Проспав несколько часов, Су Сюэи получила приглашение от людей наложницы Сунь: те сообщили, что приехал Лю Е.
Су Сюэи с недовольством поднялась с кушетки и велела Баоюй накрасить её как можно страшнее. Баоюй постаралась на славу и вовсю выполнила поручение: нарисовала госпоже чёрные круги под глазами, сделала впалые и осунувшиеся щёки, а губы нарочно выбелила, из-за чего та выглядела одновременно измождённой и уродливой.
Удовлетворённо кивнув, Су Сюэи отправилась в центральную залу.
Ещё издалека до неё донёсся воодушевленный голос наложницы Сунь:
— Кузина, не беспокойтесь, эта свадьба уже решенный вопрос, Сюэи, конечно же, согласна.
Другой женский голос тут же произнес:
— Если бы это не была дочь зятя, мы бы предпочли поискать кого-то ровесню Лю Е. Но раз сестрица так постаралась, эта невестка тоже вполне может переступить порог нашего дома Лю.
Слушая это, Су Сюэи нахмурилась.
Стоявшая рядом Баоюй едва не рассмеялась от злости.
Для благородной девицы выйти замуж за какого-то помещика — это же более чем с лихвой! И они ещё смеют смотреть на её госпожу свысока! Какой же у этого рода Лю непомерный аппетит!
Взгляд Су Сюэи слегка изменился, но всё же она вошла в центральную залу.
Наложница Сунь, заметив краем глаза Су Сюэи, уже собиралась радостно заговорить, но, увидев её измождённое, похожее на призрака лицо, застыла.
Су Сюэи заговорила первой:
— Матушка, тётушка, кузен…
Её слабый и хрупкий голос звучал так, будто от дуновения ветра она рассыплется на части.
Лю Е, который прежде навещал их пару раз, помнил лишь, что в детстве Су Сюэи была хрупкой, утончённой и очень прелестной. Почему же она стала такой уродливой?
А сидевшая рядом тётушка со стороны семьи Лю и вовсе выглядела так, будто увидела призрака.
О небо, откуда здесь взялся этот женский призрак? Разве с такой внешностью можно рожать детей?
Наложница Сунь едва не стёрла зубы от досады:
— С чего это ты вдруг вырядилась в таком виде? Обычно за тобой такого не водилось…
Су Сюэи прикрыла рот рукой и пару раз кашлянула:
— Раньше, когда я видела матушку, Сюэи всегда тщательно наряжалась. Просто я только что проснулась и, услышав весть от матушки, не успела привести себя в порядок, а потому предстала перед тётушкой в таком виде. Прошу тётушку и кузена не судить строго и посмеяться над этим.
Лицо Лю Е потемнело. Он-то рассчитывал, что тётушка Сунь позволит ему взять в жёны писаную красавицу, и был бы только рад, но с таким жутковатым обличьем связываться он вовсе не желал.
Тётушка Лю и вовсе почувствовала себя обманутой простачкой. Если бы семья Су не могла помочь её младшему сыну подготовиться и сдать императорские экзамены, она вполне смогла бы выбрать девушку получше.
В конце концов, их семья Лю была зажиточной и в деньгах нужды не испытывала.
Кто же знал, что им всучат бесплодную девицу?
Тётушка Лю нахмурилась:
— Сестрица, вы же не говорили мне раньше, что у этой Сюэи такое слабое здоровье.
Наложница Сунь поспешно затараторила:
— Кузина, да как вы можете! Сюэи просто приболела в последние дни, оттого и выглядит так, а вообще у неё крепкое здоровье. Если не верите, можем позвать лекаря.
Глаза Су Сюэи холодно блеснули: стоит позвать лекаря, и весь её маскарад мгновенно рухнет.
Лицо тётушки Лю немного разгладилось, она окинула Су Сюэи оценивающим взглядом:
— Внешность, конечно, простовата, но грамотна ли она?
Стоявшая рядом Баоюй чуть было не рассмехнулась в голос: какой-то деревенский толстосум, ни разу не видевший света, смеет устраивать её госпоже допрос с пристрастием!
Су Сюэи прикусила губу:
— Неграмотна.
Тётушка Лю полагала, что семья Су — всё-таки учёный род, и никак не ожидала, что та не знает ни единого иероглифа. Чем же тогда она отличается от них, деревенских баб?
— Не знает грамоты — это прекрасно. Некоторые девушки начитаются книг, а потом возомнят о себе невесть что. А вот те, кто грамоты не знает, куда добрее и понятливее, — тут же поддакнула наложница Сунь.
Лицо тётушки Лю по-прежнему оставалось недовольным.
Тогда наложница Сунь добавила:
— Кузина, не забывайте, что дома ваш Сюньлан должен сдавать экзамены. Без рекомендации чиновника тут никак не обойтись.
Эта брошенная вскользь фраза заставила лицо тётушки Лю измениться.
Эта Сун Юйсян положила глаз на их семейное богатство.
Тётушка Лю, разумеется, всё прекрасно понимала. Изначально она сватала Сунь Сюэжоу из семьи наложницы Сунь, но никак не ожидала, что ей подсунут Су Сюэи.
Однако если разорвать помолвку, у семьи Су не останется причин помогать их роду Лю, и тогда неужели их семья так и останется простыми крестьянами из поколения в поколение?
Тётушка Лю произнесла:
— Сестрица дело говорит, я согласна на эту свадьбу.
Лю Е запротестовал:
— А я не хочу! Она слишком уродлива!
Су Сюэи при этом опустила взгляд, отчаянно желая расхохотаться во всё горло: лучше и быть не может, если она ему не по душе, пусть лучше Лю Е устроит скандал и разрушит эту помолвку!
Тут же тётушка Лю резко повернулась и зыркнула на него:
— Издавна все дела о браке решают родители, с какой стати ты тут права качаешь?
Каким бы избалованным ни был Лю Е, он прекрасно знал, в чьих руках сосредоточены семейные финансы, и его лицо мгновенно посинело от сдерживаемой злости.
Тётушка Лю заключила:
— Я считаю, эта свадьба нам подходит. Сестрица, как только зятек вернётся домой, давайте сразу же и закрепим помолвку.
Наложница Сунь тут же радостно заплескала в ладоши:
— Хорошо, хорошо, хорошо…
Лицо Су Сюэи помрачнело. Она понимала, что возразить ей не позволено: в эту эпоху родительское слово и воля сватов определяли всю жизнь женщины.
Даже если эта наложница вовсе не была её родной матерью, у неё не было прав на протест.
Оставалось уповать лишь на то, что в её отце осталась хоть капля сострадания к ней.
Вечером Су Сюэи получила известие из главного двора: её «дорогой батюшка» дал согласие на этот брак.
Су Сюэи просидела во дворе долгое время.
Услышав этот ответ, она наконец горько усмехнулась.
Её отцу уже перевалило за сорок, а продвижения по службе всё не было. Теперь ему требовалось давать взятки в чиновничьих кругах, но какое жалованье у скромного чиновника шестого ранга? Его едва хватало на прокорм всей семьи, откуда взяться лишним деньгам?
Поэтому выгодно сбыть с рук старшую нелюбимую и никому не нужную дочь — идеальный выход.
Сделка, в которой он ничего не терял.
Су Сюэи понимала, что ей нужно как можно быстрее уносить отсюда ноги.
Однако Лу Цзиньцзюэ к тому моменту уже разорвал с ней всякие отношения.
Вэй Наньчу, судя по всему, тоже долго прикрывать её не сможет.
Что же до того человека…
С тех пор как до них дошли вести о возвращении принцессы Жун Инь, он больше ни разу не объявлялся, а человек этот обладал особым положением и высочайшим благородством, так что без крайней необходимости она и сама не смела его беспокоить.
Но сейчас, похоже, зарабатывание денег волновало её куда сильнее.
— Баоюй, принеси бумагу и кисть.
Баоюй отозвалась и принесла письменные принадлежности.
Су Сюэи написала письмо и велела Баоюй отправить его, надеясь лишь на то, что тот человек вспомнит о ней.
На следующий день ответа от него Су Сюэи не дождалась, зато получила приглашение от Лю Е.
Хотя обряды обмена подарками ещё не прошли, в глазах обеих семей Су Сюэи уже считалась женой Лю Е.
Су Сюэи бросила взгляд на место, указанное в приглашении.
Резиденция герцога Вэй.
Она слегка удивилась: неужели Лю Е каким-то образом смог завязать знакомства с таким влиятельным домом, как семья Вэй?
Зачем он зовет её туда?
Су Сюэи недоумевала, но всё же согласилась.
Ей тоже было ужасно любопытно, что же затеял Лю Е.