый голос Ю Лянчуаня. В нём звучал явный упрёк. Можно было и не видеть его лица, чтобы представить, какую гадливость оно выражает.
Чай Ии захотелось ответить ему колкостью, но Ю Ланьшан вдруг крепче сжал её в объятиях, и она не смогла повернуться.
— Муж и жена — одно целое, и проявление нежности друг к другу — это естественно. Зачем же главе клана Ю быть таким резким? Неужели ты хочешь, чтобы мы, муж и жена, отдалились друг от друга? — спокойно произнёс Ю Ланьшан.
Ю Лянчуань побледнел, но, учитывая присутствие посторонних, был вынужден проглотить обиду.
Бай Сюэжоу с того момента, как Ю Ланьшан заключил Чай Ии в объятия, потеряла своё спокойствие. Ведь Ю Ланьшан никогда не обнимал других женщин, кроме неё.
Сегодня она впервые видела, как этот мужчина обнимает другую. Хотя его слова и жесты источали глубокую страсть, в его тёмных, как ночь, глазах не было и следа любви. Поэтому она и не потеряла контроль над собой.
— В словах Ашана есть резон. Твой отец тоже желает тебе добра. Он беспокоится, что твой поступок вызовет пересуды, потому и сделал замечание, — мягко и нежно произнесла Бай Сюэжоу. Её голос, словно тёплый южный ветерок, невольно вызывал симпатию.
Даже Чай Ии пришлось признать, что у Бай Сюэжоу очень приятный голос. Неудивительно, что она одна привлекла внимание и главного героя, и второго главного героя.
— Что ж, спасибо. Думаю, муж тоже понимает добрые намерения главы клана Ю, — Чай Ии пришлось взять на себя ответ Бай Сюэжоу вместо Ю Ланьшана, учитывая, что их с Ю Лянчуанем отношения были такими, что хорошо, если они не пускались в драку, не то что мириться.
Возможно, осознав это, Ю Лянчуань резко сменил тему, и его голос стал ещё холоднее.
— На этот раз Загробный небесный кристалл неизвестно по какой причине был осквернён Демонической Ци. Несколько десятков культиваторов, отправленных охранять кристалл в Золотом доме, ни один не видел злоумышленника. Неужели Демоническая Ци сама собой родилась внутри кристалла?
Услышав эти слова, стоящие внизу культиваторы в чёрном опустились на одно колено и молчали.
Выражение лица Ю Лянчуаня не смягчилось. Он тяжело фыркнул.
— Значит, вы все готовы принять наказание?
— Просим главу клана наказать нас! — хором ответили культиваторы.
Чай Ии, глядя на этих невинно пострадавших, почувствовала укол совести. В конце концов, всё началось из-за неё, и она не могла оставаться равнодушной.
Но… только и всего. Она не собиралась признаваться, что была тем самым злоумышленником.
В этот момент один из культиваторов, стоявший на коленях с краю, поднял руку, показывая, что хочет что-то сказать.
— Глава клана, прошлой ночью все мы слышали женский крик. Но когда мы окружили Золотой дом со всех сторон, то не обнаружили никого. На всякий случай мы остались на своих постах. И вскоре я почувствовал, будто что-то прошло мимо меня… А потом Загробный небесный кристалл оказался осквернён Демонической Ци.
Ю Лянчуань опустил глаза. Выражение его лица не изменилось, и никто не знал, о чём он думает.
Зато Чай Ии стало не по себе. Хотя она знала, что её никто не видел, на душе скребли кошки.
— Ты уверен, что все вы слышали женский голос? — Ю Лянчуань прищурил свои длинные глаза и спросил низким голосом.
— Уверен.
Чай Ии неотрывно смотрела на лицо Ю Лянчуаня, боясь, что он заметит хоть малейшую зацепку. От этого зависела её жизнь, и она не могла позволить себе расслабиться ни на секунду.
— Я понял ситуацию. Но за халатность вы должны быть наказаны, — взгляд Ю Лянчуаня внезапно стал суровым. — Каждый из вас лишится тридцати лет совершенствования.
— Благодарим главу клана за наказание! — хором ответили несколько десятков культиваторов.
Вскоре в зал вошли служанки в синих платьях с куртками, неся на подносах по одной молочно-белой пилюле.
Культиваторы с бесстрастными лицами взяли пилюли и проглотили их. Как только служанки покинули зал, их высокие и крепкие тела одно за другим рухнули на пол.
Чай Ии никогда раньше не видела ничего подобного и от испуга вскрикнула.
Этот звук был почти неотличим от того, который она случайно издала прошлой ночью рядом с Золотым домом…