Поместье клана Е.
— Кранты! Кранты, Господи Боже…
— Бежать надо, бежать, не уйдём — костей не соберём…
В роскошном поместье Е беспрестанно разносились торопливые, панические голоса, эхом разносясь под сводами.
У большой кровати из золотистого нанму торопливая фигура быстро увязывала вещи, готовясь к бегству. Этим человеком был Е Фэйюнь.
Крупные капли пота одна за другой срывались вниз, лицо было мертвенно-бледным. В руках он держал тёмный холщовый мешок, перед ним лежала стопка сменной одежды, золото, серебро, мелкие драгоценности, ассигнации и украшения — всё было разложено в изобилии.
— Быстрее, быстрее!
— Ещё немного, и не выбраться!
Движения Е Фэйюня становились всё быстрее, чуть ли не расплывались, скорость рук была как ветер.
Ранее в Дворцовом зале этот старый правитель Му Тяньхао не только пообещал выдать за него замуж свою дочь, но и засадил в Большую тюрьму главного героя Лун Аотяня!
Согласно первому закону вселенной главных героев, им и голову отруби — и то не факт, что умрут, а уж простая тюрьма — это вообще пустяк! Может, он сейчас откуда ни возьмись выскочит и всех его родных перебьёт!
— Батюшка, батюшка, ну на кого ты нарвался? Зачем тебе понадобилось задевать этого Лун Аотяня?!
Е Фэйюнь тяжело вздохнул, снова ускоряясь. Он хватал и ассигнации, и украшения с такой скоростью, что глазах рябило.
За дверью, на серых каменных ступенях, сидели на корточках двое слуг. У них были странные лица. Позади возвышались две каменные статуи львов в половину человеческого роста, с оскаленными пастями, от одного взгляда на которые бросало в дрожь. Красная дверь была плотно закрыта, изнутри доносилось бормотание Е Фэйюня, которое то затихало, то возобновлялось, никак не желая стихать.
— Слышь… наш молодой господин, никак, уже целый день и ночь так бормочет?
— Вроде да… Может, рехнулся?
Двое слуг перешёптывались, переглядываясь с полным недоумением. Ранее, когда Е Фэйюнь вернулся, они узнали, что Его Величество соизволил выдать за Е Фэйюня Шестую принцессу, Золотую ветвь и нефритовый лист. Судя по прежнему характеру их господина, он должен был бы сейчас ликовать и закатить пир горой на три дня и три ночи. А он вместо этого заперся в доме и всю ночь не выходил! Разве не странно? И всё бормочет, бормочет — с самого рассвета до полудня. Разве не чудно?
— Может… он средь бела дня с призраком столкнулся? — предположил один.
— Не знаю…
— Кхе-кхе!
Внезапно раздался отчётливый кашель, от которого оба мигом прикусили языки и подняли головы. Перед ними стоял Е Дашань. Он уже переоделся из придворного платья в одежду, подобающую богатому сельскому хозяину, поглаживал бороду и с суровым видом смотрел на них.
— Вы чего там шушукаетесь?!
— Ни… ничего…
— Господин!
Оба торопливо, дрожа, принялись оправдываться.
Е Дашань скользнул взглядом по их перепуганным лицам, но допытываться не стал, лишь с недоумением покосился на запертую дверь.
— Я вас спрашиваю!
— Молодой господин с тех пор, как вошёл, так и не выходил?
— Так точно! — в один голос, твёрдо ответили оба.
— Странно… — Е Дашань погладил бороду, озадаченно хмурясь. Он никак не мог взять в толк: разве не должен его сын сейчас вне себя от радости созвать своих приятелей-бездельников и пуститься в загул? Зачем он заперся в этой комнате? Похоже, тут что-то не так!
— Ладно, ступайте! — Е Дашань махнул рукой. Слуги, будто получив небесную милость, стремглав бросились прочь.
Е Дашань удивился ещё больше!
— Юньэр…
Он шагнул на каменную ступеньку своей тяжёлой поступью, и в тот же миг запертая дверь распахнулась, подняв порыв ветра. Следом из неё, озираясь по сторонам, выскользнул Е Фэйюнь с узлами и свёртками и столкнулся нос к носу с Е Дашанем!
Они вытаращились друг на друга, отец с сыном застыли на месте!
— Ты… ты чего это?! — опешил Е Дашань, не веря своим глазам.
— Батюшка! — Е Фэйюнь поднял глаза, узнал своего горе-отца и, вздохнув, поторопил:
— Бежим скорее!
— Ещё немного — и будет поздно!!
Сейчас, помимо того, что на них взирал со звериной злобой беспощадный убийца Лун Аотянь, клану Е грозило полное уничтожение! Согласно записям в первоисточнике, после того, как Лун Аотянь в Дворцовом зале изобьёт его, Е Фэйюня, до полусмерти, Е Дашань в ярости ввяжется в смертельную схватку с Лун Аотьнем. Но кто такой этот Лун Аотянь? Сущий главный герой в несокрушимой броне! Очень скоро, по стечению обстоятельств, всплывёт грандиозное дело о казнокрадстве клана Е!
За эти годы Е Дашань торговал должностями и чинами, всё норовил набить мошну, уворовав серебра на целый миллиард лянов! Что это значит? Другими словами, хватило бы на то, чтобы десять раз откупить голову Е Фэйюня, да ещё и осталось бы!
Е Фэйюнь подумал про себя: батюшка, не вини сына за жестокость, мы с тобой люди случайные, давай-ка собирайся и беги, каждому своя шкура дороже!
Этого, конечно, нельзя было говорить Е Дашаню вслух, только намёком да намеком! Смысл всего этого тот должен был уловить сам!
— Это что ещё значит?! — Е Дашань нахмурился, поглаживая бороду. Он заметил, что сын подмигивает ему, и его тут же взорвало! Решив, что тот опять собрался кутить, он рявкнул:
— Стоять!
— Тебе что-то ещё надо?! — обернулся поражённый Е Фэйюнь, уже спустившись на первую ступеньку.
Тебе что-то ещё надо!
Е Дашань пришёл в ярость, его прямо затрясло.
— Я тебе говорю! И думать забудь шататься! Я, твой отец, под таким напором выбил для тебя эту свадьбу, а ты хочешь всё испортить!
— Я тебя тогда так приберу, мало не покажется!
— Чего?! — оторопел Е Фэйюнь.
— Ещё корчишь из себя незнайку! — Е Дашань отлично знал натуру своего сынка. Мало ли что тот нёс в Дворцовом зале! Е Фэйюнь — тот ещё бездельник и дармоед! Он, родной отец, что же, его не знает, что ли!
— Хватит мне тут чепуху пороть! — Е Дашань хлопнул в ладоши: — Эй, люди! Взять молодого господина под стражу! Без моего приказа — ни шагу из поместья!
— Слушаемся!
Тотчас из-за ворот, твёрдой, чеканной поступью, вошла группа рослых слуг. Все в чёрных одеждах, с могучими спинами, осиными талиями и жилистыми ногами, руки у них толщиной едва ли не с бедро Е Фэйюня.
— Молодой господин!
Впереди шёл здоровенный детина, с виду как медведь. Встанет где — ну чисто гора.
Е Фэйюнь от страха аж вздрогнул:
— Мать честная!
— Прощения просим, молодой господин! — Е Дин поклонился и, кинув сочувственный взгляд, с почтением произнёс. Остальные слуги тоже смотрели на него с немым сожалением.
— Что встали? А ну, живо проводите молодого господина в дом!
— Есть! — быстро кивнул Е Дин.
И прежде чем Е Фэйюнь опомнился, его подхватили под руки здоровенные мужики и потащили обратно в комнату.
Настала полная кутерьма!
— Вы чего творите?! Вы чего творите!!
— Прощения просим, молодой господин!
— Тащи!
— Заприте дверь! Принесите самый большой замок!
— …!