— Вам не нужно беспокоиться, я сам справлюсь, — проговорил он, сдерживая зуд в горле. Его глаза покраснели от гнева, и он подумал, что если бы не видел другую его сторону в последние дни, то мог бы обмануться. Он сохранял безразличный вид.
Фэй Линьэнь опустил взгляд и приложил кулак к левому плечу. — Да.
Когда высокая фигура Фэй Линьэня исчезла за углом, Цюн Насы шумно вздохнул и поспешно наложил на себя светлую магию, шепча себе под нос: «Почему Хеланди до сих пор не действует».
Человек за углом на мгновение остановился, а затем неторопливо пошёл дальше.
Лу Лань и существо перед ним уставились друг на друга. — Адская трёхголовая собака? — удивлённо спросил он.
Серое существо радостно завыло и бросилось в объятия чёрноволосого юноши, тёрлось об него, как ребёнок.
Да У, увидев это, немедленно пришёл в ярость. Какая тварь смеет отбирать у него Лань-Лань!!
Он принял решение и тоже бросился в объятия Лу Ланя, издав при этом звук «ау-ау-ау».
Так, он обнял их всех разом.
Лу Лань, не зная, плакать ему или смеяться, вытащил серое и белое существо из своих объятий.
Этот серый комок шерсти, непонятно, волк это или собака, выглядел маленьким и милым, но в воспоминаниях оригинального владельца он был адской собакой, способной сражаться на равных, воинственной и любящей потасовки.
Уменьшенная адская собака, которую подняли, смотрела на Лу Ланя влажными глазами и издавала скулящие звуки. Да У хотел вытолкнуть эту вонючую собаку, но, повернув голову, увидел ошеломлённого Лу Ланя.
— Что случилось? Лань-Лань?
Лу Лань рассеянно пришёл в себя, прикусил губы и покачал головой. — Ничего.
Его светлые пальцы нежно погладили шерсть адской собаки. Он опустил взгляд, задумавшись о чём-то.
Пока тень тихо не накрыла его, рука опустела, комок шерсти оказался в руках Фэй Линьэня.
Его изумрудно-зелёные глаза встретились с взревевшим адской собакой, которая обнажила клыки. Не обращая внимания на его борьбу, он спросил: — Что это?
Лу Лань не изменил выражения лица. — Просто молодой волк, отбившийся от стаи. — Он протянул руку. — Верни мне.
Но вместо этого его мягко притянули и заключили в тёплые объятия.
Ты — моя вера (девять)
Фэй Линьэнь нагло обнял Лу Ланя одной рукой, приближая его к себе, а другой рукой взял его ладонь и поднёс к губам.
Под взглядом Лу Ланя он неторопливо провёл по уголку губ. Влажное прикосновение скользнуло между пальцами. Улыбка в глазах Фэй Линьэня была подобна соблазнительному яблоку из Эдема.
Святые рыцари: Ужас! Господин Фэй Линьэнь снова опаздывает!
Адская собака, окутанная элементом Света и парящая в воздухе: !!!
…
Шумная улица внезапно замерла. Девушка с кувшином в руках перестала звонко смеяться и, следуя взглядом своей подруги, посмотрела на городские ворота.
Там показался отряд рыцарей в серебристо-белых доспехах.
Жители добровольно расступились, словно Моисей, разделивший море, и благоговейно смотрели на повозку.
Встречая следующего наследника главного города.
Но больше внимания привлёк человек в руках Святого Рыцаря, закутанный с ног до головы, лишь наполовину виднелось изящное лицо.
У широких и величественных врат церкви уже давно ждали высокопоставленные священнослужители. На их лицах появились радостные улыбки. Святой Сын — самый близкий к богам!
Епископам было неудобно показываться на публике, поэтому им представилась возможность увидеть святое лицо с первого взгляда.
Стремясь принять их, священнослужители не заметили, как в церковь вошёл неуместный человек.
С тех пор, как Фэй Линьэнь вошёл в церковь, он больше ни на кого не обращал внимания. Он поджал губы и, обняв послушного человека, направился к своему жилищу.
По пути ему встречались люди, в ком любопытство смешивалось с негодованием. Изящная служанка, сжимая в руке роза из шипов.
Какой же мелкий чертёнок смог понравиться господину Фэй Линьэню!
В роскошном и торжественном зале на каждой колонне были вырезаны изваяния божеств с различными выражениями. Под разным освещением каждый верующий, входящий сюда, мог почувствовать немой взгляд изваяний.
Цюн Насы сложил руки и молился перед статуей Богини Света. Старый Папа взял святую воду и окропил его, снимая усталость от путешествия.
Цюн Насы закрыл глаза и медленно произносил слова молитвы.
Постепенно звуки вокруг него утихли.
Он слегка нахмурился, но вдруг почувствовал, как тёплая сила коснулась его лица. Открыв глаза, он увидел, что зал пуст.
— Бог? — изумлённо спросил он.
В отличие от радостного голоса Цюн Насы, голос Богини Света был невероятно холоден. — Завтра коронация. Приведите Фэй Линьэня и Хеланди к центральному алтарю.
Цюн Насы замер на мгновение. И только когда статуя потускнела из-за потери связи с божеством, он растерянно нахмурился.
— Зачем ты здесь? — Лу Лань поднял взгляд и посмотрел на серебристоволосого Святого Сына, который развязно вошёл в комнату.
Цюн Насы пожал плечами. Он осмотрел комнату, но не нашёл Фэй Линьэня, и, скривив губы, сказал: — Я пришёл сообщить тебе, что завтра нужно прийти к алтарю. — Не дожидаясь ответа Лу Ланя, он таинственно указал пальцем на небо и прошептал: — Это воля Бога, знаешь ли.
— Лань-Лань, мы действительно идём? — Да У с безразличным видом уставился на Святого Сына Света, который врезался в стену. Издалека всё ещё был слышен его бормотание: — Как я мог забыть, что больше не могу проходить сквозь стены.
Глаза Лу Ланя потемнели, уголки губ изогнулись в улыбке. — Это ведь его приглашение.
Коронация Святого Сына была чрезвычайно торжественным ритуалом для Главного города света.
Улицы сияли отпраздничной атмосферой, люди нарядно одетые, толпились, спеша к центральному алтарю, боясь не занять лучшие места.
Лу Лань поднял голову. На площади, в центре, стояла статуя Богини Света, на голове у неё был венок, символизирующий мир, а в руке она держала длинный меч.
Почему-то он всегда чувствовал, что статуя Богини Света была немного странной: лицо застывшее, а резные черты выдавали полную холодность и безжалостность, что полностью противоречило учению Света.
Но окружающие верующие не чувствовали ничего необычного.
Он опустил взгляд и не заметил, как глаза статуи Богини Света странно дёрнулись, медленно сместились вниз и сфокусировались на Лу Лане. Губы, которые должны были быть нежными, растянулись в загадочной улыбке.
Ты — моя вера (десять)
Сверкающая арфа и орган слились в симфонии, вторя пению священнослужителей. Искренние верующие сложили руки и закрыли глаза.
С всё большим накоплением силы веры, статуя Богини Света постепенно начала излучать святое сияние.
Цюн Насы, облачённый в тяжёлые ризы, шаг за шагом поднимался на алтарь. Папа, держа корону, с улыбкой в уголках глаз, предложил ему склонить голову.
— Поздравляю тебя, дитя Бога, теперь ты можешь выбрать своего рыцаря-хранителя.
Цюн Насы перевёл взгляд на ряд аккуратно стоящих Святых Рыцарей.
Рыцарь, сопровождавший его, непроизвольно уклонился взглядом, почти желая отступить назад.
Незнающие же Святые Рыцари в своих глазах выражали неистовое рвение, но увидев перед собой господина Фэй Линьэня, не могли не вздохнуть с сожалением. Святой Сын, вероятно, выберет самого выдающегося Капитана Рыцарей.
Как и ожидалось, Цюн Насы бросил взгляд на Хеланди, скрывшегося в толпе, в его глазах мелькнула злоба. Он изящно поднял руку и, с высокомерным видом, как будто даруя милость, указал на Фэй Линьэня: — Я выбираю его.
Взгляд Фэй Линьэня постепенно сфокусировался на Цюн Насы. Эмоции в его глазах были неясны. Долго прождав, под завистливыми взглядами всех, он уверенной походкой направился к центру алтаря.
Адская собака взвыла. Почему-то человек, обнимавший её, сжал руки чуть сильнее.
Она хотела лизнуть хозяина, чтобы угодить ему, но Лу Лань убрал руку, молча отвергнув её.
Да У ехидно взглянул на бесстрастного Лу Ланя. — Говорят, чтобы стать рыцарем-хранителем, нужно подписать контракт.
Лу Лань поднял взгляд. Серебристые волосы Святого Сына были почти нереально красивы. Как только контракт будет подписан, могучий рыцарь даже своей жизнью будет жертвовать ради него.
Люди на расстоянии полуметра от него инстинктивно отступили на несколько шагов, чувствуя, как давление в воздухе слегка понизилось. Этот человек в странной одежде.
Цюн Насы поднял руку, ожидая поцелуя руки от Фэй Линьэня. Боковым зрением он заметил мрачного Тёмного Сына и, усмехнувшись, продолжил.
Сила веры, окутывающая статую Богини Света, становилась всё сильнее.
Верующие расширили глаза, даже Папа потерял дар речи и дрожащим голосом воскликнул: — Богиня Света явилась!
Мощный элемент Света собрался с видимой скоростью. Алтарь, который уже начал шевелиться, отодвинулся.
— Это Богиня! — толпа на мгновение зашумела, а затем мгновенно затихла. Взволнованно они быстро произносили молитвы, ожидая снисхождения благословения.
Фэй Линьэнь почувствовал удар в сердце. Он увидел знакомое лицо в толпе! И это было вовсе не благословение, острая сила Света явно была направлена на Хеланди.
Он тут же отреагировал и хотел броситься к Лу Ланю, но его путь преградила стена Света.
Цюн Насы улыбнулся. — Капитан Рыцарей, куда вы собрались?
Фэй Линьэнь обернулся. Его холодные глаза уставились на Цюн Насы, и он тут же позвал в голове: «Служба поддержки 445, загрузи игру заново».
Электронный женский голос, неизменный на протяжении тысячелетий: «Ошибка данных».
Фэй Линьэнь слегка нахмурился. Периферийным зрением он заметил неподвижного Лу Ланя. Его всегда ровный тон неосознанно усилился, и он повторил: «Служба поддержки 445, загрузи игру заново!»
«Ошибка данных».
«Выйти из мира!»
«Ошибка данных».
Прежде чем Фэй Линьэнь успел в третий раз повторить, резкий электронный женский голос внезапно зашипел. Он был вынужден отключиться от службы поддержки.
— Создатель. — Зловещий голос, подобный ядовитой змее, внезапно ворвался в ухо Фэй Линьэня. Он замер, поднял взгляд и обнаружил, что противостоящий ему Цюн Насы, казалось, ничего не слышал.
Фэй Линьэнь холодно спросил: — Кто ты и каковы твои намерения?
Цюн Насы ошеломлённо моргнул и указал на себя. — Я Цюн Насы.
Ты — моя вера (одиннадцать)
Хозяин голоса внезапно рассмеялся, с издёвкой говоря: — Я Бог этого мира. Удивлены? Мир виртуальной игры породил Бога и собственное сознание.
Глаза Фэй Линьэня дрогнули. Он услышал, как голос продолжал звучать вокруг него: — Ты создал этот мир, но позволяешь посторонним приходить и разрушать его. Ваша так называемая «стратегия» — это мои подданные, становящиеся игрушками.
— Отпусти Хеланди, и я остановлю функционирование Мира Святого Патрика, когда выйду. — Фэй Линьэнь попытался начать переговоры, но эфемерный голос странно рассмеялся.
— Нет, вы не выйдете. Жаль только, что один убежал.
Сила Света, бушуя, хлынула на Лу Ланя, склонившего голову. Вспыхнул ослепительный свет, и все на мгновение ослепли.
Когда они наконец смогли восстановить зрение, оглушительный рёв взорвался у них в ушах.
Трёхголовая адская собака из Преисподней, вся чёрная, ступая по чёрному пламени, три пары алых глаз, смотрящих в разные стороны, источали злое сияние.
Чёрная человеческая фигура стояла на средней голове, черные длинные волосы развевались на ветру. Чёрные узоры, распространяющиеся от левого глаза, расцветали на его изысканном, наполовину скрытом лице, как цветок бездны.
Очаровательный до безобразия.
— Это Тёмный Сын Хеланди! — выкрикнул кто-то.
Мгновенно, словно камень, брошенный в воду, толпа закричала и разбежалась. Люди из церкви на мгновение ошеломлённо застыли, но их хорошая подготовка позволила им быстро перейти в боевое состояние.
Да У замер. Информация, полученная от системы, привела его в замешательство. После долгого молчания, с ужасом он произнёс: — Что означает «Мировое сознание»!! Даже принудительный выход невозможен.
Голос Богини Света фальшиво, неторопливо угрожал Лу Ланю: — Исполнитель задачи, убей Фэй Линьэня, и я позволю тебе покинуть мир.
— Надоедливый, — холодно усмехнулся Лу Лань. — Почему бы тебе самой не сделать это?
Мировое сознание не могло вмешиваться в ход мира. Богиня Света могла только таким образом подстрекать его убить Фэй Линьэня.
Только он и Да У не понимали, почему Мировое сознание так сильно желало смерти коренного жителя Фэй Линьэня.
Голос Богини Света на мгновение замолк, а затем, в ярости, пригрозил: — Тогда оставайся здесь навсегда.
В глазах Лу Ланя не было ни строящейся толпы церкви, ни подготовленных к бою. Он смотрел на них сверху вниз, его положение поменялось с Фэй Линьэнем того дня. Его разноцветные глаза безразлично смотрели на него.
Я стою во тьме, ты придёшь?
Мир Фэй Линьэня, казалось, внезапно потерял свет, его глаза наполнились чёрным божеством.
Ночь безмолвно распространяла соблазн, его хриплый голос внезапно раздался: — И что, если мы не сможем выбраться? — На лице Фэй Линьэня появилась тень одержимости. Его взгляд, полный восторга, устремился на Хеланди. — Моя вера здесь.
Церковные служители, не понимающие происходящего, не заметили странности Фэй Линьэня. Папа холодно крикнул: — Капитан Рыцарей! Чего вы застыли?
Цюн Насы, стоявший ближе всех, видел, как рука рыцаря, держащая меч, покраснела. Его глаза внезапно сузились, и он непроизвольно отступил назад.
Однажды отвернувшись от Света, он больше не сможет владеть мечом Святого Рыцаря!
Он нанёс последний удар, только чтобы пробить светлую магию Святого Сына.
Фэй Линьэнь, под недоуменными взглядами толпы, двинулся к Тёмному Сыну. С каждым шагом его доспехи менялись.
Серебристо-белый стал угольно-чёрным. Ветер развевал его золотистые волосы, и было видно, как Священная Метка на его шее была поглощена тьмой.
Капитан Святых Рыцарей, обладающий невероятной боевой мощью, предатель! — подумали все в унисон.
Снежинки в уголках глаз Лу Ланя растаяли. Он сжал усмешку и протянул ему руку.
Фэй Линьэнь взлетел, встал на недовольную адскую собаку и с благоговением поцеловал её. Его глаза были искренними, но голос звучал хрипло: — Очень хочу увидеть, как Принц будет плакать для меня на кровати.
Ресницы Лу Ланя, тонкие и курчавые, дрожали, он отдёрнул руку и безразлично сказал: — Ещё даже не ясно, сможем ли мы выбраться отсюда.
Ты — моя вера (двенадцать)
Фэй Линьэнь обнял Лу Ланя и вместе они посмотрели вниз. Папа и епископы уже начали петь заклинания. Люди на площади были разогнаны, остались только Святые Рыцари, стоящие в боевой готовности и плотно окружившие их.
Эти двое, по сути, открыто бросили вызов в самом сердце Главного города света.
Адская собака, следуя воле хозяина, медленно опустилась, её острые когти нетерпеливо скребли землю.
Лу Лань внезапно тихо рассмеялся. — Ты сожалеешь?
Фэй Линьэнь внимательно рассматривал его прекрасное наполовину лицо. Спустя некоторое время он положил руку на его плечо и наклонился, чтобы поцеловать этот странный узор.
Ухо достигло влажного прикосновения. Лу Лань отчётливо услышал нежный и обожающий голос Фэй Линьэня: — О чём сожалеть? Где ты, там и рай.
Группа людей внизу, напряжённая до боли в мышцах, видя, как двое беззаботно флиртуют, почти разозлилась до того, что руки, держащие оружие, дрожали.
До чего же здорово иметь партнёра! Разве вы не знаете, что злодеи умирают из-за болтовни!
Человек рядом с Ни Эрсэнем уловил что-то неладное и с сомнением спросил: — Ни Эрсэнь, что с тобой?
Глаза Ни Эрсэня дрогнули. Он отвёл взгляд от двоих наверху и низким голосом сказал: — Ничего, сосредоточься.
Никто не заметил, как его рука, державшая меч, слегка дрожала.
Да У замер от шока, недоверчиво произнеся: — В такое время! Он всё ещё настроен говорить такие слащавые вещи!
Прежде чем они успели продолжить, разгневанные зрители собрали светлую магию и ринулись на них.
Три пары глаз адской собаки злобно сверкнули. Она бросилась вперёд без страха.
Светлая магия, хоть и была ослепительной и хаотичной, но, надо признать, имела огромную разрушительную силу. На какое-то время Лу Лань и Фэй Линьэнь тоже получили ранения.
Адская собака лежала на земле, облизывая лапу. В щелях была полно человеческой плоти.
Неожиданно.
Сзади внезапно возникло твёрдое тело. Фэй Линьэнь тихонько охнул. Лу Лань, будто что-то почувствовав, его глаза резко сузились. Он отвернулся и увидел бледное лицо Фэй Линьэня. Стрела светлой магии пронзила доспехи и выскочила из его груди.
Красно-сутаннированный епископ, напавший на него, замер, глядя на Лу Ланя. Прежде чем он успел закричать, он превратился в высохшую кость.
Лу Лань, поддерживая Фэй Линьэня, испуганным, которого он сам не заметил, голосом произнёс: — Фэй Линьэнь, Фэй Линьэнь… — Адская собака, увидев это, взвыла, подняв голову, и, волоча своё израненное тело, яростно бросилась вперёд, отталкивая Святого Рыцаря, пытавшегося напасть.
Потеряв хладнокровие, Лу Лань почувствовал, как вокруг него что-то стало меняться. Время, казалось, замедлилось. В ушах внезапно раздался голос: «Исполнитель задачи…»
Злоба в глазах Лу Ланя почти стала осязаемой. — Заткнись.
«…»
Вскоре голос снова осторожно прозвучал, испытывающе: «Помоги мне».
Да У явно тоже услышал этот голос. В отличие от прежнего злобного голоса Богини Света, этот голос был явно слабее и мягче.
Лу Лань не мог уделять ему внимания. Да У внезапно спросил: — Кто ты?
— Я — Богиня Света и Мировое сознание.
— Тогда что было сейчас?
— Это была Богиня Тьмы. Она обманом поглотила мою энергию, но из-за противоположности стихий, её истинное тело сейчас очень слабо, и она может только подстрекать вас, пришельцев, убивать друг друга, чтобы поглотить души.
Лу Лань явно тоже услышал объяснение Мирового сознания. Он посмотрел на левую ногу адской собаки, которая почти сломана, и на зелёные глаза Фэй Линьэня, которые из-за кровопотери выглядели немного затуманенными, и внезапно сказал: — Отдай мне свою последнюю силу.
Богиня Света замялась, казалось, ей было очень нежелательно, даже немного обидно. — У меня осталось совсем немного.
Лу Лань выделил тёмный элемент и окутал им Фэй Линьэня, безразлично сказав: — Либо умрём вместе, либо отдай силу.
«Это…»
Ты — моя вера (тринадцать)
— Хорошо. — Богиня Света колебалась лишь мгновение, а затем немедленно согласилась. — Но рыцарь, которого ты держишь на руках, скоро умрёт.
Рука Лу Ланя замерла. Он неявно взглянул на Да У. — У меня есть свой способ.
Опомнившийся Да У взъерошился: — Что ты снова собираешься делать!
— Пока Богиня Тьмы будет устранена, задание будет выполнено, — Лу Лань не успел договорить, как Да У закрыл уши. — Не слушай, не слушай, в прошлом мире ты тоже… — Му-му-му! — Внезапно его словно схватили за горло, и он замолчал на полуслове, его тело дрожало.
Лу Лань нахмурился. — Кто наложил на тебя заклятие молчания?
Да У закатил глаза. Когда он проглотил слова, он закашлялся. После секундного молчания его нежный голос внезапно стал резким: — Я не разрешаю тебе отдавать ему свою энергию!!
Богиня Света внезапно слабо вклинилась: — Это, вы не сможете его спасти. Это просто виртуальный мир игры, ваша сила здесь бесполезна. Если он умрёт, тело в реальном мире будет немедленно объявлено мёртвым.
Лу Лань нахмурился. — Какой виртуальный мир игры?
Напротив, выражение лица Да У застыло. Он заикаясь произнёс: — Ты ты ты говоришь, что это просто виртуальный мир игры?
Богиня Света едва заметно вздохнула. — Помогите мне вернуть тело, и я отправлю его обратно. Я расскажу вам всё позже, сейчас самое главное — разобраться с Богиней Тьмы.
— Запомни, я запер её в статуе Богини. Это её слабое место.
С её словами, шум вокруг внезапно ворвался в уши Лу Ланя. Святое сияние окутало его, странно контрастируя с его демонической внешностью, но не казалось неуместным.