Поскольку действительно не было веских доказательств их романа, а также не было снижения успеваемости или других плохих поступков в последнее время, завучу оставалось только наставить их и отпустить.
— Спасибо, господин Ли. Мы с Цинь Нуном действительно просто хорошие друзья. Помогаем друг другу в учёбе, дружим в жизни!
Шэн Цици хлопнула себя по груди и дала торжественное обещание.
Хоть её намерения и не были чисты, но путь был именно таким, а что касается результата...
Он ведь ещё не наступил!
К тому же, по крайней мере, со стороны Цинь Нуна всё было невинно.
Поэтому, даже будучи стороной с нечистыми намерениями, Шэн Цици оставалась совершенно спокойной. Глаза её излучали искренность, лицо было уверенным, так что господин Ли, он же завуч, не мог ничего больше сказать.
Хотя Цинь Нун на самом деле был не таким уж невинным, как ей казалось...
...
Вырвавшись из-под гнёта господина Ли, Шэн Цици расслабилась, глубоко выдохнула и бессознательно обхватила руку Цинь Нуна, слегка покачивая.
— Те злодеи наконец-то получили по заслугам! Кстати, Цинь Нун, с дополнительными занятиями всё решено!
Девушка подняла на него глаза: ясный взор, алые губы, белые зубы, нежные щёки покрыты мягким румянцем. Во взгляде играла волна, длинные ресницы легко подрагивали.
Льняные волосы свободно рассыпались, слегка вились, пряди были мило растрёпаны.
Сейчас она держала его за руку, словно мягкая бескостная плюшевая игрушка, полностью полагаясь на него, невинная и беззащитная — и вызывающая умиление... и желание жестоко её обидеть.
Цинь Нун опустил длинные ресницы, скрывая бушующий в глазах шторм.
У старого колодца ивы буйно росли, словно пытаясь обвить только что распустившийся белый цветок, воды колодца вздымались.
Когда он снова открыл глаза, в них снова была весенняя лазурь, как при первой встрече с Шэн Цици.
— Хорошо...
— Сяньинь?
Раздался сладкий женский голос, принадлежащий главной героине Линь Наньнань.
Подняв взгляд, Шэн Цици действительно увидела сладкую улыбку главной героини, но рядом с ней стоял стройный прекрасный юноша с чистыми и холодными чертами лица, глубокими чёрными глазами — это был главный герой Ци Чу.
Шэн Цици втайне поразилась силе сюжета: с первой же встречи главные герои чувствуют такое притяжение.
Но ей было всё равно, она думала только о том, сможет ли выполнить своё задание и, главное, сохранить свою жизнь!
— Наньнань, какая встреча.
— Да, а вы что здесь делаете?
Шэн Цици всё ещё висела на руке Цинь Нуна в весьма странной позе, будто бескостная, прильнув к юноше.
— А, мы кое-что обсуждаем.
Говоря это, она нацепила дежурную фальшивую улыбку. Почему-то эта главная героиня вызывала у неё дискомфорт. Шэн Цици подозревала, что это из-за сюжета: ведь её нынешняя роль — второстепенная злодейка из оригинальной книги, полностью противоположная главной героине.
Заметив неловкость своей позы, Шэн Цици всё же отпустила руку Цинь Нуна и чуть отступила. Но даже слепому было ясно, что их отношения не просты.
Между ними было даже некое поле, недоступное для других.
Ци Чу смотрел на них с каким-то странным выражением, скрывающим неведомые другим эмоции. А Линь Наньнань окинула Цинь Нуна взглядом: мягкий, уступчивый вид, очень красивое лицо, ничуть не хуже стоящего рядом Ци Чу.
— Здравствуй, я Линь Наньнань, подруга детства Сяньинь, сейчас учусь в пятнадцатом классе.
Линь Наньнань протянула руку, сияя ещё более сладкой улыбкой, и направила её к юноше рядом с Шэн Цици.
Фальшивая улыбка Шэн Цици тут же застыла.
Цинь Нун опустил голову, потупив взгляд, не проронил ни слова, не изменился в лице и не протянул руки для рукопожатия.
Линь Наньнань улыбнулась, чувствуя неловкость, и убрала руку.
— Его зовут Цинь Нун, он мой хороший друг. Извини, он обычно стеснительный.
Хотя Шэн Цици удивлялась, что обычно послушный и милый Цинь Нун так грубо поставил человека на место, нельзя было отрицать, что она испытала странное удовлетворение.
— Ничего.
Улыбка Линь Наньнань застыла, в душе кипело недовольство. Глядя на нежное и чистое лицо Шэн Цици, она до боли вцепилась ногтями в ладонь. Она не ожидала, что этот парень так её проигнорирует.
Прямо как тогда, когда она протянула руку, чтобы поздороваться с Ци Чу, и тоже получила отказ.
— Это ведь твой парень, да, Сяньинь? Я понимаю. Но ты по-прежнему популярна у парней. Помню, раньше все наши знакомые парни, включая моего брата, хотели, чтобы ты стала их девушкой, каждый очень нравился Сяньинь. Правда, тогда Сяньинь всё же была ближе всех с моим братом.
Эти лёгкие слова таили в себе много смысла.
В этот момент Шэн Цици поняла, что эта главная героиня вовсе не так добра. Только что можно было подумать, что она просто хочет завести дружбу, а теперь она явно пытается очернить Лy Сяньинь.
Но что с того?
Шэн Цици приготовилась пустить слезу и начать своё представление в стиле белого лотоса.
Не успела она начать, как юноша рядом заговорил:
— Потому что Сяньинь прекрасна, и многие её любят. Мне кажется, твоими словами ты намекаешь, что она плохая.
Сказав это, юноша, казалось, немного смутился.