Небесный Дворец Мерцания располагался в самой высокой точке Инду, и его также называли Небесным Дворцом Закатной Зари.
В час заката, когда солнце клонилось к горизонту, можно было увидеть, как огромные алые облака подступают к самому небу. Над дворцом кружило несколько одиноких диких гусей, и каждый раз в это время они перелетали с одного края дворца на другой.
Большинство из тех, кто впервые попадал в Небесный Дворец Мерцания, покорялись этой красоте, давая ему название Небесный Дворец Закатной Зари.
Минцзюэ, владелец Небесного Дворца Мерцания, в этот момент допивал бокал вина, полулёжа на собственном Ложе из мягкой яшмы, и с видом полного спокойствия ждал.
Немного погодя в главный зал донеслись звуки боя. Наёмники, мнившие себя праведниками, оказались чуть сильнее людей Минцзюэ. Оказавшись в таком положении, Минцзюэ ничуть не удивился.
К тому же он уже давно придумал для себя достойную смерть.
Была как раз пора заката. Кровавый свет окрасил землю в багрянец, вторя закатным облакам, и от этого веяло какой-то щемящей грустью увядания. Огромный пожар перекинулся с восточной стороны Небесного Дворца Мерцания на западную, дотла выжигая всё добро, которое Минцзюэ копил долгие годы.
С некоторой болью подумал он.
Ведь это были балки из Духовного дерева с Гребня Пристанища, пол, выложенный плиткой из Тёплой яшмы Восточного моря, ковёр из шкуры вымершего Духовного зверя…
В старости лет — убивать так убивай, но зачем ещё и поджигать гору? Что, хотите показать, какие вы герои?
Чтоб вам ночью всем в постель мочиться.
Поругавшись так немного, Минцзюэ почувствовал себя легче.
Вокруг вдруг стало тихо, звуки боя постепенно затихли. Минцзюэ понял, что эти люди, должно быть, уже стоят за дверями его опочивальни.
Как и следовало ожидать, какой-то смельчак вышиб его дверь ногой, и толпа с грозным видом ворвалась внутрь.
Они, наверное, не ожидали, что Минцзюэ встретит их так спокойно, и готовились к жестокой схватке. Кто же знал, что Минцзюэ распахнул двери и просто лежит на кровати, поджидая их.
Эта странная картина заставила их переговариваться между собой мысленно: «Осторожно, тут засада!»
Все на мгновение замерли, не решаясь действовать опрометчиво, и затаили дыхание в ожидании.
Чего ждали — Минцзюэ мог догадаться и без подсказок. Конечно же, Юй Чанъаня, с которым он враждовал всю жизнь.
У старого Юя всё было хорошо, кроме одного — он был чересчур добреньким. Если по логике сюжета Минцзюэ уже давно не мог с ним справиться, то именно благодаря этой своей черте тот умудрился дожить до самой последней серии.
Минцзюэ знал свою роль: он злодей. Вот он и приставал к старому Юю, то и дело лишая его то одного подручного, то одной наложницы.
Кстати говоря, он уже давно не видел старого Юя. Наверное, тот был занят зачисткой его остатков сил.
Только подумал о нём — и он тут как тут.
Юй Чанъань был одет в одеяние главы Школы Духовного Меча.
Видимо, заодно с зачисткой старый Юй получил и повышение. В прошлую их встречу он ещё носил одеяние старейшины.
Как только он появился, у праведников явно появился предводитель, и все взгляды устремились на Юй Чанъаня.
Минцзюэ сказал:
— Раз пришёл, располагайся, чувствуй себя как дома.
Юй Чанъань и впрямь выбрал место наугад и сел.
Он демонстративно проигнорировал встревоженные взгляды своих людей.
Минцзюэ примерно понимал, что они хотят сказать: «Осторожно, засада!», «Старый лис Минцзюэ полон коварства, глава, не поддавайся на уловку!»
Надо признать, эти подручные слишком демонизировали его. Он был самым обычным злодеем, не таким уж хитрым и мудрым, иначе не оказался бы в положении, когда его зачищают эти глупцы.
Но вид у Юй Чанъаня был какой-то безмятежный, словно он решил принять всё как есть, и он даже дружелюбно с ним поздоровался.
— Давно не виделись. Как поживаешь, брат Мин?
Ты привёл шесть кланов штурмовать мой Небесный Дворец Мерцания, а ещё спрашиваешь, как я поживаю?
Пошёл ты к чёрту.