Привилегированная жизнь Ли Ин во Дворце Демонов продлилась недолго, неприятности сами нашли её.
Слухи, подобно огню, распространялись, и рано или поздно доходили до ушей неких важных шишек, считавших себя достойными и имевших на всё свои виды.
Такой важной шишкой был Демонический Генерал Херрман, Высший Демон, достигший своего положения благодаря боевым заслугам, обладавший амбициями и чрезмерно гордившийся своей силой.
Он услышал о различных нелепых догадках относительно таинственного детеныша дракона, особенно о версиях «секретное оружие» и «будущая Королева Демонов», что не давало ему покоя.
Как могло рядом с Вашим Величеством находиться нечто столь неопределённое, что могло повлиять на расстановку сил? Он считал своим долгом проверить пригодность этой штуковины для Вашего Величества. Если бесполезно – следует устранить, а если действительно полезно… всё равно придётся пройти через него.
Поэтому, в один момент, когда Артес ненадолго покинул приёмный зал, Херрман нашёл возможность и, словно призрак, бесшумно появился перед корзиной Ли Ин.
Его высокая фигура отбрасывала тяжёлую тень, мгновенно накрывая Ли Ин и её слабый свет. Повеяло ощутимым, давящим дыханием тьмы с запахом крови, куда более агрессивным, чем у Хирона.
Ли Ин, скучающе игравшая кончиком своего хвоста, испугалась внезапного происшествия и настороженно подняла голову.
Херрман разглядывал сверху вниз крошечное, жалкое существо в корзине, которое, кроме свечения, ни на что не годилось. Его алые глаза были полны неприкрытого изучения, презрения и едва заметной жадности. (Если бы это был ценный фамильяр или жертвенное животное, возможно, оно того стоило бы).
— Это ты?
Его голос был низким и хриплым, словно скрежет наждака.
— Та мелочь, что нарушает покой во Дворце Демонов? Выглядишь… жалко.
Ли Ин почувствовала враждебную ауру, и чешуйки на её теле слегка вздыбились. Но она уже не была той испуганной малышкой, что парализовалась от одного взгляда. Она же под защитой Великого Демона! (Как она сама считала).
Она собиралась фыркнуть!
Вместо того чтобы отступить, она выпрямила своё маленькое тельце (хоть оно и оставалось очень маленьким), усиливая сияние вокруг себя, чтобы противостоять давлению противника, оно стало ещё ярче. Она бесстрашно смотрела в ответ в эти алые глаза, её сапфировые зрачки ясно выражали досаду: «Ты кто такой? Не загораживай мой свет!»
— Чиу!
Она издала короткий, звонкий звук, явно отгоняющий.
Херрман на мгновение замер от такой реакции, затем почувствовал себя оскорблённым, и гнев хлынул вверх.
— Дерзость! Ты, ничтожный, смеешь грубить мне!
Он протянул руку, пальцы которой окутывало опасное чёрное электричество, словно собираясь преподать этому самонадеянному малышу урок, или просто схватить и внимательно осмотреть.
Внутри Ли Ин сработал сигнал тревоги!
«А Чжэнь, ты серьёзно? Ты на самом деле собираешься это сделать?!»
Она знала, что не сможет победить, но сидеть и ждать смерти было невозможно!
В тот момент, когда рука Херрмана почти коснулась корзины, Ли Ин совершила поступок, который заставил бы всех демонов (и её саму, когда она вспомнила об этом позже) сказать: «Это невероятно».
Она не уклонилась и не попыталась атаковать – это было бы заведомо провально.
Она резко глубоко вдохнула, а затем, распахнув горло, изо всех сил издала самый острый, самый громкий, самый пронзительный...
— ЧИУ!!!!!!!!!!
Этот звук, непохожий ни на рёв дракона, ни на крик птицы, был скорее похож на чрезвычайно пронзительную шумовую атаку, издаваемую каким-то испуганным маленьким животным с установленным мегафоном! Звук был полон ужаса, гнева и сильного протеста!
Острый звук мгновенно пронзил тишину приёмного зала, заглушив даже низкое рычание, доносившееся издалека из бездны, и разнёсся по всему Дворцу Демонов!
Херрман, оглушённый внезапным, совершенно не смертоносным, но крайне пронзительным шумом, замер. В ушах у него звенело, мышцы лица дернулись. Он совершенно не ожидал такой реакции!
И почти одновременно.
«Бум!»
Невероятное, леденящее душу ужасающее давление обрушилось, словно материализовавшееся цунами! Температура в приёмном зале резко упала, призрачное зелёное пламя на стенах яростно затрепетало, едва не погаснув!
Фигура Артеса появилась рядом с троном, словно призрак. Он даже не вошёл, словно конденсировался прямо из тени!
Его несравненно красивое лицо покрывал вековой лёд, в фиолетовых глазах бушевала ярость, подобная грозе, и они жёстко сфокусировались на протянутой руке Херрмана, всё ещё окутанной электричеством!
— Херрман.
Голос Артеса был пугающе низким, каждый слог нёс в себе дыхание разрушения.
— Что ты собрался делать с моими вещами?
Лицо Херрмана мгновенно стало бледным, как бумага, протянутая рука застыла в воздухе, чёрное электричество погасло с шипением. Ужасающее давление почти лишило его возможности дышать, колени подогнулись, и он с глухим стуком рухнул на землю, дрожа всем телом.
«Вау, как быстро опустился на колени. Мне больше нравился твой прежний дерзкий вид, можешь вернуться к нему?»
— Ваше… Ваше Величество! Ваш покорный слуга… ваш покорный слуга просто из любопытства хотел проверить для Вашего Величества эту…
Он сбивчиво пытался объясниться.
— Проверить?
Артес прервал его, приближаясь шаг за шагом, каждый из которых звучал так, будто он наступал на сердце Херрмана.
— Кто дал тебе право проверять мою собственность?
«Ты всего лишь временный ухаживающий за excrement, но раз ты вовремя появился, я не буду с тобой спорить».
Он даже не взглянул на Ли Ин в корзине, но было ясно, что его могучий гнев был вызван ею.
Ли Ин перестала визжать в тот момент, когда появился Артес, и наблюдала со стороны, даже подшучивая про себя. Её маленькое сердечко всё ещё бешено колотилось, было немного… приятно?
«Хоть он и ублюдок, но когда защищает своих, выглядит довольно круто!»
Она сжалась в корзине, тайно наблюдая за прямым эфиром этой сцены, где великий босс усмирял наглеца.
Артес не дал Херрману шанса на дальнейшие объяснения, ему даже было лень слушать. Он просто холодно изрёк приговор.
— Отправляйся в Коридор Чистилища и получи триста ударов плетью. В следующий раз.
— Аннигиляция.
«Какой же ублюдок, специально сделал паузу, чтобы усилить давление».
Херрман, словно получив амнистию, был напуган до потери пульса, попятился, спотыкаясь и падая, его удаляющаяся спина выглядела жалко.
В приёмном зале снова остались только Артес и Ли Ин.
Ужасающее давление медленно отступило.
Только тогда Артес перевёл взгляд на корзину. Ли Ин немедленно подняла свою маленькую голову, стараясь изобразить я, как мне страшно, я, как мне жалко, я чуть не умерла от страха выражение лица, даже свет вокруг неё замерцал в знак слабости.
«Почему-то я чувствую себя очень коварной, наверняка это глюки».
Артес смотрел на неё несколько секунд, его взгляд был глубоким, невозможно было понять, о чем он думает. Через некоторое время он холодно заговорил, в его голосе не было никаких эмоций.
— Ты действительно умеешь навлекать неприятности.
Ли Ин: «……»
«Эй! Будь логичным! Проблемы сами пришли ко мне!»
Но она больше не издавала звуков «Чиу», лишь невинно смотрела на него своими большими глазами.
Артес, казалось, вздохнул, очень тихо, почти неслышно. Он щёлкнул пальцем.
Ещё один чёрный демонический фрукт, источающий сладкий аромат, упал в корзину, точно закатившись к её лапе.
Затем он, не сказав больше ни слова, повернулся и вернулся к трону, словно ничего не произошло.
Ли Ин смотрела на фрукт у своей лапы, затем на его холодную спину, и её маленькие расчёты снова зашуршали в голове.
«Значит… если пожаловаться (кричать) после того, как навлекла неприятности, можно получить дополнительную компенсацию (фрукт)?»
Конечно, она также понимала, что эта привилегия основана на изменчивом попустительстве Артеса.
Цена была… она, кажется, действительно окончательно стала его официально признанной собственностью.
Хотя она так не думала, она же не могла говорить! Чёртовски!
Ладно.
Пусть будет собственность.
По крайней мере, на данный момент безопасность была чрезвычайно высокой, и обращение было превосходным.
Она подняла новый фрукт, с удовольствием откусила кусочек.
«Мм, действительно сладко».