Бай Янь однажды уже обожглась, поэтому на этот раз не стала упрямиться и послушно последовала за Мэн Хэчуанем, выходя из стрельбища.
Только тут она заметила, что у самого входа на стрельбище есть неприметная маленькая арка.
Сяо Чжоу ждал их у арки. Увидев Бай Янь, он тихо извинился:
— Извините, обычно я хожу в тыл коротким путём через стрельбище, поэтому сразу забыл сказать вам, что посторонним нужно обходить через арку.
Бай Янь с укоризной взглянула на него и мысленно зарубила себе на носу: словам Сяо Чжоу можно верить лишь наполовину.
Хотя вышла небольшая путаница, но с Мэн Хэчуанем в качестве проводника действительно стало намного удобнее.
Правда, за всё приходится платить.
Наслаждаясь удобством, которое давало сопровождение Мэн Хэчуаня, Бай Янь терпеливо сносила его расспросы всю дорогу.
— Ты действительно не знаешь Тань Хэаня?
— Не знаю.
— Тогда о чём вы так долго говорили у входа на стрельбище?
— А как ты думаешь, о чём мы могли говорить?
Чем больше Бай Янь слушала, тем страннее ей казалось: почему Мэн Хэчуань так неприязненно относится к Тань Хэаню?
Неужели злодеям от природы положено противостоять главным героям?
Задумавшись, она вдруг почувствовала резкую боль в голове.
Мэн Хэчуань постучал её согнутым пальцем по макушке и холодно предупредил:
— Личность Тань Хэаня довольно особенная. На тебе и так слишком много подозрений, которые ещё не сняты. Если не хочешь добавить себе хлопот, лучше к нему не приближайся.
Бай Янь кивнула, соглашаясь на словах, но про себя думала, что он несёт чушь.
Ты же злодей, конечно, тебе не хочется видеть толпу поклонников вокруг главного героя.
Они прошли ещё немного в молчании.
Не прошло и пяти минут, как Бай Янь заметила впереди поднимающийся дымок.
— Общежитие рядом. Та самая тётушка Чжан, о которой ты говорила, должна быть там.
Бай Янь поблагодарила его, сделала пару шагов, но вернулась обратно:
— Не хочешь пойти со мной?
Она просто хотела таким образом доказать, что у неё нет никаких задних мыслей, но не подумала, что подобное приглашение может прозвучать двусмысленно.
Девушка слегка запрокинула голову, взгляд её был чист и простодушен.
Мэн Хэчуань свёрнутой ладонью прикрыл рот, кашлянул и сказал ровным, бесстрастным голосом:
— Ладно.
Охранник в дежурке общежития узнал Мэн Хэчуаня и, щёлкнув, отдал воинское приветствие.
Узнав, зачем они пришли, он вызвался проводить:
— Тётя Чжан и правда заболела, она живёт здесь.
Бай Янь постучала в зелёную деревянную дверь. В комнате послышалась возня.
— Кто там?
— Тётушка Чжан, это я, Бай Янь.
Тётушка Чжан накинула одежду и встала; открывая дверь, она всё ещё кашляла:
— Сяо Янь? Разве тебе ещё нельзя выходить из семейного корпуса? Как ты здесь оказалась? Ой, а это кто?
Мэн Хэчуань слегка кивнул, не утруждая себя объяснениями.
Бай Янь помахала в руке гостинцем и, подталкивая тётушку Чжан в комнату, сказала:
— Стемнело, на улице ветер, давайте войдём.
Планировка комнат в общежитии Авиационного отряда была примерно одинакова: четыре железные койки вдоль стен, посередине — длинный деревянный стол.
— Тётушка Чжан, вам лучше? Если бы вы тогда за мной не ухаживали, то не заразились бы от меня простудой.
Мэн Хэчуань, который стоял, опустив руки, у двери, при этих словах нахмурился:
— Когда это ты успела заболеть?
Он ведь сам привёл её сюда, откуда же ему не знать, что она болела?
Бай Янь шмыгнула носом и беззаботно пожала плечами:
— Это было несколько дней назад. Сейчас уже почти прошло, только по вечерам ещё кашляю немного.
В последнее время она жила вместе с Жуань Сяохуэй, и та втихаря строила ей разные козни.
Самое отвратительное было, когда Жуань Сяохуэй, воспользовавшись тем, что Бай Янь спит, израсходовала всю горячую воду из её термоса, из-за чего Бай Янь два дня мылась холодной водой.
В ванных комнатах восьмидесятых годов не было ни обогревателей, ни вентиляции, и Бай Янь, промокнув, замёрзла и простудилась.
Она знала, что Жуань Сяохуэй хитра, но не думала, что та настолько подла.
Когда Бай Янь в жару уже казалось, что она видит свою прабабушку, Жуань Сяохуэй даже не сообщила охраннику, просто говорила всем, что Бай Янь любит поспать.
Только тётушка Чжан, заподозрив неладное, воспользовавшись случаем, когда пришла с обедом, заглянула к ней и обнаружила, что Бай Янь, закутанная в одеяло, вся пылает так, что на ней можно было бы жарить креветки.
— Ишь ты, девонька, как же ты так можешь говорить?
Тётушка Чжан, хоть и была больна, но стоило ей вспомнить выходки Жуань Сяохуэй, как её начинало тошнить:
— Та девчонка, что живёт с тобой, — та ещё змея подколодная. Ты уже вся горела в жару, а она даже не позвала никого, чтобы принесли лекарство.
Закончив, тётушка Чжан покосилась на Мэн Хэчуаня и, намеренно понизив голос, спросила:
— Кстати, Сяо Янь, а как это ты пришла меня проведать вместе с главным инженером Мэном из отряда?
Тётушка Чжан в последнее время часто носила еду в Двенадцатый корпус и, конечно, слышала слухи о Бай Янь и Мэн Хэчуане.
Она как-то поинтересовалась, но Жуань Сяохуэй поспешила заявить, что это всё выдумки, а Бай Янь не стала возражать.
Тогда тётушка Чжан ещё подумала, что это довольно досадно.
Бай Янь не хотела, чтобы Мэн Хэчуань подумал, будто она позвала его с собой, чтобы наябедничать, но и не хотела, чтобы тётушка Чжан неверно истолковала их отношения. Поэтому она быстро перевела разговор на другую тему:
— Со мной всё в порядке, а вот вы, тётушка Чжан, вы ведь все свои лекарства мне отдали. Сами-то вы в эти дни принимали что-нибудь?
Она поставила на стол принесённую авоську:
— Сегодня случайно выпала возможность выйти, вот я и принесла вам немного лекарств и еды. Выздоравливайте хорошо.
С тех пор как погиб муж, тётушка Чжан жила одна.
В отряде вообще было мало девушек, а большинство из тех, кто попадал в культурно-художественную группу, были барышнями, задравшими нос кверху.
Они никогда не обращали внимания на таких одиноких людей, как тётушка Чжан.
И вдруг находится молодая девушка, которая отвечает на её доброту, — тётушка Чжан, конечно, обрадовалась.
Она снова засунула принесённые Бай Янь вещи обратно в авоську:
— У меня всегда было крепкое здоровье. Поболеть несколько дней — не велика беда, не такая уж я неженка! Это всё — сухое молоко, мёд — хорошие вещи, оставь себе.
Бай Янь промычала что-то невнятное и, смутившись, скользнула взглядом по лицу Мэн Хэчуаня.
Ведь это сухое молоко и мёд прислал он, а она, даря их, даже не упомянула его заслуги.
К счастью, Мэн Хэчуань никогда не придавал значения подобной славе и даже поддержал её:
— Раз уж это гостинец для больного, нет причин забирать его обратно. Оставьте себе.
Бай Янь тут же подхватила:
— Да-да, и у меня ещё будет!
Прикинув, что время уже подходит, Мэн Хэчуань взглядом дал Бай Янь понять, что пора уходить.
Перед уходом тётушка Чжан отозвала Бай Янь в сторону:
— Так ты идёшь с главным инженером Мэном на сегодняшний семинар? Я слышала, что там преподаватели из Университета Цзинчжоу — сплошь иностранцы, и ты собираешься идти в этом?
Бай Янь запахнула широкое пальто:
— В этой одежде теплее всего.
К тому же она вряд ли будет сегодня в центре внимания, кому какое дело до того, во что она одета?
Она отнеслась к этому легкомысленно, но тётушка Чжан была другого мнения. Она виновато улыбнулась Мэн Хэчуаню:
— Главный инженер Мэн, раз уж сегодня такой важный случай, негоже девчонке идти с вами такой чумазой. У меня тут как раз есть несколько платьев из моей молодости. Может, я помогу ей переодеться?
Мэн Хэчуань невольно скользнул взглядом по короткой кофточке на талии Бай Янь, не стал возражать и вышел за дверь ждать.
Отказываться было неловко, к тому же Бай Янь не хотела, чтобы тётушка Чжан подумала, будто она брезгует её одеждой, поэтому согласилась.
Тётушка Чжан порылась в старом сундуке из камфорного дерева и достала красное платье с запахом, на бретельках, с V-образным вырезом.
Бай Янь, принимая платье, удивлённо моргнула и с улыбкой воскликнула:
— Тётушка Чжан, у вас и такое есть?
— Ещё бы, — тётушка Чжан задёрнула занавеску и поторопила Бай Янь переодеваться. — Это платье муж выписал мне из-за границы после нашей свадьбы. Жалко только, что потом он погиб, и я его ни разу не надела...
Тётушка Чжан не хотела передавать Бай Янь свою печаль и тут же снова улыбнулась:
— Я заметила, что главный инженер Мэн сегодня не в форме, а в костюме. Если ты наденешь это платье, оно будет очень хорошо смотреться с его нарядом.
Когда Мэн Хэчуань пошёл за Бай Янь, он при случае переоделся с рабочего комбинезона, который был на нём днём, на сшитый вручную костюм.
Когда они шли от стрельбища, Бай Янь несколько раз украдкой взглянула на него: его холодный, отстранённый вид, строгое и суровое выражение лица, когда он молчал, излучали зрелую уверенность и надёжность.
Неудивительно, что такого человека называют господином Мэном.
— Тётушка Чжан, не поймите неправильно, мы с ним...
Бай Янь открыла рот, чтобы объясниться, но в дверь постучали, и раздался спокойный голос:
— Бай Янь, поторапливайся.
Она взглянула на часы: уже половина шестого, время действительно поджимало.
Все девушки любят красиво одеваться, и Бай Янь не стала жеманиться. Она искренне поблагодарила тётушку Чжан, взяла платье и пошла переодеваться в ванную.